Толстый эльф

Глава 1.

В одном очень старом и густом лесу жили эльфы. Они были маленькими существами, ростом с ладонь взрослого человека, очень грациозными и стройными. Эльфы жили в мире со всеми расами, очень любили разговаривать с животными, жизнерадостно петь и танцевать, пока силы не оставят их и они не упадут в мягкую сочную травку, смеясь от души. Ели они цветочный нектар, пили рассветную росу. Спали в домиках из крупных листьев, которые падали с деревьев. А чтобы они не засыхали, эльфы применяли свою изумительную магию, дарующую жизнь творениям природы.

Еще эльфы разводили бабочек. Больших и пестрых, как сама весна. Поэтому эльфийская поляна всегда была полна красок, настоящих и ярких. Издали их небольшое поселение можно было сравнить с праздничным фейерверком, какие запускают в небо люди по случаю праздника плодородия.

Но славились эльфы не своим миролюбивым нравом, не своей жизнерадостностью и беззаботностью, но своим чудесным соком, который они делали из солнечных ягод. Никто, кроме самих эльфов, не знал, где они растут, и лесной народ ревностно хранил это знание в тайне. Эти были крупные белоснежные ягоды, светящиеся изнутри и обладающие поистине восхитительным вкусом.

Раз в месяц эльфы собирали длинный караван, запрягая в крошечные древесные повозки лесных зайцев, и отправлялись к ближайшему поселению людей, чтобы на шумном рынке продать свой сок. Эльфам не нужны были деньги, но они очень любили блеск золота. Это была их маленькая страсть, переросшая в огромную сокровищницу, скрытую от посторонних на эльфийской поляне в большом кургане, поросшем изумрудной травой.

Так и жили эти маленькие веселые существа.! Они радовались каждому дню, купаясь в лучах ласкового солнца, танцуя в свете луны и выращивая бабочек. Они любили весь мир, уважали друг друга, но во всех правилах есть исключения.

Среди изящных эльфов, чьи тела дышали энергичностью и грацией, жил эльф по имени Мамр.

Мамр был очень необычным эльфом. Однажды он, переступив через все запреты, объелся солнечных ягод, и, на глазах у оскорбленных его наглостью соплеменников, мгновенно растолстел, став похожим на ушастый шар.

Под осуждающие взгляды окружающих он вернулся на поляну, где над ним стали смеяться все подряд, тыкая в него пальцами и забрасывая желудями, как прокаженного. Мамр, вытирая с лица горькие слезы, бросился к домику старосты, в надежде, что старый и мудрый эльф поможет вернуть ему прежний облик. Но староста отказал. Не потому, что Мамр согрешил, нарушив главный закон всей расы, но потому, что никакая магия не поможет отменить наказание, назначенное самой природой.

Не смеялась только эльфийская принцесса Мими. Она была самой красивой из всех эльфиек и очень нравилась Мамру, но он, в виду своей застенчивости, не решался признаться ей. Мими лишь молча проводила Мамра печальным взглядом, и после этого дня, по эльфийским законам, она не могла с ним заговорить. Принцесса не должна снисходить до разговора с грешными эльфами.

Шли дни, перетекая в недели, затем – в месяцы. Мамра выгнали на самую границу эльфийской поляны, где ему было очень страшно и одиноко. Обычно даже ночью поляна полна света, освещаемая неутомимыми светлячками, что задорно кружат меж домиков. Но здесь, на самом краю, светлячки не появлялись, и из окна Мамр видел лишь блестящую в лунном свете жуткую паутину, а песни, звучащие до самого рассвета, сменил далекий волчий вой.

Мамр стал изгоем. Никто не хотел с ним танцевать, никто не приглашал его на праздники, не угощал нектаром. Беднягу перестали пускать полюбоваться сокровищницей, в узкую нору которой он все равно не пролезет. В походы за солнечными ягодами его тоже не брали, а с возлюбленной принцессой Мими он мог общаться только взглядом опухших от бесконечно проливаемых слез очей.

Теперь он гулял в одиночестве, все дальше и дальше уходя от эльфийской поляны и возвращаясь в свой дом лишь на закате. Он исследовал лес, то и дело встречая осуждающие взгляды птиц и зайцев, которые за годы тесной дружбы с лесным народом узнали их законы.

Но вот однажды на рассвете, приключилась на эльфийской поляне беда. В лес вторглись жадные люди, нашли поляну, и решили поживиться чужим добром.

Они с безумным смехом топтали хрупкие домики, хватали всех подряд и бросали их в потертый кожаный мешок. Поляна заполнилась страшными криками, эльфы пытались разбежаться, скрыться в кустах и избежать плена. Но разбойники были ловки, и никому не удавалось удрать. Один за другим эльфы исчезали во мраке мешка, становившегося все тяжелее.

Мамр видел, как люди поймали прекрасную принцессу Мими, как она присоединилась к своему плененному народу в жадной утробе разбойничьей сумки. Но он ничего не мог поделать. И в тот момент, когда горькая слеза скатилась по щеке пораженного ужасным зрелищем эльфа, один из разбойников заметил его.

Холодок пробежал по спине Толстого Мамра, и он, гонимый безумным страхом, бросился наутек. Человек, громко топая, устремился следом.

Неуклюжий эльф не мог далеко убежать. Он устал почти сразу и уже было смирился с судьбой, как вдруг, повинуясь внезапному порыву, бросился к холму сокровищницы, надеясь затаиться внутри. Но, прыгнув с разбегу в нору, он в ней застрял.

Человек громоподобно рассмеялся, наблюдая, как Толстый Мамр неуклюже машет ножками. Эльфу стало больно от стыда, и он заплакал под хохот разбойников.

Когда разбойники вдоволь насмеялись, один из них потянул Мамра за ногу. Повинуясь скорее инстинкту, чем разуму, тот схватился за ближайший корешок, торчащий из потолка сокровищницы, но человек оказался сильнее и вытянул из эльфа из норы вместе с корешком. Неожиданно из-за этого рухнул потолок сокровищницы, предательски блеснуло на солнце золото, и разбойники дружно охнули, потеряв к Мамру всякий интерес.

Его выпустили из рук, и эльф пребольно ударился о землю, но даже не заметил этого. Используя неожиданный шанс на спасение, Толстый Мамр побежал в лес, затерявшись среди кустов, где он лежал на холодной земле, пока довольные разбойники не убрались восвояси, унося с собой все эльфийское золото, забирая у Мамра его народ, чьи крики и плач еще долго стояли у него в ушах.

Когда человеческий топот стих, Толстый Мамр выбрался из своего убежища. Сел на остатки ранее богатой сокровищницы и заплакал. Вокруг него царило пугающее безмолвие, какого никогда не было на этой вечно шумной, полной смеха и улыбок поляне. Теперь здесь остались лишь вытоптанная разбойниками земля и разрушенные дома. Эльфийская поляна осталась в прошлом.

Глава 2.

А в это время к эльфийской поляне направлялась фея по имени Ви. Феи частенько заглядывали к эльфам, в надежде отведать их чудесного сока и потанцевать вместе с ними в свете луны. Они были похожи на эльфов, за исключением того, что у фей были крошечные радужные крылья.

Ви, порхала среди раскидистых ветвей, то и дело проводя рукой по влажным от росы листикам. На ее лице сияла улыбка, душа пела, в предвкушении праздника на эльфийской поляне. Но вскоре в ее сердце поселилась тревога – она не слышала песен.

Ее страхи оправдались, когда, прилетев к эльфийской деревне, она обнаружила лишь запустение и беспорядок. Из всех эльфов обнаружился только один, что сидел прямо на земле и горько плакал. Ви, узнавшая в нем Толстого Мамра, направилась прямо к нему.

— Что произошло, Мамр? И где все? – озабочено спросила она, приземлившись рядом с ним.

— Люди всех забрали, — сквозь слезы произнес эльф.

— Но зачем? – вскинула брови фея.

— Я… не знаю, — всхлипнул Мамр.

Ви задумчиво опустилась рядом. Ей было непонятно, зачем кому-то понадобилось похищать эльфов. Этот шумный и безобидный народ никогда никому не причинял зла.

— А почему не забрали тебя? – поинтересовалась она.

— Я спрятался, — поднял на нее красные от слез глаза Мамр.

— Значит, ты – единственный эльф, оставшийся на свободе?

Толстый Мамр обреченно кивнул и вновь заплакал, спрятав лицо в ладонях.

Фея ободряюще положила руку ему на плечо.

— Тогда это твой шанс, — сказал она, и дружелюбно улыбнулась, когда эльф повернулся к ней.

— Какой шанс? – не понял он.

— Шанс искупить свою вину и спасти свой народ. И я тебе в этом помогу! Уж больно хочется отведать чудесного эльфийского сока.

Толстый Мамр удивленно захлопал глазами. Затем до него стало доходить, и он изменился в лице. Печаль сменилась радостью, грусть в глазах пропала, уступив место надежде и жажде действий. Эльф крепко обнял Ви.

— Тогда вперед! – Мамр выпустил фею из объятий и побежал сквозь лес.

— Подожди! – крикнула Ви вслед сверкающему пятками эльфу.

Мамр упал в траву от усталости уже через пять минут, и средь могучих древних деревьев разлился смех феи.

— Устал, герой? – спросила она, навязчивой мухой летая над эльфом.

— Нет, я просто соскучился по виду неба, — отмахнулся тот, тяжело дыша. – Сейчас насмотрюсь, и побежим дальше.

Ви, хихикнув, решила последовать примеру своего товарища, расположившись на траве рядом. Так они и лежали, безмолвно всматриваясь сквозь ветви в синюю высь, пока над ними не мелькнула величественная тень.

Эльф и фея вскочили, готовые к любым напастям судьбы, но тенью оказалась всего лишь птица. Ее перья были синего цвета с золотистыми кончиками, а на голове торчал высокий хохолок. Устремив взгляд янтарных глаз на странную парочку, птица спросила:

— Эльф и фея одни в такой дали от эльфийской поляны? Что вы здесь делаете?

— Мы идем выручать эльфийский народ из человеческого плена! – гордо заявил Мамр, уперев руки в пухлые бока.

— Вот как? – удивилась птица. – Тогда я вам помогу. С тех пор, как рядом с лесом поселились люди, нам совсем житья нет. Они срубают деревья и разрушают наши гнезда. Поедают наши ягоды и мусорят на нашей земле. Пришло время наказать их!

— Замечательно! – обрадовался эльф. – Меня зовут Мамр. А это – Ви.

— А я – Пини, — представилась птица. – Кстати, Мамр, а ты не слишком толстый для эльфа?

Мамр обиделся и долгих полчаса не разговаривал с Пини. Она всячески пыталась извиниться, но гордый эльф никак не реагировал. Он даровал прощение птице лишь когда она предложила ему сесть себе на спину и проделать часть пути в воздухе. Впрочем, радость от налаженного мира быстро сменилась сожалением.

— Ну ты и тяжелый, — прохрипела Пини, когда Мамр садился на нее верхом.

Теперь они передвигались гораздо быстрее, хоть Пини и не особо этому радовалась. Но эльф пришел в неописуемый восторг, впервые испытав изумительное чувство, возникающее, когда земля с бешеной скоростью проносится далеко внизу. Он никогда не видел макушек деревьев, никогда не был так близко к пушистым облакам. Ему даже не было страшно, напротив, он веселился от души, наслаждаясь теплым ветром, ласково треплющим волосы на голове, и видом родного леса, впервые представшим перед ним в новом свете.

Ви вторила смеху эльфа, описывая круги вокруг быстро устающей птицы и ее седока. На мгновенье они даже забыли, что впереди их ждет борьба, в которой было мало шансов на победу.

Но вот, окончательно выдохнувшись, Пини объявила, что идет на посадку. Она приземлилась на огромной поляне, полной пестрых цветов и сладких ароматов. Кругом дружелюбно жужжали мохнатые пчелы, маняще журчал тоненький ручеек. И, как только Толстый Мамр слез с птицы, она тут же бросилась жадно пить, словно делала это впервые.

А Мамр и Ви принялись беззаботно играть, забыв на время все невзгоды. Нельзя же все время плакать! Так они и бегали по поляне, гонясь за кузнечиками, брызгая друг в друга водой из ручейка и от души смеясь.

Заинтересованные зрелищем, из тени деревьев на поляну вышли олени. Забавно дергая носиками, они неотрывно следили за беззаботной игрой диковинной в этих местах парочки. В конце концов они набрались смелости, и подошли ближе.

— Привет вам, о дети леса, — заговорил олень с ветвистыми рогами. – Что привело вас в эти края?

Ви отвесила грациозный поклон, а Мамр, бессильный повторить этот благородный жест, просто помахал пухлой ручкой.

— Привет и вам, — весело прощебетала фея. – Мы идем этим путем, чтобы выручить эльфийский народ, попавший в плен к жадным людям.

Олени, искренне удивившись, о чем-то зашептались между собой. Ви и Толстый Мамр терпеливо ждали. Наконец, посовещавшись, олень заговорил снова.

— Тогда мы поможем вам. С тех пор, как люди поселились рядом с лесом, нас становится все меньше – они открыли на нас охоту. Пришло время наказать бессовестных разбойников!

Поляна наполнилась радостными криками. Печаль Мамра отступала, уступая место надежде, все крепче удерживающей свои позиции в сердце эльфа. И, когда Пини утолила свою жажду, пятерка смелых лесных жителей приготовилась идти дальше.

— А ты не слишком толстый для эльфа? – поинтересовался олень, наблюдая за тем, как Мамр, кряхтя, забирается на птицу. – Может, лучше я тебя повезу?

Эльф обиделся. Но от предложения не отказался, тем более что Пини издала такой вздох облегчения, что спорить расхотелось. И Мамру снова стало стыдно.

Передвигаться верхом на олене оказалось так же приятно, как и верхом на птице. Вид, конечно, открывался не столь безграничный, но это все равно было приятней, чем наблюдать за жизнью от земли. Эльф сидел у Оленя на шее, крепко обхватив один рог и, улыбаясь во весь рот, с любопытством вертел головой. Ему нравилось видеть родной лес не так, как он привык за годы жизни здесь. Видеть лес так, как не видел никто из эльфов.

Солнце неумолимо клонилось к горизонту, окрашивая мир в рыжие и красные цвета. Понемногу стали просыпаться шумные сверчки, заводящие свою любимую песнь. Время от времени стали ухать совы, а над головой проноситься летучие мыши. Лес погружался в темноту, но он никогда не спал.

А в это время Мамр и его новые друзья добрались до границы леса, где деревья были еще молодыми и росли не так плотно, как в его сердце. Здесь было больше кустов, между которыми была натянута серебристая нить паутины и средь листьев которых краснели спелые ягоды. Именно в этих кустах и затаились герои-освободители, разглядывая небольшой лагерь людей.

Их было четверо. Высокие и мрачные. Они сидели у костра, считая добытое у эльфов золото и улыбаясь беззубыми ртами. Рядом стояли четыре палатки, между которыми было навалено добытое – наверняка нечестным путем – добро. Здесь были и дорогие ковры, ткани, меха, и диковинная посуда, и декоративное оружие, и еще много – много чего, валявшегося на земле или рассованного по пухлым сундукам и ящикам.

Мамр сразу же заметил один ящик, из которого доносились усталые мольбы о помощи, в которых эльф узнал голоса своих сородичей. Он хотел было сообщить товарищам о своих наблюдениях, но откуда-то сверху раздался голос:

— Так-так. Что здесь у нас за пестрая компания?

Друзья подняли головы. На них с ветвей смотрел черный кот, лениво размахивая пушистым хвостом.

— Зачем вы здесь? – спросил он. — Это не самое безопасное место в лесу.

— Мы здесь чтобы освободить мой народ и наказать людей! – воскликнул Мамр.

— Твой народ? – удивился кот. – Ты что ли эльф? А не толстоват?

Мамр обиделся, сложив руки на груди. Понимая, что эльф не намерен продолжать разговор, Ви взяла это на себя.

— Ты можешь нам помочь? – спросила она.

— Ну, не знаю, — кот лениво потянулся, выпустив когти и царапая толстую ветку. – Какая мне с этого выгода? Меня здесь подкармливают.

Ви задумалась, не зная, что предложить нахальному пушистику за помощь. Но он вновь заговорил, избавив фею от ненужных размышлений:

— Ладно, помогу. Но не потому, что у меня болит душа за бедненьких эльфов, а потому, что мне скучно, — и он сверкнул глазами в сторону птицы Пини.

— Тогда вперед, — воскликнул Толстый Мамр, спрыгивая с оленя. – Вот мой план.

Глава 3.

Эльф, стараясь ступать как можно тише, не задевая кустов и не шелестя травой, стал приближаться к лагерю. Для него это оказалось сложной задачей – ветки то и дело цеплялись за одежку, да и весил он для тихого шага слишком много. И все же ему это удалось, и он, окрыленный удачей, подкрался к самому важному для него ящику.

— Эй, — прошептал он. – Меня кто-нибудь слышит? Это я, Мамр.

Ответ последовал не сразу. Сначала он услышал лишь возню и невнятный шепот. Но вскоре услышал дрожащий голос принцессы Мими:

— Мамр? Это ты? Помоги…

— Сейчас, — он оглянулся, словно в поисках решения. Но ничего подходящего не обнаружилось, и эльф полез на мешки, сваленные в кучу у ящика.

Но, когда тяжело дышащий Мамр с победным видом выпрямился на ящике, мимо проходил один из разбойников. Заметив эльфа, он быстро приблизился и нагнулся к нему. В нос Толстому Мамру ударил беспощадный запах немытого тела, заставляя его поморщиться от омерзения, забыв о растущем внутри страхе.

— Ты кто? – поинтересовался человек. Очевидно, его не было во время нападения на поляну эльфов, и он их вообще никогда не видел.

— Я – эльф, — вырвалось у Мамра.

— Да? А почему такой толстый?

На сей раз Толстый Мамр не обиделся. Он разозлился. Разозлился так сильно, что сбросил с себя терзающий душу страх, и бросился на человека. Эльф схватил его за уши, и стал молотить ногами по огромному носу, походящему на кривую картофелину. Разбойник закричал от боли и обиды, сбросил с себя Мамра и ухватился за поколоченный нос.

Это стало сигналом к атаке. Громко топая копытами и угрожающе размахивая рогами из кустов выбежали олени. Один бросился на помощь Толстому Мамру, больно уколов рогами разбойника в мягкое место.

Человек вскрикнул и бросился бежать под заливистый смех эльфа, спасаясь от новых напастей. Олень, убедившись, что этот разбойник больше не вернется, победно фыркнул, и стал брать разбег. Затем, на полном ходу, протаранил ящик, в котором сидели эльфы. Жалобно хрустнув, доски щепками разлетелись вокруг, освобождая пленников.

С радостными криками эльфы высыпали наружу. Они жадно вдыхали прохладный вечерний воздух, смакуя его, словно чудесную конфету, обнимали друг друга. Затем с криками устремились в атаку, целясь в ближайшего разбойника.

А разбойникам сейчас было нелегко. Их осталось всего трое, и каждый старался отбиться от нападения друзей. Один человек пытался удрать от преследовавшего его оленя, второй пытался снять со спины шипящего кота, что своими острыми когтями вцепился в рубаху, а третий пытался извлечь из висящего за плечом колчана стрелу, еще не зная о том, что Ви и Пини уже давно вытащили их все, побросав на землю.

Именно к лучнику и приблизились эльфы, окружив, словно праздничную ель. Все вместе подняли руки, творя заклинание, и, когда разбойник их заметил, его ноги уже обвили толстые корни. Громко ругаясь, человек упал, едва не задавив нескольких эльфов, которые, вдохновившись обретенной свободой, уже направлялись к следующему разбойнику.

Ви бросала в другого разбойника светящуюся в сумерках пыльцу, и тот, чихая, попытался скрыться, но олень просто не мог отпустить его, не попробовав рогами на прочность его штаны, и вскоре человек уже скрывался в кустах, прикрывая ладонями новорожденную дыру.

Последнего оставшегося на ногах разбойника атаковали все вместе, и он, перепугавшись не на шутку, бросил все и побежал так, что даже олени позавидовали его скорости. А четвертый, скованный эльфийской магией человек, прежде чем получить свободу, получил тумаков от каждого пленника, и только после этой воспитательной работы ему дали уйти.

Опустевший лагерь разбойников взорвался победными криками. Эльфы принялись танцевать и обниматься, Пини и Ви радостно кружили над ними, присоединяясь ко всеобщему ликованию. Принцесса Мими побежала обнимать Мамра, но, на полпути смущенно остановилась. Повисла тишина, не нарушаемая даже вечной трелью сверчков. Все эльфы смотрели на Мамра, не зная, что им делать, что им сказать.

— Я понимаю, — нарушил безмолвие он. – Я – прокаженный, и по законам, принятым нашим народом, я не достоин благодарности.

Эльфы смущенно опустили глаза. Ви горько всхлипнула.

Но в этом момент произошло нечто необычное. Толстый Мамр начал светиться изнутри, все ярче и ярче, все больше напоминая маленькое солнце. И вскоре он обратился в один светящийся изумрудным светом шар. Все смотрели за диковинным представлением с открытыми ртами, и даже кот боялся отвести взгляд, чтобы ничего не пропустить.

Вскоре свет погас, явив наблюдателям Мамра, живого и невредимого. И в сумеречной тиши разнесся усиленный десятками голосов вздох удивления: Мамр больше не был толстым. Сама природа отблагодарила его за спасение эльфийского народа, сняв с него проклятье.

Эльфы ликовали. Принцесса Мими бросилась обнять не верящего в происходящее Мамра, а потом и все остальные столпились вокруг, обнявшись всем народом. Затем эльфы взяли своего спасителя на руки и, скандируя «Мамр – наш спаситель!», отправились обратно в лес. Домой.

— Все хорошо, что хорошо кончается, — промурлыкал кот сидящей рядом Пини. – А теперь моя очередь почувствовать вкус победы. – И он приготовился к прыжку.

Пини не успела понять, что произошло. Она видела лишь, как пушистый хищник бросился на нее. А потом он почему-то улетел в кусты.

— Нехороший кот, — сказал олень птице, и та заметила у него на рогах клочок черной шерсти.

***

На следующий день эльфы уже отстраивали свою поляну. На каждом лице сияла улыбка, каждое сердце грело чувство свершенного правосудия. С этого дня на эльфийской поляне ни на минуту не стихали песни, не прекращались танцы и не умолкал звонкий смех. Вместе с эльфами в лес вернулся вечный праздник.

Сокровищницу восстанавливать не стали, сочтя остатки кургана хорошим напоминанием о человеческой жадности. Эльфам непросто было навсегда отказаться от манящего блеска золота, но, едва припомнив день в плену, они с легким сердцем махали на него рукой.

Толстый Мамр, — а теперь – Мамр-герой – стал уважаемым эльфом. Сразу по возвращению он женился на принцессе Мими, и вместе с ней стал править эльфийской поляной. Ви и Пини часто заглядывали в гости, с радостью принимали участи во всеобщем веселье, и каждый раз Мамр был им рад, испытывая к ним крепкую привязанность и вечную благодарность.

А люди больше никогда не возвращались в тот лес, позабыв дорогу к нему.

 
 
 

читателей   981   сегодня 1
981 читателей   1 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 4. Оценка: 3,50 из 5)
Загрузка...