Воин воды

Солнце потихоньку стало выходить из-за гор и осветило деревушку «Иглай», которую жители гордо называли «городом», ведь там жило много народу, и были развиты все виды ремесел. Ремесленники продавали свои изделия не только в родном городе, но и в соседних городах и деревнях.

Кузнец по имени Инштин открыл глаза и перевернулся на спину. Он стал просить Бога, чтобы Всевышний был благосклонен к нему и его жене, а также благодарил за то, что наконец-то стал зарабатывать такие деньги, которых хватало на содержание семьи. Инштин был единственным кузнецом в «Иглае». Он пошел по стопам отца. Глядя на тяжелое материальное состояние своей семьи, Инштин еще в детстве решил, что когда будет зарабатывать хорошо, будет искать себе невесту. Прошло чуть больше десяти лет, и он стал признанным профессионалом своего дела.

Как-то раз к нему пришла девушка и, упав в ноги, стала признаваться ему в любви. Он присмотрелся к ней. Длинные прекрасные иссиня-черные волосы, красивые и жалостливые серые глаза, высокая и стройная. Ей было тогда всего восемнадцать лет и ее семье почти нечего было есть. Он просто дал ей денег. В знак благодарности, она ходила рядом, готовила, и была готова на все, лишь бы отдать долг. Присмотревшись, он влюбился в нее, а она — в него. Они поженились. И вот уже год, как живут вместе. Три месяца тому назад она сказала ему, что он будет отцом.

Сам Инштин, мужчина в возрасте около тридцати лет, среднего роста, мускулистый, поджарый и привыкший к тяжелому труду. Характером он отличался твердым и справедливым.

Инштин откинул одеяло и тут же вскочил одним рывком на ноги. Одевшись, он взглянул на кровать, где спала его жена. Она спала со счастливой улыбкой на лице. Не удержавшись, он поцеловал ее в лоб.

— Прости, что разбудил, Физалис, – с обидой на самого себя произнес Инштин, когда она проснулась от его поцелуя.

— Ты чего, любимый? — рассмеялась она, обнимая его и целуя. – Я же твоя жена, а значит должна тебя кормить…

— Да я… сам, как бы…, — растерянно произнес Инштин.

— «Сам» было, когда у тебя не было жены…

Через несколько минут был готов вкуснейший завтрак. Инштин сидел и влюбленно наблюдал за своей женой, понимая, что вот оно – счастье.

— Ты, знаешь, мне сон приснился, — призналась Физалис, сев на стул, — будто ты сидишь на моей могилке и плачешь, а возле тебя меч лежит. С сияющим голубым лезвием и синими камнями на эфесе. А возле тебя — девушка… В платье такого цвета, словно вода в реке…

— Ты что? – улыбнулся Инштин, — это сон. Как я буду жить без тебя? Да я, скорее всего тут же рядом с тобой лягу.

— Это грех большой, — покачала головой его жена, — на все воля Творца и если ему угодно, чтобы я это мир покинула, так ты не можешь за мной идти… Пока Он этого не решит.

— Брось ты эти глупости… Вот я вернусь из города, и мы поедем в Инерк, через всю страну…

Инштин, встав со стула и подойдя к своей жене, обнял ее, прижав голову к животу, в котором был его ребенок.

— Инштин, пообещай мне, что, если что-то со мной случиться, ты никогда и ни за что не пойдешь за мной без воли на то Творца. Обещай! – настойчиво попросила его жена.

— Ну, — Инштин оторвался от живота любимой жены и стал ее гладить по лицу, — ну, что ты? Как я смогу без тебя?!

— Обещай! – настойчиво повторила она.

— Хорошо, — выдохнул Инштин, — я обещаю, что не пойду за тобой без воли на то Творца.

 

* * *

 

Cлова из утреннего разговора с женой у Инштина звучали как будто из глубокой пещеры. Все мысли, слова, желания, все пропало и перестало иметь значение для него. В голове были лишь эти слова и фразы.

Он стоял в своем доме, прижавшись к стенке спиной. Перед ним в трех шагах в луже крови лежала его молодая и любимая жена с глубокими ранами. В ее открытых глазах застыл, как казалось Инштину, ужас и упрек. Инштин медленно спал опускаться вниз, съезжая спиной по стенке.

Его не было не так уж и долго, около полутора дней. Въезжая в город, он увидел, что многие постройки сожжены, а люди лежат на улицах убитыми. Он кинулся тут же домой и увидел это.

— Инштин, — произнес чей-то голос над его ухом.

Он поднял голову. Над ним стоял его сосед Джеган, славившийся на весь город, да что там город, на всю страну своими картинами.

— Здравствуй, друг Джеган, — произнес убитым голосом Инштин, — как это произошло? Что мне делать?

Джеган опустился на корточки перед ним.

— Во-первых, предать наших близких земле, а потом, если на то пошло, то идти в город и там вставать в ряды воинов нашей страны… Пошли, брат. На площади собрались все выжившие. Нужно держать совет, пошли! — Джеган помог подняться и вывел его из дома.

— А у тебя…, — начал было Инштин, но потом замолчал.

— Да, двоих сыновей убили, а дочь взяли в рабство…

— Прости…

Джеган ничего не ответил, лишь ускорил шаг, и Инштин опустив голову, поплелся за ним на площадь города, где когда-то проводились ярмарки и всякие другие развлечения, а теперь на этом месте приходилось собраться всем выжившим после набега разбойников, разорившим весь их славный город.

Когда Инштин дошел до площади, то понял, выживших было не так уж много. В основном, это были раненые разбойниками мужчины или такие же, как он, уехавшие по делам. Было несколько семей, спрятавшихся во время набега. Женщины успокаивали детей, ходили по домам, собирая одежду и еду. Мужчины и парни сидели в кругу, перед кучей сваленного оружия, в основном не используемого уже долгие годы. В большинстве мечи дедов, оставшихся с войны за становление страны.

Джеган подошел с Инштином к мужчинам.

— Вот все, — произнес старший в городе по имени Джек. — Это все, кто выжил…, — говорящий сделал паузу и, тяжело вздохнув, продолжил: — у меня тоже убили сына. Я не знаю, как вы, но хочу отомстить. Пускай сам, сложу голову, но хочу… Потому, что смысла жизни у меня больше нет и, думаю — не будет…

— Глупо идти на смерть, — возмутился Алеск.

— Что? – взвыл Ленек и, схватив меч, чуть было не бросился на Алеска, но его быстро схватили и посадили на место.

— Что ты предлагаешь? – поинтересовался Джек.

— Жить ради своих любимых, которые мало вероятно хотели бы, чтобы вы шли из-за них на смерть. Уехать в какой-нибудь город или восстановить наш, но только теперь ожидая нападения. Воздвигнуть что-нибудь такое, что напоминало бы всем потомкам о наших потерях. Чтобы они сами не стали убивать, дабы не осквернить память погибших, ну? Я остаюсь в городе!

Все замолчали и стали обдумывать высказанное.

— Решайте, — произнес Джек, отходя от всех. – Кто подойдет ко мне, тот выбирает месть, а кто к Алеску, те за восстановление города!

Несколько минут все мужчины сидели на своих местах и размышляли. Затем начали вставать со своих мест и подходить к Алеску или Джеку.

Большая часть выбрала сторону Алеска. Идею же с местью поддержало всего лишь пять мужчин, это были: Джеган, Инштин, Джек, Ленек, и молодой парнишка восемнадцати лет, у которого на глазах убили мать, и увезли двух сестер.

— Вот и отлично, оружие берут все. Утром мы выходим, — произнес Джек, — а теперь нам надо придать земле наших родных…

 

* * *

 

Инштин молча смотрел на пылающий костер из тел погибших, в середине которого стоял крест. Слезы катились по его щекам и падали на землю. Землю, дающую жизнь и берущую, но только сейчас не она распорядилась жизнями, а рука человека, не имеющая на то власти, ибо на это имеют только высшие силы. Инштин сжал в руке эфес меча.

Темной ночью костер медленно потух и лишь только серый пепел остался от тел погибших. Небольшая и несильно глубокая ямка была выкопана возле места, где недавно бушевало пламя. Мужчины аккуратно руками собирали прах людей и ссыпали в яму.

— Терра, – обратились они, припав на колени вокруг ямы. – Прими своих детей, и пусть их прах станет твоим и возродиться в наших детях!

Мужчины выпрямились и стали засыпать яму землей. Затем по очереди стали носить воду в руках, зачерпывая ее из дальнего озера.

— Аква, — все стоящие опять припали на колени. – Прими своих детей, и пусть их вода станет твоей, да возродится снова в детях наших!!! Фьегос, то, что хотел, ты уже взял! Пусть наши дети с твоего разрешения возродятся!

— Аэрос, прими своих детей, — Джек опустился к яме, и чуть взяв праха, тут же поднял руку вверх и рассеял его по воздуху, то же самое сделали все мужчины. – Утром идем по следу, да будет с нами Терра, Аэрос, Аква и Фьегос!!!

Когда все ушли, Инштин присел на корточки над холмиком земли, под которым покоился прах его жены и неродившегося ребенка, и заплакал.

«Убили бы меня вместе с женой, а так я не мертв и не жив. Душа мертва, а тело живо!» — сквозь слезы размышлял Инштин, смотря на ночное небо. Вдруг ярость вспыхнула в нем, и он быстро вскочил на ноги…

— Зачем?! – закричал Инштин.

— Зачем…, — разнеслось эхо по лесам.

Но ответа он не услышал, да и не ожидал услышать, ведь тот, кто мог его дать, скакал где-то далеко на своем коне и размышлял, в какую деревню или город он принесет горе и страдания.

Несколько минут Инштин думал над тем, что ему делать, а затем направился к реке, к тому месту, где познакомился со своей женой. Дойдя до нее, он уселся на камень и стал, подбирая с земли камни, кидать их в воду. Это не помогало избавиться от боли в сердце, но отвлекало. Потихоньку он, смотря на быстрое течение воды, стал погружаться в воспоминания. Вот первый раз, когда они сидели возле реки, Инштин кидал тогда камни, а она раскладывала покрывало на песке и что-то мурлыкала про себя.

— Зачем ты тревожишь воду? – поинтересовался чей-то приятный женский голос.

Инштин отвлекся от воспоминаний и вернулся в мир реальностей.

Луна словно направила все свои лучи в одну точку и освещала часть реки напротив него. Река когда-то бурная, стала спокойной, как сон ребенка. Инштин помотал головой, отгоняя наваждение, но это не помогло, и он стал упрямо смотреть на то, что перед ним предстало. Из воды медленно вырастала, именно вырастала, молодая девушка.

Ее волосы были прозрачные и имели цвет морской волны. Лицо, вначале тоже выглядевшее, словно было из воды, потихоньку приобретало нормальный оттенок человеческой кожи. Единственное, что не изменилось на лице, так это глаза, имеющие мраморно-голубой цвет.

Она медленно вышла из воды и подошла к Инштину, так и застывшему с камнем в руке. Села на камень, взглянула на него, откинув волосы легким движением головы.

— Зачем же ты тревожил воду? – поинтересовалась она у него.

— Простите, но я хотел бы остаться один, — проговорил Инштин.

— Странно, — продолжала она. — Я не верила в любовь, но твои глаза показали мне…, — девушка замолчала. – Жаль твою жену. Но она была любима. Что за мысли у тебя? Не послушать ее и искать смерть в бою? Даже при том, что ты не воин? И мечом ты явно не владеешь? Странная любовь.

— Что вы понимаете, — вздохнул Инштин. — Я ее любил, а без нее моя жизнь не дороже…вот этого песка, — сказал он, набрав в кулак и высыпав струйкой песок.

— Но, — девушка улыбнулась, и он заметил, как в сыплющейся струйке сверкнуло несколько камушек, напоминающих золото, — даже среди песка может быть золото… А это значит, что и в твоей жизни может быть какой-то смысл…

— Он есть, — Инштин раскрыл кулак, и песок быстро высыпался. — Найти тех убийц!

— Ты не воин, — напомнила девушка, — но готов идти в бой, даже зная, что умрешь… У тебя нет армии, но ты идешь против армии… Глупо. Ладно, глупец, я тебе помогу… Твои намерения справедливы. Ты будешь делать меч, и я прошу тебя в эфес меча вставить эти десять камней, — присев, она провела рукой по водной глади и тут же раскрыла руку вверх ладонью перед Инштином.

На ладони у нее странным образом оказалось ровно десять камней. Четыре огромных и шесть небольших. Все были голубого цвета и играли бликами на свете луны, меняя свои оттенки от светло-голубого до темно-синего цвета.

— И когда тебе понадобиться помощь, то просто подними лезвие своего меча вверх и крикни: «Армия Аквы, явись передо мной!». И я тебе помогу, а сейчас иди и делай меч, по своему вкусу, ибо завтра тебе с твоими товарищами предстоит идти в путь! – девушка улыбнулась и тут же пропала, оставив вместо себя небольшую лужу воды с лежащими в ней камнями.

— Меч, — повторил Инштин, — у меня нет меча…

Начинало светать. Солнце медленно стало подниматься из-за горизонта, окрашивая все в яркие цвета. Инштин нагнулся и, собрав камни, направился в дом, где собирался сковать себе меч.

 

* * *

 

— Инштин, — крикнул Джеган, заходя в кузнецу, где Инштин усердно колотил молотком по железу, стараясь сделать лезвие меча как можно тоньше.

Инштин провел рукой по лбу, убирая капли пота, которые заливали глаза и закрывали видимость. Лезвие меча с эфесом были готовы, осталось лишь охладить железо и можно идти в бой. Хотя он и не верил в странную девушку и в ее слова, но все-таки вставил камни в эфес меча. А на лезвие написал имя своей любимой с одной стороны, а с другой он написал: «Nthhf/Frdf/F’hjc/Amtujc». Так звучали на каком-то из языков имена Терра, Аква, Аэрос и Фьегос.

Он вышел из кузнецы и, положив меч на ладони, стал на него смотреть. Лезвие меча светло-голубого цвета, пока еще не запачканное кровью и смертью, отдавало ослепляющими бликами. Инштин, смотря на лезвие меча, видел в нем сначала свое отражение, а затем оно пропало и появилось изображение его жены и маленькой девочки. Жена стала грозить ему указательным пальцем, как маленькому шалунишке. С глаз Инштина стали медленно скатываться слезы.

— Мужчины не плачут, — произнес Джеган, кладя руку на плечо Инштина.

— Это капли дождя, — улыбнулся он.

— Знаю…, — Джеган замолчал. — Хороший меч! Неужели сам сделал? Тебе надо было идти в оружейники. Собирайся и пошли, надо выходить, если хотим догнать этих убийц.

— Мне нечего собирать, — грустно сказал Инштин, — Творцу я нужен без побрякушек, ему золото словно камни… Пошли.

— Ну, пошли…

Когда Инштин и Джеган подошли к центру города, то увидели, что их давно уже ждут. Джек, Ленек и молодой парнишка о чем-то разговаривали. Ни один из них не был в доспехах. Если доспехи у кого-нибудь и были, то чаще всего они были старые и ржавые. Мечи, правда, были у каждого, даже у парнишки, у которого кроме меча, был перекинут на спину легкий арбалет с колчаном новеньких недавно выструганных стрел. Он когда-то считался в городе лучшим лучником, и его отправляли на все соревнования королевства, откуда он обязательно приезжал с победой.

В их сторону медленно шел Ндей, ведя за собой пять коней. Ндей был конюхом, и его кони славились своей выносливостью и стремительностью. Когда появились воины, Ндей откупился от них десятком лучших жеребят, и он и его семья не пострадали. Однако, его сильно мучила совесть, и он решил подарить коней уходящим.

— Это лучшие из оставшихся, — тяжело вздохнул он, подходя к стоящим.

— Спасибо, брат, — произнес Джеган, — не вини себя, ты защищал семью.

— Знаю, — признался Ндей, — но мне стоило попробовать спасти и чужих жен и детей…

— Сейчас ты и спасаешь их, отдав нам коней, — поддержал Джегана Инштин. – Подождите, чуть-чуть, мне к реке надо, коня напоить, да и с рекой попрощаться.

Конь Инштину попался старый. Ндей, любитель лошадей, когда лошадь была стара, заводил ее в конюшню и до ее смерти за ней ухаживал, считая это своим долгом. А вот сейчас одного из таких он отдал Инштину.

По дороге к реке, ноги коня заплетались, и он чуть было не падал на землю. Инштин решил, что отведет коня обратно и пойдет за своими друзьями пешком, так как ему стало жалко животное, которое заслужило отдых.

— Здравствуй, глупец, — поприветствовала его девушка, которая тогда дала ему странные камни.

Она лежала на песке и смотрела на водную гладь. Ее прекрасные волосы были разбросаны по поверхности песка. Когда Инштин подошел к ней, она запрокинула голову вверх и взглянула на него своими мраморно-голубыми глазами.

— А ты красив, — заключила она. — Садись возле меня, и давай посмотрим на воду и поговорим, а конь твой пусть пока напьется воды вдоволь.

— Спасибо, но я должен идти, — Инштин поклонился, и чуть было не пошел, но, вспомнив, он обернулся, — спасибо вам за камни, меч мне нравится…

— Постой, — окликнула его девушка. – Меч твой, и правда, хорош! Только вот твой конь… Хотя у твоих друзей такие же кони… Глупцы, — сказала она, присаживаясь на песок. Она откуда-то вытащила небольшой сосуд с водой и протянула его Инштину. – Дашь это коням своих друзей, но не все. Оставь чуть-чуть на будущее, и когда одного из вас смертельно ранят, чуть-чуть капнешь на рану.

— Спасибо, — поблагодарил Инштин, смотря на коня и не узнавая его.

Когда-то худой, старый конь превратился в прекрасного белоснежного жеребца, с длинными узкими ногами и ухоженной гривой. Жеребец стоял и отбивал ногами по земле, а из носа у него шел пар. Инштин перевел взгляд с коня и увидел, что девушка уже по пояс вошла в воду.

— Спасибо, — напоследок попрощался он и пришпорил коня.

Вода, данная Инштину, оказалась какой-то заколдованной — все кони на глазах стали моложе и сильнее. Они так и рвались вперед, будто их долго держали взаперти, а недавно выпустили на волю, и они не могут нарадоваться тому, что свободны. Всадникам даже не приходилось их пришпоривать, они бежали сами.

Поначалу все молчали в дороге, каждый размышлял о своем или просто смотрел на мелькающие пейзажи. Первым не выдержал молодой парнишка и поинтересовался у Инштина, откуда он взял такую волшебную воду. Вопрос этот волновал всех, но мужчины считали, что если Инштин решит, что это можно рассказать, расскажет сам. Инштин не стал скрывать и чистосердечно рассказал историю, начав с его знакомства с девушкой у реки. Все слушали, затаив дыхание и не смея прервать или отвлечь. Когда история была рассказана до конца, у каждого появилось впечатление, что все мифы о «Принцессе Воды» — это правда.

— Я всегда говорил о том, что это – правда, будто в нашей реке живет принцесса Воды, а мне никто не верил. Что стоит тот случай, когда маленький сын почтенного Ренье странным образом не утонул в воде и рассказывал потом о доброй девушке, которая его спасла, а еще и кормила, пока его не нашли на берегу.

— Да, — сделал вывод Джеган, — значит, нас благословила сама Аква или ее дочь. Так, тогда мы обязаны выполнить свой долг до последней капли крови во имя Аквы и наших жен, и детей!

— Во имя Аквы! – поддержали Джегана криками все всадники, подняв правые руки.

 

* * *

 

Солнце склонилось к линии земли и стало потихоньку скрываться за горизонт, окрашивая свой уход в ярко-розовый цвет. Всадники подошли к небольшой деревне и остановились, перед тем как, с криком: «Во имя Аквы!», броситься вперед.

Деревня почти наполовину пылала, а по улицам бегал народ, гоняемый всадниками. Взрослых людей разбойники жестоко убивали. Молодых девушек и совсем юных девочек связывали и забрасывали на седла и быстро куда-то увозили их.

Появление всадников не было не замечено, и в их сторону быстро поскакало пять воинов. Инштин взглянул на своих друзей, и все они, быстро выхватив мечи, рванули вперед. Бой получился более-менее честным, так как все дрались один на один. Инштин встретил своего врага с мечом наперевес и тут же рубанул, но воин успел защититься щитом, который через некоторое мгновение откинул переломленным на две части. Не имея ни капельки мастерства в военном деле, Инштин просто рубил, и если бы не тот факт, что меч был на удивление легок, после третьего удара он бы обессилил. Воин кружился возле него и мастерски отражал удары. Один раз Инштин не успел защититься, и острая боль в боку заставила его сжать зубы. Но эта боль сделала свое дело, Инштин, резко дернувшись, всадил меч в грудь противника. Боль в его глазах заставили Инштина остановиться и онеметь от увиденного. Вот так жестоко убить он никогда не предполагал. И сейчас его это напугало.

— Стоять! – воскликнул кто-то, выводя его из растерянности.

Придя в себя, он увидел, что их оцепили и взяли под прицел арбалетов. Инштин по глазам друзей видел, как они были потеряны и помрачены. Все они первый раз убили. Из толпы воинов к ним выступил всадник на белоснежном коне и с интересом стал осматривать меч Инштина и коня.

— Вот значит, какие вы, воины Аквы?! – оценивающе осмотрел он и остальных друзей Инштина. – А-то ко мне прискакали и кричат, мол, пришли пять воинов, с именем самой Аквы. Мол, ее кара… Знаете, о чем я думаю? Что мне с вами делать.

— Отпусти и скажи, кто ваш главарь, — предложил Инштин, мужчина рассмеялся, а вместе с ним его воины, однако Инштин продолжил, — мы не хотим убивать невинных…

— Кгхм, — откашлялся Джеган.

— Вот именно «Кгхм», — отсмеявшись, повторил мужчина, – я люблю добрую шутку, но это лучше всех. Надо бы это запомнить. Но это шутка и не больше. Выбор же у меня таков: либо я сдаю вас служителям Храма Пятерки, которых вы очень сильно заинтересуете своим лозунгом с верой в Акву и там, в подвалах вы умрете в муках. Или я отдаю вас в руки моих людей. В первом случае я получу деньги, а во втором — удовольствие?! Так что?!

— Решай сам, свой ответ я тебе дал, — произнес Инштин.

— Сам? – переспросил главарь. — Тогда я выбираю второе!

Несколько воинов подскочили к Инштину и быстро скинули его с коня на землю, схватив за ногу. Он не успел сориентироваться и не выставил хотя бы руки перед приближением земли. Сильная боль в голове почти лишила его сознания, Инштин еле-еле ощущал свое ватное тело, которое куда-то тут же поволокли по земле. Перед глазами все помутнело.

Пришел в сознание Инштин оттого, что кто-то обкатил его холодной водой из ведра. Осмотревшись, он понял, что привязан к столбу на главной площади городка. Руки были больно завязаны за спиной веревкой, которая резала их до крови. Повернув голову направо, он увидел парнишку из своих друзей. Воин раскачивал ведро с водой, собираясь таким же простым способом привести и его в сознание. Чуть дальше от парнишки висели остальные, тоже без сознания.

Тяжело вздохнув, Инштин повернул голову налево и замер от увиденного. Слева от него на столбе, так же, как и Инштин, был привязан маленький мальчик. Он был одет в порванную рубаху и разорванные штаны, которые лохмотьями свисали с острых коленок. Был худеньким, почти тощим, и многие места на его теле кровоточили. Особенно правая нога, в которой находилась сломанная наполовину стрела. Голова, опущенная вниз, касалась узким подбородком шеи. Инштин постарался совладать с собой и как можно ласковее позвал его:

— Привет, я Инштин, а ты кто?

Мальчик поднял голову и взглянул на него глазами, в которых затаилась боль. Он знал, что их ждет смерть, но держался мужественно.

— Даромир, — произнес мальчик.

— Рад познакомиться, — ответил Инштин.

— Я тоже.

— Ну, что познакомились? – поинтересовался чей-то голос.

Инштин повернул голову и увидел говорившего: он стоял впереди десятка лучников, приготовившихся стрелять.

— Отпусти ребенка, — прошипел Инштин.

— Точно, причем здесь ребенок? — крикнул Джеган.

— Ты же взрослый мужчина вспомни своих детей! Чем он от них отличается, ладно мы взрослые, но он-то ничего тебе не сделал! – поддержал парнишка. — Или ты трус!?

— Вам не кажется, что вы не в том положении, чтобы мне что-либо приказывать? А? А ты, парень, умрешь первым, — главарь взглянул на парня, — Отец этого мальчишки убил пять моих воинов.

— Значит ты — трус! — разозлился парень.

— Молчать! Приготовиться. Первым будет этот. Уж очень он разговорчивый!

Несколько лучников подняли свои луки и направили стрелы в грудь парня.

— Стреляйте! – скомандовал главарь.

В воздухе послышался быстрый неуловимый свист летящих стрел. Парень не проронил ни звука, даже когда стрелы впились ему в грудь. Инштин в бессилии дернулся вперед.

— Трус! Он прав, ты трус! – прокричал он.

— Хочешь быть вторым? – поинтересовался главарь.

— Хочу, мне твоя рожа уже надоела… Умереть бы скорей, чтобы тебя не видеть!

— Стреляйте! – скомандовал главарь.

В воздухе послышался быстрый неуловимый свист пары летящих стрел. Инштин никогда и не думал, что жизнь такая простая штука, что вот сейчас она и оборвется. Несмотря ни на что, ему было страшно, и на мгновение он захотел закрыть глаза, он удержался. Стрела со свистом впилась в дерево над его головой. А два лучника без звука упали на землю со стрелами в груди. Главарь не обратил внимания на упавших лучников, вместо этого он глядел на то, что происходило позади Инштина.

— К бою! – скомандовал главарь, и его воины тут же бросились в ту сторону, откуда с криками «За Короля! За Короля Инерсии!» приближались всадники.

— Ух, — перевел дух Инштин, поворачиваясь к мальчику, — ты как?

— Спасибо, пока жив, — ответил он, — а вы что не боитесь смерти?

— Почему?

— Вы не побоялись сказать то, что вы думаете, хотя знали, что за это вас убьют.

— Боюсь….

 

* * *

 

Едва Инштина развязали, как он тут же бросился к своей лошади за той чудотворной водой в сосуде, которую ему дала на прощанье Аква. По дороге Инштин несколько раз тряс сосуд, понимая, что воды в нем не хватает на мальчишку, парня и еще на следующие бои.

Джеган, Ленек и Джек уложили парнишку на землю и сидели возле него. Джеган держал голову раненого парня и что-то ему говорил. Рядом с ними сидел мальчишка, у которого, как оказалось, стрела раздробила кость, и он не мог ходить. Также возле них стоял молодой и широкоплечий воин, одетый в золотые доспехи с изображением герба «Королевской Короны Инерсии». Шлем воин снял и держал левой рукой на уровне груди, демонстрируя свои длинные темные волосы. Когда Инштин поравнялся с воином, он заметил, что тот держал голову опущенной. Правая рука воина обхватывала эфес меча, находившегося в ножнах, на указательном пальце явно выделялся огромный золотой перстень с черным камнем, на котором было изображение меча Всевластия. Инштин не мог поверить в то, что перед ним стоял принц Инерсии потомок Великого Иландура – Эрсолфий.

— Ты как? – спросил он, присаживаясь, — я вот тебе воду принес. Может она поможет, недаром же наших коней вон какими красавцами сделала.

— Не стоит, — прохрипел парень, — лучше мальчику помоги. Я хочу к своим, к Творцу, заждались они меня наверху…

— А сестры? Как ты их оставишь?

— Дайте воду лучше кому-нибудь другому…

— Жизнь не дается просто так, и как можно от нее отказаться…, — заговорил вдруг неизвестный воин, все еще возвышавшийся над ними. – Я – твой король, и приказываю…

Воин замолчал, и быстро зажмурившись, продолжил, более осипшим голосом:

— Не отталкивай возможность жить…

— Принц Эрсолфий? – переспросил парень, пытаясь приподняться.

— Да это я, — воин опустился на колени перед ним, — прошу…

— Спасите тех, кого эти тру…, — парень не успел договорить, и его голова откинулась назад, безжизненно повиснув на руках у Ленека.

— Выступаем! – скомандовал Эрсолфий, вставая с колен и быстро направляясь к своей лошади, опустив голову.

— Ваше величество, простите, — произнес Инштин, забегая перед Эрсолфием.

Глаза молодого короля и наследника трона были полны слез, которые он пытался сдержать.

— Что тебе? – ответил принц Эрсолфий.

— Я хотел бы просить у вас разрешения выступать с вами! Если конечно вы намерены идти по следам убийц!

— Зачем тебе, крестьянин? Разве тебе хочется смерти?

— Я кузнец, с вашего позволения. Мою жену и ребенка убили. Мне нет смысла жить, и я хочу, чтобы они больше не смогли приносить беды. Я готов умереть за свое слово, пускай я — не воин!

— Прости, очень сожалею…

Принц задумался на мгновение, а затем положил руку Инштину на плечо, и тяжело вздохнув, произнес:

— Воин ты или нет, это не имеет значения, я беру тебя в свой отряд и готов даже самолично тебя обучить, как сражаться на мечах…

— Это честь для меня, — поклонился Инштин.

— Что ж, воин, собирайся! — принц Эрсолфий снова окинул взглядом место схватки.

Получив разрешение на вступление в ряды отряда принца, Инштин тут же отправился к своим друзьям. Ленек, чуть-чуть знающий азы врачевания, пытался остановить кровь у мальчика и перевязать ногу. Мальчик терпел боль, прикусив губы до крови, но не проронил ни слова.

— Постойте, — Инштин открыл сосуд с водой и капнул несколько капель на ногу мальчика.

Вода быстро смешивалась с кровью и, казалось, не попадала в рану, но на четвертой капле Инштин замер, так как рана на глазах стала сама по себе затягиваться.

— Вот и все, — произнес Инштин, смотря на затянувшуюся рану, от которой исчез всякий след, — а теперь попробуй встать.

Мальчик оторвался от земли и неуверенно поднялся на ноги. Вначале его качало, он сделал несколько пробных шагов. Все смотрели на него и не могли нарадоваться, так как волшебная вода и вправду обладала целебными свойствами. Он ходил и даже мог прыгать как раньше.

— Вы волшебник? – спросил он.

— Нет, — Инштин призадумался, пытаясь вспомнить его имя, — Даромир?! Я просто… волшебник, — Инштин улыбнулся.

— А можно мне с вами? – попросился Даромир с просьбой в глазах.

— Мы идем на сражение…, — начал было Инштин.

— У меня нет родителей…, — Даромир замолчал. — Точнее уже нет.

— А сколько тебе лет, Даромир? – вмешался Джек.

Десять, но я все понимаю, — глаза мальчика светились надеждой.

— Я волшебник и обязан выполнять желания, — решил Инштин.

Даромир в благодарности обнял всех мужчин и стал упрашивать Инштина, показать ему какой-нибудь фокус. Перед выходом отряда Инштин, Джек, Ленек, Джеган и принцем Эрсолфий предали земле родителей мальчика. И только тогда поняли, за что того хотели казнить. Его отец был здешним солдатом, вместе с крестьянами отбивался от воинов и успел убить больше десятка человек.

— Главное не быть трусом, — напоследок произнес Инштин на предании земле друга. — Мы отомстим. И обязательно приведем твоих сестер сюда. А если нет — не побоимся взглянуть тебе и самому Творцу в глаза. Мы не были трусами!

 

* * *

 

Рано утром, когда солнце только что вышло из-за горизонта, отряд принца Эрсолфия выступил в погоню за разбойниками. Отряд двигался прямой линией по пять конных. Инштин, обскакав отряд, подсчитал точное количество воинов. Во-первых, оказалось, что в состав входили только конные воины, пеших воинов не было ни одного. Во-вторых, точное количество воинов, включая принца, самого Инштина и его друзей, было шестьдесят человек.

— Мало, — признался принц Эрсолфий. — Отец посчитал, что, услышав о приближении карательного отряда королевской конницы во главе с принцем, разбойники испугаются и сдадутся без боя. Как видишь, они меня не боятся, а наоборот наглеют, показывая мою слабость, поэтому нам и надо скорее их нагнать.

— А вы…

— Ты, пожалуйста! – попросил принц Эрсолфий.

— А ты, — исправился Инштин, — не боишься погибнуть? Ведь мы идем, мечтая о смерти, а ты… Неужели тебе не хочется проводить время с юными принцессами или баронессами? И я думаю, ты очень даже выгодный жених. Простите, — смутился Инштин.

— Ты прав, но я не хочу проводить время в замке с принцессами, в то время когда мой народ грабят и убивают! – признался принц Эрсолфий, — а как вы, Инштин, познакомились со своей женой…

— Ну, — запнулся Инштин, — я долго не мог решиться на женитьбу, считая, что для этого нужно иметь состояние…

Рассказ Инштина оказался долгим. Он припоминал все дорогие ему моменты. Когда он первый раз увидел жену, затем несколько памятных прогулок и признание на берегу реки. Тяжелее всего Инштину далась часть рассказа о том дне, когда в их город ворвались разбойники, и как он застал свою жену убитой.

— Ты прав — они заслуживают смерти, — согласился Эрсолфий.

— Принц Эрсолфий, простите, — подлетел воин-разведчик, который скакал впереди всех.

— Что случилось?

— Скоро мы попадем в засаду. Впереди отряд в тридцать человек, они перекрыли дорогу и выставили лучников! – быстро доложил воин.

— Приготовиться! – скомандовал принц.

После недолгого планирования принц Эрсолфий решил идти быстрым наступлением с поддержкой конных лучниками.

Они оставили лагерь, в обязанности которого входило лечение раненых, а если так случится, то и доставка послания о смерти и гибели отряда Эрсолфия и самого его.

Инштин, Джек, Ленек, Эрсолфий и шестнадцать воинов шли по дороге, а остальные два отряда шли по правой и левой стороне от нее. Разбойники укрепились, укрывшись в старом заброшенном трактире. И сидели внутри него, на территории и на крыше. Лучники сразу стали стрелять в приближающиеся отряды. Однако, зная о строении, принц Эрсолфий приказал стрелять горящими стрелами. И через несколько попаданий стрел, деревянное здание вспыхнуло, и оттуда повалили разбойники. К этому времени здание было почти окружено лучниками принца, и выбегающих встречали стрелами.

— Умри! – воскликнул один из разбойников и сделал едва уловимое движение рукой, кидая маленький ножик в грудь принца.

— Второй раз родился, — кисло пошутил принц, когда меч со звоном отлетел от его доспеха.

На этот раз все закончилось без больших потерь. Один погибший, и пятеро раненых, остальные были даже не поцарапаны и рвались в бой.

Когда оставленная провизия прибыла, воины устроили пир, однако, несмотря на наличие вина, никто не пил и даже не предлагал, ведь все знали, что рядом враги и что надо их уничтожить, а потом уж праздновать. Решив немного отдохнуть, воины улеглись на траву и стали петь песню, в которой рассказывалось о грусти воина по дому и по прекрасным девушкам.

— А научите меня обращаться с мечом, — попросил Даромир у Инштина и у всех остальных присутствующих.

— Ну, давай, — согласился принц Эрсолфий.

— И нас, — поспешно добавил Джеган, беря меч.

До самого вечера принц учил своих друзей, как владеть мечом, а затем устроил бои с применением палок, вместо мечей. Заскучавшие воины быстро присоединились, и скоро на поляне происходил целый бой с участием двух отрядов. Все честно падали на землю, когда их убивали. Когда уже почти ничего не было видно, все пошли спать, кроме оставленных часовых.

 

* * *

 

Инштин почувствовал, что умрет, — силы его держаться на воде закончились, а берега так и не было видно. Руки болели, и казалось, готовы были отпасть вместе с ногами. Хотя многие люди и могут держаться на воде, расслабившись для отдыха и накопления сил, но Инштин не умел.

— Дорогая моя, я иду, — Инштин опустил руки и медленно стал погружаться под воду.

Вода больно колола глаза и вливалась в рот и в нос. Во рту потихоньку появился соленый привкус, и Инштин раскашлялся до боли в груди. Однако кто-то подплыл к нему и, прижавшись, стал поднимать наверх. Постепенно темная вода стала светлеть, и они вынырнули из воды. Инштин не мог надышаться воздухом и отчаянно хватал его, не переставая кашлять. Спасшая его девушка помогла перебраться через борт лодки, а затем появилась сама. Перед Инштином появилась «речная» девушка, подарившая ему камни и давшая чудотворную воду.

— Инштин, послушай, скоро ты настигнешь своих врагов и встретишься с ними в бою… Бой неравный, и поэтому прошу тебя, если тебе нужна будет помощь, воткни меч в землю и, позови меня. Я помогу, если смогу. Поверь мне и позови… Кстати, твоя жена передает тебе привет, она очень рада, что ты помогаешь Даромиру.

 

* * *

 

Проснулся Инштин мгновенно. Он долго лежал неподвижно, прикрыв глаза и вспоминая отрывки сна, в котором ему приснилась жена. В ушах все еще слышался ее голос. В шатер вошел принц Эрсолфий, неся в руке три тарелки с чем-то дымящимся. Подойдя к Инштину, принц Эрсолфий присел возле него на солому и протянул тарелку с кашей.

— Завтракай, и выходим, — обратился принц Эрсолфий, отправляя себе в рот ложку.

— А остальные воины? – растерялся Инштин.

— Уже позавтракали, сходили на разведку и подготовились к бою, — ответил принц Эрсолфий, — мы просто не стали тебя будить.

Каша оказалась на вкус, как домашняя, и Инштин опять вспомнил жену. Принц ел с удовольствием, быстро отправляя в рот ложку за ложкой. Инштин же, наоборот, растягивал удовольствие, а точнее воспоминания и ощущение атмосферы утерянного дома.

После завтрака все собрались в полукруг и перед всем отрядом разведчики доложили о своей работе. Разбойники сильно рисковали: судя по следам, они ушли в сторону города Дарс, находящийся в совершенно другой стране – Докарс. Это было глупо и рискованно, ведь они направлялись на огромный город, и маловероятно, что король Докарса не постоял бы за него. Однако разбойники шли именно на Дарс. Собравшись, отряд принца Эрсолфия тронулся в путь.

Разбойники торопились, потому пустились по давно заброшенной дороге.

Она была заросшей, по ней воины могли двигаться только по одному, строгой линией, что очень замедляло передвижение отряда принца. В конце концов, все устали, и особенно разозлились, когда, подойдя к реке, увидели, что единственный мост через нее подожжен и разрушен. Перейти дорогу самостоятельно без моста не было возможности, река в этом месте была бурной и глубокой.

— Вот волки, — прорычал принц Эрсолфий, — мост подожгли! Что теперь-то делать?! Не нагоним мы их, если будем идти до следующего моста, — долго. И не переплывешь — снесет…

Инштину вспомнился его сегодняшний сон, он стал думать. Он не знал, почему эта мифическая Аква, решила ему помочь, но решил попробовать. Воткнул меч в землю до середины и, припав на колено, стал громко произносить:

— Великая Аква, прошу тебя услышь меня и помоги.

Он боялся, что она не услышит его…

— Ух ты, — выкрикнул кто-то из воинов, увидев девушку, выходящую к ним из воды.

— Зачем ты меня позвал, мой храбрый воин, что произошло? – обратилась она к Инштину.

— Мост через реку разрушен, мы не можем пройти, — ответил вместо Инштина принц Эрсолфий, немного потрясенный появлением девушки.

— А ты кто, храбрый воин? – спросила девушка у принца, увидев, что на берегу, кроме Инштина, разместился отряд воинов.

Вода повела себя странно. Чуть левее моста она остановилась, и появилось открытое дно с обеих сторон, окруженное стенами воды. Многие воины, испугавшись увиденному, стали молиться Богу.

— Пускай твой отряд проходит, а мы поговорим, — улыбнулась она и повела рукой по направлению к мосту. — Так как тебя зовут?

— Принц Эрсолфий, наследник Короны Инерсии, к вашим услугам, милая девушка, — представился принц, подходя к ней, припадая на колено и целуя протянутую руку.

— Аква, — представилась девушка. — Значит вы, вместе с моим воином, идете вершить справедливость?

— Да, но не без вашей помощи, — улыбнулся принц Эрсолфий.

— Рано говорить мне спасибо, ведь основной бой впереди. Тогда и посмотрим, стоит меня благодарить за то, что я вам помогла или нет. Не смею вас задерживать.

Принц Эрсолфий и Инштин на прощание поцеловали руку девушки и, скача позади всего отряда, долго разговаривали о ней.

 

* * *

 

Ближе к вечеру отряд принца Эрсолфия подошел к городу Дарсу, и все сильно удивились, когда не нашли город в развалинах. Однако город был в полной боевой готовности. На башнях сидели караульные. У ворот стояло около десяти конных всадников. Когда отряд принца Эрсолфия показался в поле зрения караульных, те направились в сторону гостей.

Принц увидел воинов, скачущих к ним навстречу. Один, посередине, с флагом Докарса, и двое других с мечами наготове. Эрсолфий приказал своему отряду остановиться и в сопровождении Инштина с двумя всадниками направился вперед.

— Кто и что вы делаете на территории Докарса?! – раздался грозный вопрос.

— Я принц Эрсолфий, наследник престола Инерсии, преследую отряд разбойников, который направился к вам. Мы не хотим от вас ничего, лишь того, чтобы вы нам сказали, куда они направились! – гордо произнес принц Эрсолфий.

Один из воинов Докарса вывел коня вперед, спрыгнул на землю и расстегнул накидку. Он протянул руки Эрсолфию и Инштину в знак приветствия.

— Я наследник престола Докарса, принц Нимфрит, — воин пожал руку вначале Эрсолфию, а затем и Инштину.

— Инштин, — представился Инштин, — воин Аквы.

— Кого? – переспросил Нимфрит.

— Э…, — растерялся Эрсолфий, — он воин Аквы, мифической владычицы морских просторов.

— Интересно, — задумался Нимфрит. — Ну, что ж, вы преследуете разбойников, и я думаю, что вам не помешают друзья. Видите ли, мы пришли немного поздно, и разбойникам удалось разграбить несколько караванов и убить крестьян. И я… хотел бы, чтобы справедливость восторжествовала. Правда, не могу гарантировать отряд в двести человек, но пятьдесят это точно. А теперь прошу в наш город!

Отряд принца Эрсолфия вошел в город уже поздней ночью. По приказу принца Нимфрита солдатам были предложены все удобства для отдыха. Коней подковали, накормили, и загнали в конюшни. Тем временем принц Эрсолфий вместе с Инштином обсуждали все случившееся с принцем Нимфритом, который долго интересовался разбойниками и даже выслушал историю Инштина, после чего приказал что-то своему охраннику и тот исчез. Один из магов принца Нимфрита попросил меч Инштина посмотреть, и тот отдал его. Через некоторое время этого мага нашли замороженным, оказалось, он попытался произвести с мечом магический обряд.

 

* * *

 

Была середина дня, солнце в этот день палило так, что всем воинам пришлось снять свои доспехи, которые теперь везли, позади отряда, на повозке. Солнце палило нещадно. Были осушены десять бочек воды, рассчитанных на трое суток. Еда же оставалась почти нетронутой.

— Вот и наши злодеи, — вгляделся Нимфрит в горизонт.

Воинам был отдан приказ надеть доспехи.

Город Иа осаждался разбойниками со всех сторон. У него была отличная защита: высоченная каменная стена, выложенная из огромных валунов и подогнанных с ювелирной точностью, так что между ними не могло протиснуться и лезвие тончайшего меча; неглубокий ров с дном, утыканным вертикальными копьями. Заправив стрелы в арбалеты и луки, на стене стояли гордые защитники, готовые в любой момент осыпать осаждающих разбойников стрелами. Город мог обороняться вечность — к его крепким дубовым воротам вел поднимающийся со стороны города мост.

В общем, город Иа был гордой и неприступной твердыней. Ко времени появления отрядов принцев Эрсолфия и Нимфрита, осадив город и потерпев поражение, разбойники стали собираться, наметив себе более доступную цель.

Отряд разбойников выстроился в строгом порядке единым строем. Впереди стояли копейщики, выставив копья и длинные щиты впереди себя, затем — в два ряда, лучники. После них — вся пехота, и конница разбойников.

— Выстраивай конницы, а я пока приготовлю подарок, — хищно улыбнулся Нимфрит, — от одного моего мага, не зря же им всё хлеб королевский в свои животы толкать!

— А что с копейщиками делать? – переспросил Эрсолфий, — их и так много.

— Не бойся, — улыбнулся Нимфрит, — эту несправедливость мы подправим, слегка…

Конные быстро рванули вперед.

— Во имя Аквы! — громко кричали принц Эрсолфий, Инштин, Джек, Ленек и Джеган, скача впереди.

Весь отряд подхватил их крик. Вначале никто не мог понять смысла «подарка» Нимфрита, но скоро над головами наступавших в сторону разбойников полетели горящие стрелы. Когда определенная часть их сгорала, они громко хлопались и изрыгали огонь. Нескольких стрел хватило на то, чтобы прямой строй копейщиков дрогнул, и в появившуюся щель ворвались конные.

— Ловите, поджигайте и кидайте! – крикнул принц Нимфрит, кидая скачущим возле него воинам небольшие прямоугольные коробочки с фитилями.

Когда такую коробочку кидали, фитиль сгорал, и она взрывалась, раскидывая и поливая огнем близких к ней воинов. Разбойники сначала лихорадочно защищались из-за инстинкта самосохранения, но затем над ними взяли управление, и бой начался. И через время разбойники стали теснить конницу принцев.

Стемнело, поле было уже щедро полито кровью, и земля надолго запомнила ее вкус. Воины в основном уже бились в рукопашную или на мечах. Инштин все еще сидел на коне, принц Нимфрит сражался на мечах, принц Эрсолфий, первым оказавшийся в бою на ногах, орудовал двумя катанами позаимствованными у одного из разбойников. Увидев, что его окружили, он быстро запихнул одну катану за пояс, а, взяв крепко вторую, стал кружиться на месте.

Над полем сражения раздалась барабанная дробь. Разбойники стали отступать.

Инштин подошел к принцу Эрсолфию, следуя за принцем Нимфритом.

— Ну? – поинтересовался Нимфрит у Эрсолфия.

— Устали воины, но верить им, — Эрсолфий кивнул в сторону отступающих разбойников, — уж как-то странно…

— Мы все равно проиграли. Наших воинов мало, они устают, — задумался Нимфрит.

— Не философствуй, — попросил Эрсолфий.

— Они сдаются? – подбежал Ленек и задал тот вопрос, который крутился у Инштина на языке.

— Сдаются? – переспросил Эрсолфий. — Скорее нет, чем да, — подтвердил он худшие опасения Инштина. — Они предлагают прервать сражение.

— Сохранив позиции? — добавил, улыбнувшись, Нимфрит, — кстати, какой счет?

— Нимфрит, — прервал Эрсолфий, — что делаем?

— Соглашаемся, — зевнув, согласился принц Нимфрит.

— Перерыв! – крикнул принц Эрсолфий.

Барабанщик три раза ударил по барабану.

 

* * *

 

— И верь после этого людям! – философски заметил принц Нимфрит, выходя из своего королевского шатра.

Все воины из отряда принцев были убиты ночью. В живых остались лишь те, кто был в королевском шатре, их спасло, что один из часовых успел поднять тревогу.

— Вот и попались вы, ваше величество, умерла ваша армия от страха, — рассмеялся один из разбойников, — хотя должен отдать вам должное, если бы не этот…

— Гвин, — представился парень.

— Да хоть кто, хотя рад, что буду знать, кого я убил, — разбойник наставил арбалет…

Полы шатра разлетелись и по одному из него стали выходить Инштин, Джек, Ленек, Джеган, Эрсолфий, в полной готовности к бою. Лица у них были каменные и ничего не выражали. Выйдя из шатра, они выхватили мечи из ножен и встали строгой линией.

— Так и умирать не страшно! – задорно воскликнул Гвин, тоже выхватывая меч.

— Сражайтесь, если вы мужчины! — бросил принц Эрсолфий, быстро вращая свои катаны, так что они слились в танце.

Вытащив меч, Инштин воткнул его в землю до середины лезвия и, припав на колено, стал громко произносить:

— Аква, молю тебя помоги нам, ибо ты наша последняя надежда… Я не смог один, — горестно добавил Инштин.

— Убить их! – приказал главарь.

Но все тут же обернулись и стали смотреть на реку, вода которой забурлила и поднялась. Из реки выходила конница, вооруженная мечами и катанами.

— В атаку! – скомандовал главарь.

— За справедливость! – крикнул Инштин, бросаясь на него.

Без всяких слов главарь наотмашь ударил боком, но Инштин успел отбиться. И тут же крутанулся, словно предлагая главарю атаковать незащищенную спину, острие мелькнуло возле самого лица главаря, но тот успел отклониться. Ответил коротким и резким тычком – звеня, сталь столкнулась со сталью, Инштин подставил собственный меч, резко взмахнул рукой, отбрасывая оружие соперника, и, не тратя времени, ударил прямо в сердце. Но главарь успел как-то увернуться и подставил под меч другого разбойника. Пока Инштин смотрел на тело убитого, сползающее с лезвия, главарь успел обзавестись мечом и приблизился, направляя меч в сердце Инштина… Что его заставило отпрыгнуть и выставить меч, он сам толком не знал, но таким образом он увернулся от смерти и убил своего врага.

Отряд Аквы разбил разбойников.

Из воды к Инштину медленно вышла Аква.

— Вот и все, — произнесла она. — Если хочешь, оставь себе меч, и я буду знать, что ты готов сражаться на стороне Добра. Если нет, я тебя не сужу. Ты отомстил…

— Я беру, — тихо произнес Инштин.

 

* * *

 

После недолгих поисков были найдены все повозки со взятыми в плен. Их отпустили по своим городам.

Сестер парня отвезли на его могилу, и они остались, решив поселиться там.

Инштин был представлен Королю Инерсии и назначен правителем города Иа. В самом начале на центральной площади он построил памятник погибшим жителям. Города стали укрепляться и создавать постоянные отряды, следящие за порядком.

Так и закончилась Первая история о Воине Воды.

 

читателей   1216   сегодня 3
1216 читателей   3 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 7. Оценка: 3,14 из 5)
Загрузка...