Дорога домой

Иллюстрация Регины Воробьевой

Иллюстрация Регины Воробьевой

“…В какой бы дом я ни вошел,

я войду туда для пользы больного,

будучи далек от всякого намеренного,

неправедного и пагубного…”

из клятвы Гиппократа.

 

— Он покинул нас, — доктор повесил себе на шею стетоскоп и скорбно замолчал.

Комнату окутала вязкая тишина. Жёлтый тюль спокойно шелестел возле открытого окна, пропуская в душную комнату едва ощутимое дуновение ветра. Слышно было, как механизм настенных часов гулкими ударами отсчитывал секунды. Голосом рока отдавались они в головах людей, наблюдающих за бездыханным телом некогда близкого человека.

Нервно перебирал льняной платок сидящий в коричневом кресле его младший брат, купец, ныне единоличный владелец рыбацкого промысла в городе. В который раз испарина пота скатывалась с его лба к тоненьким усам, напоминая ему о цене помпезного костюма в жаркий летний вечер.

С печалью и долью умиротворения наблюдала овдовевшая хозяйка дома через окно за маленькими детьми, играющими возле исполинского дуба. Ощущая, как ветер гуляет между её рыжих кудрей, она вспоминала прикосновения любимого мужа, вспоминала то, как ещё совсем юными вырезали они свои инициалы и клятвы верности на этом самом дереве. Она уже успела смириться с потерей, однако, всё же ей было неспокойно. Муж уходил тяжело, и пускай нынче она была полна уверенности, что он должен оказаться в лучшем из миров, что-то внутри неё изо всех сил отказывалось его отпускать. Она знала — он был достойным и честным человеком, что по начертанным путям, на святых деревьях её народа, предсказывало более чем счастливую жизнь за гранью этого мира. Вот только одинокая слеза предательски катилась по её нежной щеке.

Возле массивной деревянной кровати стояла загорелая и пухлая служанка в почтенном возрасте. Она делала вид что ждала распоряжений, это, в прочем, давалось ей весьма искусно, но нынче это была лишь маска. Она нуждалась в том, чтобы стоять возле хозяина дома в его последние мгновения на этой земле и провожать его в своё финальное путешествие. Она бубнила себе под нос молитвы за покой усопших, обращаясь ко всем богам-вестникам. Одновременно служанка покачивалась в такт своему дыханию, будто отбивая их зловещий ритм.

Поодаль всех, в новом белом платье, которое больше подходило для званого ужина по какому-нибудь счастливому поводу или в честь некоего важного события, сидела на краю скамьи юная девушка. На её добром, нежном и без преувеличения красивом личике читалось замешательство и смятение. Она была подобна снежной буре, которой посчастливилось обрести человеческий облик. Этот день она изо всех сил старалась закрепить в своей памяти как день взросления и смирения — так, как она хотела и так, как ей было необходимо. Девушка жадно пыталась запомнить все вокруг: и великолепно играющего траур врача, что постоянно глядел на часы, и красно-жёлтую композицию света заходящего солнца и горящих лампад, расставленных по углам комнаты, и затхлый, душно сладковатый запах цветов, по странному притягивающий своей чистотой и искренностью. Она так особенно сильно хотела оставить место в памяти для этого дня, что забывала о волне тоски, накатывающей на её хрупкое юное сердце.

Часы пробили восемь. Обождав пару мгновений от последнего удара колокольчика, доктор произнёс:

— Прошу меня простить, но я должен идти. Сегодня мне предстоит сражаться с другими болезнями и за других больных. Примите мои соболезнования. Если хотите, я могу распорядиться о священнике…

— Не стоит. – оборвала его вдова. — Вы и так уже достаточно сделали. Спасибо и ступайте. Зарина передаст вам плату и проводит вас.

— Спасибо, сударыня. Крепитесь.

Служанка беспрекословно пошла выполнять данное ей поручение, хотя во взгляде её читалась вселенская тоска.

— Пройдёмте за мной, господин врач.

Молодой врач застегнул свою сумку с лекарствами и поторопился уйти.

Покинув комнату, он унес за собой последние ростки отчуждённо светской беседы, в которой можно было попробовать забыться. Теперь оставшиеся в комнате люди ощущали на себе злой рок приближающегося вынужденного разговора.

Первым тишину нарушил брат покойного.

— Врачи, знахари, чародеи, алхимики… — тягуче перечислял он — Какой от них толк? Какой от них толк, если они не смогли побороть обычную, незаразную болезнь одного человека? Пусть только ещё попробуют взять с меня денег, после того, что сделали с моим братом…

— Он обрёл спокойствие и силу, Каспин. Теперь ему не до них… — отрешённо сказала вдова.

— И слава богам! – воскликнул брат. – Ему теперь не нужно заниматься всей этой суетой и бюрократией, не нужно паясничать перед властями, людьми, рабочими. Всё это на плечах живых. На моих усталых плечах. – Он вздохнул и потупил взгляд.

Подобные речи не вызывали у вдовы ничего, кроме лёгкого раздражения. Она хотела поскорей покончить с этим, дабы остаться с мужем в последний раз. Одной.

— Чего ты хочешь, Каспин? – грозно спросила вдова.

— Ничего особенного, Вера. Простая формальность, – залебезил Каспин — Мне как можно скорее нужно свидетельство о смерти и твоя подпись, что ты ничего не имеешь против меня, в качестве главы промысла. Так я гораздо скорее вступлю в должность, – последние слова он будто протараторил заученным до зубов текстом и расплылся в глупой и крайне неуместной улыбке. Веру поражала способность этого человека быть лишним даже на семейном трауре.

— Так вот и отправляйся за ними сам, раз они тебе важнее родного брата. — раздражение её становилось всё сильнее.

— Но ты же знаешь, сколько у меня это отнимет времени? А нужно ещё успеть предупредить рабочих, снарядить завтрашние лодки… Дело здесь не в том, что я не люблю брата. Нисколько не в этом. Люблю, сильно люблю и скорблю о нём. Но долг меня, как хозяина, не ждёт. И если бы ты мне помогла, ты ведь знаешь, это значительно облегчит мне задачу… — почти по слогам проговорил Каспин и уставился на свои руки.

— Ещё немного и я выгоню тебя вон – сказала хозяйка дома сквозь зубы — Мало того, что ты уже делишь имущество моего мужа, твоего брата, хотя он ещё даже не успел остыть, так ты ещё и не даёшь мне спокойно, с достоинством, проводить его! – Вера почти перешла на крик.

— Вы оба никогда меня не любили… — Каспин начал заводиться в ответ — Я любил его! Слышишь? Любил сильнее многих! Но ни ты, ни он, никогда вы не давали мне того же взамен! – брат повысил голос и встал с кресла.

— Да как ты смеешь?! – возмутилась вдова.

Комната наполнилась руганью и гневными речами. Казалось, о покойном все забыли, резко вспомнив о делах живых и суетных. Только дочка молча наблюдала за лицом отца, не замечая криков и резких жестов. На его лице застыла гримаса задумчивости. Будто сейчас он активно считал в уме сложнейшее уравнение, ответ которого вот-вот должен был всплыть в его голове. Но теперь, когда комната начинала превращаться в цирк и балаган, его лицо странным образом гармонировало с обстановкой. Будто даже на том свете его сумели достать эти семейные разборки, и теперь он сосредоточенно пытался уйти от своего участия в них и в каком-то смысле ему это удавалось.

— Вы эгоисты! Вы всегда думали только о себе! – кричал разъярённый Каспин.

— Наглец! Вспомни, вспомни как мы помогали тебе подняться на ноги? Кто помог тебе тогда? Кто? Скажи! – не унималась Вера.

— Смотрите – еле слышно прошептала дочка.

— Вы сделали это только ради своего самолюбия, я бы справился и один!

— Смотрите! – теперь она крикнула так сильно, что взрослые от неожиданности перестали спорить и уставились на побледневшего ребёнка.

— Смотрите! – она показывала на тело отца – Он открыл глаза!

Брат и жена покойного со страхом посмотрели туда, куда указывала дрожащая рука девушки, и от удивления чуть ли не подпрыгнули на месте.

Мертвец спокойно смотрел на них, самым живым и любопытствующим взглядом разглядывая комнату. Он вдохнул полной грудью, увидел, что всё внимание обращено на него и с улыбкой произнёс:

— Привет!

Брат покойного вскрикнул тонким голоском, жена упала в обморок, а дочь, еле успевшая поймать падающую мать, с удивлением смотрела на вновь обретённого отца.

— Ты дьявол! – закричал Каспин.

— Если бы мне каждый раз давали за такие обвинения золотой – задумался умерший, подсчитывая в уме кучу золота – Но вы ошибаетесь, я врач. Просто пришёл сюда не постучавшись и без приглашения. Однако, как видно, по нужде. Давно покойничек отчалил? – с невинным выражением лица поинтересовался мёртвый мужчина.

Такая искренняя невозмутимость поразила Каспина на столько, что тот предпочёл замолчать. Так все и продолжалось несколько минут.

Изумлённый Каспин сидел с приоткрытым ртом в кресле, не обращая внимания на капельки пота, стекающие по его лицу. Дочка широко раскрытыми глазами глядела на вновь ожившего отца, сидя на буром ковре и попутно обмахивая шёлковым платком матушку.

— Сер доктор ушёл, госпожа – в комнату вошла служанка, прекратив всеобщую идиллию. Оборвав свою фразу на полуслове, она удивлённо оглядела присутствующих. Проследовав за направлением их ошарашенных взглядов , она пристально посмотрела на покойника и громко охнула.

— Не вздыхайте так. Хотя вздыхайте, главное в обморок не падайте, у нас не так много времени, как хотелось бы.

— Вы… вы кто? – спросила Зарина.

— Врач, я врач. Точно не вернувшийся с того света – он внимательно оглядел свои руки – Мужчина. Повезло в этот раз. Но если хотите ещё вернуть ушедшего, то, пожалуйста, отвечайте на мои вопросы как можно быстрее.

— Вы… я поняла! Это вы! Из тех самых легенд! Тот самый любознательный дух! – испуг на лице служанки пропал, уступив место едва сдерживаемой радости.

— О, мне повезло больше, чем я мог подумать! Знаток местного фольклора! Ха, надо же, любознательная… Уважаемая, видно нынче я буду обращаться к вам, так что отвечайте быстро, насколько можете. Веселье и радости оставьте на потом. Когда умер покойный?

— Да вот только-только доктора проводили. Он смерть и отметил. Молодой такой….

— Это хорошо, время есть… — задумчиво молвил “врач”. – За священником, друидом, шаманом, или кто у вас тут, посылали?

— Нет, госпожа просила повременить. Хотела проститься… с мужем.

— Это просто замечательно! Давно мне так не везло. А то, знаете ли, порой больше времени тратишь на уговоры родственников и бегство от огня фанатичных священников, нежели на само лечение больного… — лицо мёртвого окутала мечтательная дымка — Но да ладно. Кстати, где мы?

— Небольшое имение. К северу от Зимовёрста. Городок такой – бодро ответила Зарина.

— Как-то жарковато у вас тут для города с таким названием. Так, хорошо… — “врач” задумался. – В доме ещё прислуга или иные люди есть?

– Да, несколько человек работают в доме и несколько на улице, но я без труда всё им объясню. Они помогут. Вот только должен прийти зодчий, по поводу ремонта веранды. – служанка беспрекословно старалась отвечать на все вопросы. Ощущение какого-то скрытого от окружающих знания сочилось из её речей, будто сок из молодой берёзы. Дочь и брат покойника не отрываясь смотрели на неё с трепетом и крайним удивлением.

— Зодчего отправьте домой, скажите, что хозяйка неожиданно заболела, или что-нибудь такое… И дайте в дорогу какой-нибудь еды, чтобы вопросов лишних не задавал. Бедных родственников – он кивнул в сторону присутствующих. – Проводите в другую комнату. Дайте им чаю или чего покрепче, пусть в себя придут. И пусть сидят в доме, а то разболтают кому не надо и все вместе на костре окажемся, или чего ещё хлеще. Слышали?! – он грозно обратился к сидящим людям. Те дружно и старательно закивали, ещё не до конца понимая смысл его фраз. Их попытки сделать сосредоточенные выражения лиц вызвали у “врача” задорную улыбку – Чуть позже эта уважаемая женщина всё вам расскажет, а пока сидите смирно и… лучше позаботьтесь об этой бедной впечатлительной женщине на полу. И живее, живее! Взяли и унесли её. – Дочка в немом повиновении обхватила своими ручками плечи матери и потащила её к выходу. – Не сидите как истукан, помогите девушке! – обратился “врач” к брату покойного.

Каспин опомнился, отодвинул девочку в сторону и взял Веру на руки. Он быстро и старательно вынес её из комнаты. За ним, пытаясь не отставать, плелась девушка.

— Итак, теперь, когда мы остались одни, расскажите мне, пожалуйста, чем болел умерший. В мельчайших подробностях и как можно точнее. Не волнуйтесь, времени у нас нынче достаточно, я никуда не спешу, так что говорите всё, что знаете или помните. И да, о том как его лечили расскажите тоже. А то, знаете ли, бывает, что лечение на слабом организме сказывается ещё хуже, чем болезнь…

Наступила ночь.

Свечи горели в комнате, рождая уютный, даже интимный свет. За обеденным столом сидели трое: измученный Каспин с мокрым белым полотенцем на лбу, дочка, жадно поглощающая очередную булочку и Вера, что гипнотизировала полную кружку остывшего чая. На белой скатерти красовалась широкая фарфоровая ваза со свежими яблоками. Оранжевым мерцали каёмки совсем нового белого сервиза. Человек посторонний мог подумать, что это обычный семейный вечер. Если бы не одно “но”, которое бодрым, для покойника, голосом, бойко отдавало приказы и распоряжения для прислуги, лакеев и прочих обитателей дома.

Дом ожил впервые за много месяцев, причём ожил торжественно, наполнив живительной энергией всех обитателей, за исключением тех несчастных за обеденным столом. Объяснения служанки остальным в основном звучали так: “Это тот самый любознательный дух!”. Такое объяснение было исчерпывающим для всей прислуги. В крайних случаях исходил ответный вопрос: “Тот врач?” — и, получив утвердительный ответ, они тут же принимались за работу. Вот только ни брат, ни жена, ни дочь покойного даже не подозревали о существовании какого-то там духа, тем более с врачебными наклонностями.

Так что им оставалось довольствоваться фразами “Объясним всё позже” и “Не мешайте, у нас важное дело”. Казалось, они будто поменялись с прислугой местами.

В комнату к вновь ожившему то и дело заносились цветы, причудливые травы, оборудование, взятое в долг у алхимиков или новое, только что выкованное приспособление кузнецов. Люди носились по дому, каждый со своим поручением. Старая служанка только и успевала передавать указания “врача”, снаряжать посыльных, да руководить перемещением важных предметов по комнатам.

Первым потребность что-нибудь сказать ощутил Каспин.

— Это возмутительно! – робко, но с претензией произнёс он и вновь замолчал. Его слова лишь на мгновенье отвлекли девушку от булки. От Веры он и вовсе не удостоился какого-либо ответного внимания.

Каспин явно был смущён, озадачен и обескуражен таким развитием событий. Так что он не то, чтобы не хотел продолжить свою гневную речь, он просто не знал за какой возмутительный факт в окружающем его мире ухватиться. Будто ребёнок, оставленный в магазине игрушек, он не мог решить, с чего начать. Оставалось только повторять одно единственное предложение…

— Это… возмутительно. – Снова сказал он.

Вновь стол погрузился в неловкое молчание, прерываемое периодическим хрустом свежей булки.

— Это…

— Возмутительно, да, да, мы уже поняли. Спасибо, Каспин. – Прервала его Вера.

Тот гневно глянул на неё, но потом вновь погрузился в пучину личного негодования.

— Вы хотя бы… знаете, что это за наглый доктор такой? Мало того, что осквернил тело моего брата, так ещё и командует тут…

— Знаем не больше твоего, Каспин – твёрдо сказала Вера, специально сделав ударение на его имени.

— А я что-то такое слышала… — скромно молвила девушка. Внимание взрослых было приковано к ней моментально. Оба жадно смотрели на неё, ожидая продолжения фразы. От такого внимательных и пристальных взглядов она засмущалась и вновь откусила немного от булочки.

— Продолжай, дитя, расскажи, что ты знаешь. Не волнуйся. – тепло произнесла Вера.

— Да, продолжай… — было начал Каспин, но осёкся под гневным взглядом хозяйки дома.

— Дети… дети во дворе рассказывали страшную историю. Мы как-то с мальчишками ночью сидели в шалаше и рассказывали всякие сказки …

— Ты засиживалась допоздна с мальчишками? Ты же знаешь, так уважаемые девушки не поступают… — сделала опрометчивое замечание Вера, прервав рассказ дочери.

— Прости меня, мама – девушка явно поникла от таких слов.

— Ничего, продолжай. Что было, то было, главное ты рассказала. Так что за история? – любопытство взяло верх над матерью, и та смилостивилась.

Девушка продолжила:

— Ну… в общем мы сидели, и мальчики начали рассказывать страшилки. Одна из них была про любознательного юношу, который жаждал славы и признания. Он очень похож на этого… духа.

— Кто он? Не томи, родная – сказала Вера.

— Я боюсь, что не помню историю полностью, но…

— Не бойся – старая служанка подошла к девушке и положила свою ладонь ей на плечо. Видно было, что она запыхалась от работы, но была несказанно рада случившимся переменам. – Говори, а если что, я поправлю тебя.

— Хорошо. Ну… — начала девушка – В далёком царстве жил был один мудрый врач. У него был молодой ученик. Тот был талантливым, но очень мнительным и ленивым, что мешало ему в постижении врачебных тайн. Как-то раз уехал этот врач из города, чтобы помочь уважаемому пациенту. Обычно он принимал всех у себя, но в этот раз необходимо было отлучиться. Тех, кто остался, он поручил ученику и наказал ему строго настрого, если что случится, дать ему весточку через голубей, либо гонцов…

— Пока всё так. Ты хорошо запомнила эту историю, умница. Продолжай – тепло сказала служанка.

— Ну, как раз после отъезда пришёл к тому врачу больной селянин. Болен он был не сильно, просто хотел удостовериться в несерьёзности болезни, но ученик разглядел в том серьёзный недуг. Однако решил, что справится самостоятельно, без учителя. Вот только он переоценил свои силы и лишь усугубил здоровье фермера…

— А что потом? – нетерпеливо спросил Каспин.

— Потом вернулся учитель. Благо фермер не успел пострадать, и учитель спас его, но ученика наказал. Он разгневался на того так сильно, что в порыве велел ему убираться восвояси из его дома и больше не появляться на его пороге. Никогда. – девушка немного отпила из чашки, смачивая пересохшее горло.

— Ученик рассердился и расстроился. Ему некуда было идти, и он винил во всём учителя. Потом проклинал фермера. Позже принялся и за себя… Пока он шёл, случилось ему забрести в глухую чащу леса. Он плутал по ней долго, пока на опушке не встретил юную деву. Она слёзно звала о помощи. Её конная прогулка закончилась неудачно. Сама она сильно упала и ударилась, а лошадь ускакала прочь. Ученик помог ей. То ли из-за того, что ему понравилась девушка, толи из-за того, что ему хотелось взять реванш и доказать себе, что он чего-то стоит, но он быстро вылечил её и пробыл с ней, пока не прибыла помощь. Её отец, мудрый волшебник, обрадовался спасению дочери. Он дал юноше одно желание. И тот возжелал славы врача, который знает, как вылечить любую болезнь. Волшебник увидел в юноше как гордыню, так и самопожертвование. Так что исполнил его желание, но по своему… Тот стал духом, что вселяется в умирающих от недуга, и помогает им победить болезнь.

— Всё так. Ну, почти – в обеденную вошёл улыбающийся покойник. Тело мужчины было обмотано странного вида повязками, от которых пахло цветочными припарками и смолой. На животе красовался тонкий красный след от свежего надреза.

— Ты умница дитя, мне даже нравится такая версия. Она почти правдива. За исключением того, что волшебнику больше подошло определение не мудрый, а старый хрен. Да и просил я сначала о руки его дочери, ведь мы с ней быстро полюбили друг друга… Но вот загвоздка, как зять я ему совсем не сдался. Молодой балбес, выгнанный из учеников, даже врача алкоголика. Тогда я ему пригрозил добиться славы, признания и прийти за его дочерью… Ну он и помог мне. Быстрее добиться желаемого – покойный заулыбался.

Взгляды сидящих за столом людей буравили врача. Лишь служанка смотрела с теплотой и почтением.

— Да, кстати, будет жить муж то. Всё, закончили. Главное никому не говорите. Иначе придут церковники и будут клещами проверять подлинность слов – покойный громко засмеялся, вызвав у присутствующих смущённые, но радостные улыбки.

— Папа правда будет жить? — поинтересовалась девушка. В её глазах заблестели радостные огоньки.

— Ага. Живее всех живых. Главное на острое ему не позволяйте налегать, а то чревато.

— Слава богам, спасибо! – хозяйка дома впервые обрадовалась. Огромный, выедающий изнутри груз, упал с её плеч, уступив место искренней радости. Счастливая, она будто помолодела на несколько десятков лет. Дав волю эмоциям, она радостно обняла тело мужа и… расплакалась.

— Вольно, вольно, ещё успеете нарадоваться. Поберегите счастье для мужа, вместе разделите, всей семьёй. Ладно, в общем, у меня к вам одна просьба. Я вас больше не побеспокою, по крайней мере, без нужды, но прошу вас, дайте мне возможность побродить по миру. Не бойтесь, не в теле умершего, я буду в своём. Просто, без вас я не смогу освободиться… на время. Уважите доброго духа? – врач расплылся в доброй и душевной улыбке.

— Мама, давай поможем ему! – радостно воскликнула дочка.

— Да, госпожа, осмелюсь сказать, что он по истине достоин награды. – покорно произнесла служанка.

— А откуда мы знаем, что ты точно помог ему, а не забрал последние остатки жизни? – подозрительно спросил Каспин.

— Вольно тебе, ворчливый ты засранец. Брат твой мёртв был, а этот дух вернул его – сказала Вера. – Да, я помогу вам. Что нужно сделать?

— Спасибо – с теплотой и благодарностью сказал врач – мне нужно немного. Просто произнесите: “Благодарна я за помощь твою и милосердие перед мужем моим. Будь свободен и распорядись с толком отпущенным временем для тела твоего и души”.

Вера произнесла фразу слово в слово, на что дух отстранённо ответил:

— Распоряжусь, госпожа.

В следующий миг муж закрыл глаза, и тело его обмякло. Служанка поймала его, не дав ему упасть.

— Он дышит госпожа, дышит! – воскликнула Зарина.

— Живой – сквозь слёзы сказала Вера.

— Папа… — дочка бросилась к отцу.

Каспин лишь тихо произнёс, из последних сил сдерживая слёзы – Брат…

***

Тёплый летний дождь накрыл город внезапно, будто наряд рыцарей нерадивых разбойников. Во дворе извилистой улочки, на лавке, сидели два старика и разговаривали о погоде, графе, да о ноющих ногах. Вдруг у богатого, из цельного красного кирпича, дома показался путник в длинном коричневом плаще, скрывающим лицо от посторонних. Тот открыл калитку, подошёл к дому и трижды постучал в резную деревянную дверь.

— Опять загуляла, девка – сказал первый.

— Богатая, вот с жиру и бесится – молвил второй.

— Что же она себе мужика не найдёт в мужья? Вроде всё при ней, и деньги, и красота, и семья достойная. Вот недавно, говорят, графа нашего отвергла в очередной раз.

— Да блудливая она. Вон, и ребёнка от одного из этих себе нагуляла. Эх, что за девушки пошли.

Дверь в дом открыла хрупкая и нежная русоволосая девушка. Несмотря на свою красоту, в ней читалась большая внутренняя сила, доставшаяся ей от отца. Она строго взглянула на путника. Тот поднял мокрый от дождя капюшон, обнажив капу коричневых волос. Стоило девушке увидеть лицо пришедшего, как от строгости не осталось и следа. Её место полностью заняла неиссякаемая доброта и любовь. Казалось, она готова обнять весь мир, но вместо этого она утонула в объятиях пришедшего.

— Ты к нам надолго? – спросила она путника.

— Не знаю – ответил он — Может навсегда, а может мне опять придётся путешествовать из тела в тело.

Девушка расстроилась, хотя и старалась не подать виду. Она крепко сжала его, будто боялась его упустить из своих рук. Он провёл ладонью по её голове и прошептал.

— Ну что ты, право. Будем надеяться. Да и знаешь, я всегда найду дорогу домой.

Они так и стояли под дождём. Два человека, вновь обретшие друг друга после долгой разлуки.

— Ладно, пойдём в дом, а то ещё, не дай боже, завтра в твоём теле проснусь, и кто знает, как я умудрюсь нашкодить в этот раз.

Девушка засмеялась и посмотрела ему в глаза.

— Всё… Я в порядке – она потёрла ладонями веки.

— Вот и хорошо. Кстати, а где наш сын? Что-то как-то тихо внутри…

— Папа? – раздался со второго этажа сонный детский голос.

— Вот и разбудил. Иди и укладывай его сам. Дай своей женщине время привести себя в порядок.

— Ты и так прекрасна – молвил путник, переступая через порог.

— Не ври мне – крикнула девушка, уходя в глубь комнаты.

Путник засмеялся. Потом он закрыл глаза и глубоко вдохнул, наполняя лёгкие запахами родного дома.

Старики на лавке всё это время молча наблюдали за парой.

— Всё же хорошо девка, что не говори. Хороша… — сказал один.

— Что верно, то верно. А как глядит на него, а? Эх… – ответил второй.

Они наблюдали за уходящей в дом парой, со странным чувством глубокой радости и надежды за двух, незнакомых им людей.

читателей   1233   сегодня 2
1233 читателей   2 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 14. Оценка: 3,50 из 5)
Загрузка...