Промашка

 

— Откуда ты взялся?

Пришелец улыбнулся.

— Если я расскажу, ты все равно не поверишь. Но, если хочешь, я могу тебе показать…

Он протянул мне руку в приглашающем жесте.

— Пойдем со мной, ты не пожалеешь.

Шар в его руках разгорался всё ярче, заливая серый мир вокруг мягкими лазурными переливами.

— Пойдем, – с улыбкой повторил Альмус, и, поддавшись внезапному порыву, на миг забыв обо всем на свете – о маме с папой, о школе и друзьях, о домашних заданиях – я шагнул вперед и вложил ладонь в его протянутую руку.

Полыхнула яркая вспышка, да так сильно, что стало больно глазам, а потом что-то твердое врезалось в ступни, и, потеряв равновесие, я очутился на земле. Мир вокруг слегка раскачивался, словно палуба корабля, однако немного погодя все пришло в норму – видимо, в качке было повинно легкое головокружение. Над моей головой хихикнул Альмус, и с некоторым запозданием я подумал, что не слышу привычного уличного шума – ни машин, ни далекого дребезжания трамваев, ничего. Синева, отпечатавшаяся после вспышки шара, медленно исчезала из глаз, и вокруг проступали контуры деревьев, шелестевших могучими кронами, верхушки которых золотили солнечные лучи. Воздух, пахнущий свежо и сладко, был наполнен утренней влагой, и тяжелые капли росы стекали по густой траве – синяя вспышка забросила нас на небольшую поляну посреди густого леса.

— В первый раз все падают, — сказал Альмус. – Кстати, ты ведь даже не сказал как тебя зовут.

Я поспешно поднялся, отряхивая брюки (колени оказались вымазаны темно-зеленой жижей, обильно выделившейся из сочной травы, в которую мы угодили), и протянул ему руку, ругая себя за невежливость.

— Юра Камушкин, очень приятно.

Очень хотелось поскорее осмотреться, задать моему новому приятелю десяток-другой вопросов, но соблюсти приличия требовалось прежде всего. Мама всегда говорила, что платье нужно беречь смолоду… или как там она говорила… смешавшись, я стоял, как дурак, с вытянутой рукой перед Альмусом, который лишь глянул на мою ладонь, а потом продолжил как ни в чем ни бывало:

— Странное у тебя имя, как у дракса какого-нибудь. Но я ваш мир вообще не очень люблю, ты уж извини. Дурной он какой-то.

Очевидно, рукопожатие у них тоже считалось дурным тоном, и я поспешил сунуть руки в карманы, не смея обидеться на неизвестного дракса. Мой спутник между тем осмотрелся и совершенно по-нашему задумчиво почесал затылок.

— Что-то я не узнаю этого места… – заявил он и пожал плечами. – Наверное, фастфлайер недостаточно зарядился, малыш Мальяр его изрядно подсадил…

Из-за пазухи Альмуса высунулась мордочка Дамби, вопросительно взглянувшая на хозяина. Не обратив на него внимания, мальчишка поднял к глазам свой магический шар (теперь синий цвет едва теплился в его глубинах) и внимательно осмотрел. Потом улыбнулся и спрятал шар в недрах своего свободного костюма.

— Совсем разряжен, – сообщил он мне и неожиданно подмигнул. – Хотел я познакомить тебя с нашими – они всегда новеньких любят, но видимо придется с этим обождать. В ближайшее время никуда нам отсюда не деться, заряда даже до соседних миров не хватит.

— С кем это – с вашими? – брякнул я, хотя еще пару секунд назад на языке вертелся совершенно другой вопрос, гораздо более важный. Альмус сделал страшное лицо.

— С приключенцами, – важно сообщил он. – У нас целый клуб, из сопредельных миров, все отличные ребята, тебе понравятся…

Неожиданно он весело рассмеялся. Наверное, его позабавило выражение моего лица.

— Я забыл, ты же в первый раз ныряешь. В общем, есть такой клуб…

Его слова были прерваны протяжным резким криком, обрушившимся с неба, и нас обоих упруго швырнуло в траву плотным, словно из пушки, воздушным потоком. Подняв взгляд, я увидел огромную птицу, взгромоздившуюся на вершину ближайшего дерева, отчего его ствол пригнулся к земле, как тростинка. Не успел я испугаться, как сбоку возник Дамби, мгновенно принявший облик дракона. Вчерашний котенок, он ощерил зубастую пасть в сторону нашей обидчицы, готовый ринуться в атаку, однако Альмус шикнул на него, и зверь нехотя вернулся к его ногам. Кажется, происшествие нисколько не испугало моего нового товарища – поднявшись, он небрежно расправил свою роскошную шляпу и отряхнул костюм, не обращая на птицу никакого внимания.

— Альмус? – позвал я, с опаской глядя на внушительный клюв этой пришелицы, чьи перья отливали огненно-рыжим, а размах крыльев давал фору любому доисторическому птеродактилю. – У вас так принято?

— Здесь не у нас, Юракамушкин, – туманно пояснил он, помогая мне встать на ноги. – Я как раз начинал тебе рассказывать, что мы промазали мимо нашего мира и очутились в мире терциума. Не хватило заряда. Это – птица-страж, ктерх. Если она здесь, значит, где-то недалеко есть патруль. Раз птица нашла нас, значит скоро они будут здесь.

— Нужно бежать?.. – спросил я, втайне надеясь, что все-таки не нужно – против такой птички наши шансы на побег выглядели не слишком обнадеживающе. Альмус отрицательно мотнул головой.

— Не волнуйся, жители этого мира наши союзники, к тому же, они начисто лишены магии…

Я вновь посмотрел на птицу-стража — в лучах восходящего солнца она выглядела более чем внушительно; ярко-желтые отсветы играли в ее золотистых перьях, и мне казалось, что ктерх горит.

— Что будем делать?

— Подождем, — беспечно проговорил Альмус и взял на руки своего дракончика, успевшего вновь обернуться котенком.

Становилось жарковато — моя осенняя одежда явно не подходила для здешнего климата. Стащив с себя куртку, я кое-как затолкал ее в рюкзак. Мой спутник между тем  никакой поклажей себя не утруждал — при нем не было ничего, напоминающего сумку или мешок.

— Так вот, — продолжил прерванный рассказ Альмус, устроившись в траве. — Есть такой клуб, в котором состоят ребята из мира примиума — места, откуда я родом. У нас в мире достаточно магии даже для самых далеких путешествий с помощью фастфлайеров — жестом фокусника мальчишка извлек складок своей просторного костюма синий шар — и мы ныряем из мира в мир, а потом собираемся и делимся впечатлениями. Это очень интересно; в нашем мире скукота, родители, всякие обязанности и запреты — поэтому каждый, у кого есть фастфлайер, рано или поздно вступает в клуб. Ты тоже из наших, хоть и из другого мира, я сразу понял — он наставил на меня указательный палец. — Не успел оглянуться, как прыг со мной, даже о родителях не вспомнил. Вот это по-нашему! Жаль только, дракона у тебя нет…

— Так ты убежал из дома? — попытался уточнить я единственную понятную вещь из его болтовни. Альмус пренебрежительно махнул рукой.

— Не убежал, а ушел. Мне уже тринадцать, мне год как положен собственный дракон; что хочу, то и делаю! А если кто-нибудь хочет заставить меня учиться — пусть сами учатся! — он погрозил кулаком кому-то невидимому.

— Я думал, драконы только в сказках бывают, — сказал я.

— Чепуха; просто они водятся только у нас — заявил Альмус. — Каждый мир обладает своими особенными животными. У нас это драконы, у терцианцев — ктерхи — он кивнул головой в сторону огненно-рыжей птицы, — а у вас, кажется, дель-фины. Не знаю точно, я их никогда не видел… есть и другие миры, в которых тоже много кто водится.

У меня от всех этих новостей немного захватило дух.

— Так миров много? — жадно спросил я, прикидывая, найдется ли для меня хотя бы в одном из них мой собственный дракон. Альмус утвердительно кивнул головой.

— Всего их восемь, — сказал он. — Такое деление называют октавой, а миры в ней идут в порядке удаления от примиума, или главного мира. Откуда я родом, — не без гордости заметил мой спутник. — Так вот, существует наш мир, потом секундиум — там, кстати, тоже довольно скучно, жители такие зануды… потом терциум — мы сейчас как раз в нем находимся… потом квартиум, там я был всего раз, кроме ужасного мороза и жуткого ветра ничего оттуда не припомню, сразу удрал, так как стало холодно… потом ваш мир — квинтиум, был пару раз, больше не хочу — воздух у вас вонючий и люди злые… ты не в счет, конечно. Потом идут секстиум, септиум и октавиум — там я не был ни разу.

Я хотел было заступиться за соотечественников, но, вспомнив обстоятельства, при которых нам довелось познакомиться, передумал.

— Наш мир самый главный, — наставительно произнес Альмус. — Мы самые развитые. В вашем мире, например, вообще об октаве ничего не известно. Остальные миры, кроме нашего и немного секундиума, обходятся без магии, бедные. С терциумом, кажется, у наших предков в стародавние времена даже были разногласия по этому поводу… так мне учитель сказал — пояснил отпрыск самой-самой развитой цивилизации в мире и почему-то смутился.

— А что там, в остальных мирах?

— Я не знаю; говорят, там очень опасно. Нам до них пока не хватает заряда — с явным сожалением произнес Альмус. — Ничего, когда-нибудь…

Неожиданно заросли сбоку зашевелились, и на полянке появилась диковинная упряжка — парящий в воздухе домик, похожий на карету, с запряженным ктерхом вместо лошади. А двое, повскакивавшие с облучка и направившиеся к нам, выглядели самыми обыкновенными людьми, правда, одетыми в незнакомые фиолетовые одежды.

— Ветра, — сказал один из них и поднял открытую ладонь. Альмус повторил его движение, и я поспешил сделать то же самое, хотя ничего и не понял. Наверное, человек просто поздоровался с нами. Потом, внимательно зыркнув на моего спутника, патрульный перевел взгляд на меня и ткнул пальцем в рюкзак.

— Покажи ему, — сказал Альмус. — Не бойся, они не отнимут.

Поколебавшись секунду, я опустил сумку на землю. Патрульные бесцеремонно извлекли наружу мою куртку, учебники, тетрадки и ручки, рассматривая каждый новый предмет как нечто диковинное и необычное. Особенно поразили книги – патрульные вертели их так и эдак, шуршали страницами, сгибали и разгибали – в общем, делали все то, для чего они не были предназначены, и ничего из того, для чего они предназначались. Один из этих неучей даже пронюхал зачем-то мой учебник по химии. Потом все вещи были свалены обратно в рюкзак.

— Садитесь в ланто, — произнес один из патрульных певучим голосом, – мы доставим вас в замок. Приказ лорда.

Я глянул на Альмуса – поддерживаемый патрульным за локоть, тот уже забирался в диковинный парящий аппарат. Забрав рюкзак, я вскарабкался следом.

Внутри было довольно уютно – мягкий диванчик с подушками, низенькая подставка для ног из резного дерева. Пока я осматривался, пытаясь сообразить, какая сила удерживает нас в метре от земли, карета тронулась.

Я ожидал, что патрульный, забравшийся в ланто следом за нами, станет задавать вопросы, однако тот благодушно молчал, с легкой улыбкой рассматривая проплывающий мимо пейзаж.

Довольно скоро лес начал редеть, после чего его плавно сменили поля, переливающиеся золотыми волнами пшеницы. Издали доносился незнакомый звук, напоминающий дыхание дремлющего исполинского чудовища. Высунувшись в оконце, я увидел зеленоватую кромку моря на самом краю пшеничных полей. То тут, то там торчали симпатичные усадьбы, похожие на пряничные домики с рождественской открытки; а вдалеке, примостившись на обрыве, возвышался красивый замок, с множеством башенок, сложенных из сиреневого камня.

— Почти приехали, — сказал мне Альмус. – Я был в замке, когда отец брал меня с собой… как-то раз. Конечно, это было до того, как я получил собственный фастфлайер – добавил он поспешно. – Лорд Фальдинг добрый, он разрешит нам остаться, пока шар не накопит достаточно заряда.

По мере приближения к замку я все дальше высовывался из окна – так было интересно. Дома вокруг располагались все теснее, пока не образовали узкие улочки, заполненные разнообразным людом. Там и сям сновали ктерхи самых разных размеров, то выпрашивая угощения, то просто прохаживаясь среди горожан с самым важным видом; мимо нас то и дело проплывали ланто, движимые всё теми же удивительными птицами.

— Это птичий город, — сказал Альмус, выглядывая из-за моего плеча. — Здесь повсюду эти ктерхи. Я слышал, все башни вокруг замка построены специально для них.

Ланто как раз вплывало в створ замковых ворот, и строй башенок, венчающих крепостную стену, открылся нашему взору. Я увидел множество стрельчатых окон, похожих на бойницы, меж которых сновали ктерхи; даже с такого расстояния они казались огромными.

— На самом деле у терцианцев нет врагов, — поведал мне Альмус, — и они тренируют птиц-стражей из уважения к традициям. В основном ктерхи используются как тяговая сила. Так папа говорит…

Ланто остановилось, и патрульный, за всю дорогу не проронивший ни слова, ловко спрыгнул на землю и предложил нам выйти. Я закинул рюкзак за спину, во все глаза глядя на удивительные сиреневые стены, сложенные из какого-то камня. Громада замка возвышалась над нами до самого неба, загораживая поднимающееся из-за моря солнце.

Альмус был прав — пока патрульные вели нас по коридорам и залам замка, нам не повстречалось ни одного вооруженного человека. Видимо, здесь действительно никого не боялись. Одни незапертые двери сменяли другие, и все эти богато обставленные комнаты никем не охранялись. Наконец мы вошли в большую залу, великолепием своим затмившую все предыдущие. У дальней стены на позолоченном троне восседал мужчина, облаченный в длинные фиолетовые одежды, ушитые золотыми нитями, а возле трона на золотом насесте устроился миниатюрный ктерх.

— Гости из большого леса, лорд Фальдинг, — доложил наш провожатый. Мужчина, глянув в нашу сторону, неожиданно вскочил на ноги, и его лицо расползлось в улыбке.

— Ба! Да это же сам принц Альмус! — вскричал он, сверкнув золотым зубом. – Ветра вам, гости дорогие!

Альмус смущенно улыбнулся, а я бросил на него удивленный взгляд. Ну надо же – принц! Ну и дела! И ведь не важничает совсем…

— Ветра, лорд Фальдинг, — сказал между тем мой спутник. – Это мой друг Юракамушкин, мы здесь проездом…

— Можно просто Юра, — вставил я, но никто не обратил на меня внимания.

— Располагаетесь, пожалуйста, — засуетился лорд, — устали, наверное? Сейчас распоряжусь насчет трапезы… поклажу свою можете оставить здесь, мой юный друг, — обратился он ко мне, указывая на рюкзак, и я не раздумывая отдал свою сумку.

Откуда ни возьмись появились слуги, вкатившие в зал мягкие пуфики и низкий круглый стол, уставленный тарелками и супницами, источавшими аппетитные ароматы. Втянув носом воздух, я почувствовал, что нехило проголодался. Без лишних слов мы с Альмусом уселись за стол; слуги – проворные мальчишки в оранжевых одеждах – принялись нас обслуживать. Отдельного места удостоился даже Дамби – синий дракончик устроился прямо на столе, с аппетитом уплетая жареный бифштекс. Между тем лорд отошел в сторону и негромко переговаривался о чем-то патрульным, держащим в руках мой рюкзак.

— Вот вкуснотища! – простонал Альмус, уплетая птичью ножку, обильно политую сиропом. Я же накинулся на сладкое – переплетенные сахарные веточки, напоминающие птичьи гнезда. Краем глаза я заметил, как лорд открыл рюкзак и заглядывает внутрь, но не придал этому никакого значения (в первый раз, что ли?) – пока под сводами зала не прокатился громкий властный голос:

— Стража! Взять их!

Мужчины, прятавшиеся в альковах, возникли за нашими спинами – и, не успев ничего понять, я оказался на полу, со скрученными за спиной руками. Рядом повалили Альмуса – на его лице застыло крайнее изумление. Сверху послышалась возня – застать врасплох Дамби им не удалось, однако у стражи, видимо, были свои методы – и вмиг задремавший лазурный дракон тоже оказался на полу. Скосив глаза, я увидел лорда – тот держал в руках мои учебники. Лицо его исказилось до неузнаваемости.

— Что случилось? – пискнул Альмус не своим голосом. – Лорд Фальдинг…

— Молчать! – оборвал его тот. – Отвечай, откуда ты притащил мальчишку?

— Из квинтиума, — прохныкал юный принц, — я не понимаю…

— Из квинтиума! – вскричал лорд. – Как и было предсказано… привести сюда колдуна! А этих – за решетку! – распорядился он, и я почувствовал, как меня ставят на ноги. Альмус попытался что-то сказать, но получил затрещину и тут же сник. Схватив нас под руки, стражники отворили потайную дверь и мы все оказались в сером каменном коридоре, ведущем куда-то вниз. Топот ног эхом гулял меж сводами; свет проникал сюда сквозь узкие бойницы в стенах. Коридор несколько раз сворачивал, и скоро я уже не смог бы определить, в какой стороне находится зал, в котором нас скрутили.

Миновав очередной поворот, мы очутились на маленькой площадке с одной дверью, узкое окно которой было забрано решеткой. Один из стражников отворил ее, и нас впихнули в темницу – маленькую комнату с единственной бойницей, в которую заглядывало солнце –  после чего дверь за нами с грохотом захлопнулась. Лязгнул засов.

Я бросился к двери и сквозь решетку увидел спины стражников, скрывающиеся за поворотом.

Вот влипли!

— Ты же говорил, что здесь безопасно! – напустился было я на Альмуса, но тут увидел, что юный принц, волшебник и житель самого-самого продвинутого в мире королевства постыдно плачет, вытирая мокрое лицо рукавом.

— Они всегда были… добрыми… — всхлипывая, проговорил Альмус. — Что могло измениться, не понимаю…

Неожиданно он перестал плакать и кинул на меня острый взгляд.

— Это ты во всем виноват! Лорд Фальдинг спросил, откуда ты, а потом вдруг разозлился! Что ты ему сделал?

— Я его впервые вижу! Откуда мне знать? Это ты притащил меня сюда! — крикнул я, преодолевая неожиданное желание отвесить принцу хорошую оплеуху. — Ты сказал, что все будет хорошо, и где мы теперь? Это ты виноват!

Альмус злобно сощурился, сжав кулаки, а потом вдруг разом сник.

— Какая теперь разница, кто виноват, что делать будем? Мальяра они забрали, и фастфлайер тоже…

— Ты волшебник, ты и придумывай, — буркнул я и отвернулся. Честно говоря, у меня тоже начали немилосердно чесаться глаза, но показывать это Альмусу решительно не хотелось.

Влипли! Только сейчас я впервые подумал о том, какую глупость совершил утром, отправившись неизвестно куда в компании незнакомого пришельца… и ведь, смешно подумать, даже не поинтересовался о том, собираются ли меня возвращать назад! Зачем, ну зачем потащился с этим никчемным колдунишкой-неучем в неизвестный мир, позабыв про все на свете! Запоздало вспомнил о папе с мамой – и тут сдерживаемые слезы хлынули-таки из глаз. Как я мог забыть о них! Как же они будут волноваться, переживать, искать — и не находить… о чем я только думал, эгоист! Не зря, значит, мама меня так называла…

— Ничего, — проговорил Альмус, — все будет нормально. Это просто глупость какая-то… уверен, скоро лорд Фальдинг вызовет меня и все объяснит. Не может же он…

Неожиданно принц замолчал и крепко задумался.

— Не может же он… что? — спросил я, отрываясь от своих печальных размышлений. В этот момент послышались тяжелые шаги, и дверь камеры распахнулась.

— Юракамушкин, за мной, живо! – приказал стражник, рослый детина, вооруженный алебардой. Алебарду, конечно, он прихватил только для порядка – мне совершенно нечего было ему противопоставить.

Я кинул Альмусу взгляд, полный отчаяния. Сейчас меня уведут неизвестно куда, разлучив с единственным знакомым человеком, который мог бы вернуть меня, и кто знает, удастся ли нам еще увидеться… однако принц выглядел таким же потерянным, и смиренно наблюдал, как дверь за нами захлопнулась, оставив его одного.

Мы вновь миновали череду поворотов серого коридора, предназначенного, видимо, исключительно для пленников (в остальных частях замка стены были нежного сиреневого цвета), и оказались в небольшой зале.

Окон здесь не было вовсе – комната освещалась пламенем, ревущем в огромном камине. Перед ним в глубоком кресле восседал сгорбленный старец в длинных одеждах; лицо его было скрыто под капюшоном. А посреди комнаты я увидел стол, на котором были разложены наши вещи – кучка книжек, рюкзак и разряженный магический шар.

— Оставьте нас, — приказал приглушенный голос из-под капюшона, и мой провожатый спешно ретировался, плотно притворив за собой дверь. Едва за моей спиной лязгнул засов, человек в кресле вскочил на ноги – резким, совсем не старческим движением – и скинул с головы капюшон. Его лицо в обрамлении рыжих волос, усыпанное вперемешку прыщиками и веснушками, скривилось, словно от зубной боли.

— И чего вот ты приперся сюда, едрить тебя за ногу?! – скрестив руки на груди, крикнул он ломающимся мальчишеским голосом.

 

— Короче, мы оба влипли, — заявил веснушчатый и уселся прямо на стол, закинув ногу на ногу. – Влипли, понял да?

На вид ему было не больше шестнадцати, лопоухий, нескладный – в широких одеждах, ушитых золотом, он выглядел жалкой пародией на красавца-лорда.

— Вова Петечкин, — с неохотой представился он, и я с удовольствием пожал протянутую ладонь, не скрывая своей радости – чего уж тут говорить, мне стало гораздо легче, не смотря на столь резкий прием. Ну надо же, свой! В доску свой, земной, простой и понятный! Вот так номер!

— Ты откуда здесь? – спросил я, рассматривая его замысловатый наряд. Вова насупился.

— Я здесь уже второй год, — сказал он. – Понял, да? В почестях и уважении. А тут ты, едрить тебя за ногу, сваливаешься, как снег на голову. И что теперь делать?

— А что? – не понял я.

— А то, — сказал он, насупившись еще больше, — что упыри эти – местный народец – держит меня за волшебника. Сами то они в магии ни бум-бум. Вот и ждут от меня явления чуда…

— Чуда?

— Ладно, салага, слушай сюда, — смилостивился Вова. – В общем, собрались как-то мы с пацанами голубей пострелять. Приготовили, в общем, поджиги, и пошли…

— Что приготовили? – не понял я.

— Поджиги, едрить тя… ты чего такой темный? – удивился он. – Трубу сгибаешь, сплющиваешь с одного конца, забиваешь спичечными головками туго… короче, получается что-то типа обреза, понял да? Так вот, иду я и вижу – свет в кустах синий… пошел глянуть, что там, а потом как сверкнет – бах! – он хлопнул в ладоши – и я посреди какого-то леса. В телепорт попал! А тут ктерх из-за кустов как выпорхнет… ну, то есть ты понял, да? Я чуть в штаны не наложил. Естественно, пальнул со страху из поджиги по нему… глаз выбил, едва не насмерть. А патрульные, которые с ктерхом были, все видели. Упали в ноги – мол, пощади, великий маг. Потом во дворец доставили, к хитрюге этому, к лорду. А он, зараза, сразу смекнул, как меня использовать можно. Такие речи задвигал! – Вова восхищенно причмокнул. – В общем, из его слов я понял, что надоело им на побегушках у старших миров бегать, но сделать они ничего не могут – сил не хватает, против магии переть. Вот он мне и предлагает – откроешь секрет магической трубки (то есть поджиги, понял, да?) – пожалуем тебя лордом одной из провинций и всяческими почестями осыплем. А не откроешь – так ктерхов у нас много, со всеми не совладать…

Он выразительно посмотрел на меня.

— То есть ты понял, да? Портал, который меня сюда забросил, сразу же закрылся, и выбора у меня не оставалось. И была здесь только одна неувязочка…

Пошарив за пазухой, Вова извлек оттуда загнутый обрезок трубы – грубое подобие пистолета со сплющенной рукоятью.

— Нечем было заряжать поджигу, – сказал он. – Нет у терцианцев спичек, а делать порох я не умею… пришлось хитрить. Я сказал им, что для изготовления такого оружия необходим знак – юный отрок с учеными письменами, в коих будет сокрыто знание великое… Ну ты понял, да? Я ж не знал, что ты сюда вдруг припрешься…

Вот теперь я точно все понял, но легче от этого не стало.

— Ничего, немного времени у нас есть, — продолжил Вова, — пока они думают, что я с письменами разбираюсь… этого хватит, чтобы подготовиться. А потом придется драпать. Приметил я тут одну деревушку на отшибе… заделаемся этими, как их там… холопами, никто и не обратит внимания.

Меня поразили его слова. Вот так, с легкостью обрекать себя на жизнь среди крестьян в неизвестном мире?

— Какими холопами, я домой хочу! – воскликнул я. – Да и тебя родители, наверное, уже обыскались…

Вова презрительно хмыкнул.

— Ага, конечно, обыскались. Мать уже лет пять как померла, а отец с тех пор бухает, поди, про меня и думать не слыхивал. Понял, да? И как ты собрался обратно, дурачок? Портал то тю-тю! Закрылся.

— У нас есть это, – я указал на шар, лежащий на столе. – Вроде, эта штука порталы делает. Альмус… парень, который меня сюда привел… сказал, что он скоро зарядится.

Мой собеседник порывисто схватил шар, глядя на него во все глаза – но искра, возникшая было в них, мгновенно потухла.

— Мы все равно не знаем, как им пользоваться…

— Так Альмус знает! – воскликнул я. – нужно только освободить его, и мы свободны…

— Так что ж ты молчал, едрить тебя за ногу! – поразился Вова, вскакивая со стола. – Мы тут сидим, лясы точим, а спасение – вот оно! Ну, ты даешь!

— Так я ж не знал… — попытался оправдаться я, но он только махнул рукой.

— Собирай давай манатки свои, пока нам не помешали. Пойдем, проведаем твоего друга.

Побросав учебники в рюкзак, прямо на куртку, Вова протянул его мне.

— Я сказал, что ты мне пару дней будешь нужен, так что шухериться пока не стоит. Если в коридоре засекут, веди себя естественно, понял, да? Меня тут уважают, пропустят… а вот если они узнают, что я на самом деле ничего не могу, тогда нам крышка.

— Это точно, — раздался голос за его спиной, заставивший нас подскочить от неожиданности. Возле разверзнутого чрева потайного прохода у камина стоял лорд Фальдинг, а следом за ним наружу выбирались вооруженные стражники.

 

— Значит, юный маг врал нам… — нехорошим тоном продолжил лорд. – Это ужасная неприятность. Жаль, что я поторопился раскрыть карты, и теперь мы не можем просто выпустить вас, особенно молодого принца… взять их! – приказал он.

— Валим! – крикнул Вовка, хватая меня за шиворот. Не успел я ничего сообразить, как мы оказались в еще одном потайном ходу, скрывающемся прямо у дверей.

— Сюда, быстрей, — указывал неудавшийся маг, сверкая пятками – я едва поспевал за ним – а позади слышался топот стражников, которых было так много, что они, кажется, только мешали друг другу, сталкиваясь в узком коридоре.

Миновав очередной поворот, Вова неожиданно свернул к стене, и, пошуровав там секунду, отворил еще один потайной ход. Мы нырнули туда и оказались в темноте – кусок стены, являющийся дверью, вернулся на место. По ту сторону шумно пробежала стража, и стало тихо. Отдышавшись, Вова извлек откуда-то слабо светящийся фастфлайер.

— Прихватил с собой, — его лицо в синем свете выглядело бледнее обычного. – А они тоже не так просты, как я думал. Подслушивали, заразы… ладно. Найдем твоего дружка и свалим отсюда. Главное наружу не выходить, там ктерхи быстро с нами разделаются…

— А как же… Дамби… — мне никак не удавалось отдышаться. И зачем я только прогуливал физкультуру?

— Кто?

— У Альмуса был дракон, его забрали…

Вова с удивлением посмотрел на меня, потом отмахнулся.

— Ты спятил? Какой дракон, тут самим бы удрать!

Он, наверное, был прав, но мне было ужасно жалко Дамби. Что теперь с ним будет?

— Пошли, — позвал Вова и двинулся дальше по коридору, подсвечивая себе магическим шаром.

Камеру, в которой держали Альмуса, мы нашли быстро. На удивление, после нашего побега ее никто не охранял.

— До замков тут еще не додумались, — хохотнул Вова, отодвигая засов. Я первым вошел внутрь. Принц сидел у дальней стены, обхватив себя руками, с самым несчастным видом. Вовка, зашедший в камеру следом, хмыкнул, глядя на расширившиеся от удивления глаза Альмуса.

— Не слишком-то похож на великого мага, — заявил он.

— Альмус, вставай, нужно бежать! – крикнул я, дергая принца за рукав. Тот непонимающе глянул на меня, потом перевел взгляд на Вовку в его нелепом костюме.

— Что происходит? Кто это?

— Это Вова, — быстро сказал я. – Альмус, нужно быстро смываться, за нами гонятся…

Пока мы неслись по коридорам, периодически срезая путь через потайные ходы, я рассказал Альмусу обо всем, что произошло. Услышав о том, что придется оставить его дракона, принц решительно встал и отказался двигаться дальше.

— Без Мальяра я не уйду! – заявил он, скрестив руки на груди.

— Дубина! – обрушился на него Вова. – Какой Мальяр, мы для терцианцев сейчас как бомбы с замедленным, едрить тебя за ногу, действием! Если ваш правитель узнает про их планы, карательной войны не избежать! Они постараются заткнуть нас любым способом, понял, да?

— Тихо! – сказал я. – Кто-то идет…

Мы замерли, напряженно прислушиваясь. За стеной послышались торопливые шаги, и кто-то быстро прошел мимо нашего потайного хода. Когда шаги стихли, Вова вновь обратился к Альмусу, на это раз более спокойно:

— Послушай, мы сейчас вернемся в твой мир, и ты обо всем расскажешь своему отцу. Пойми, это очень серьезно. Тогда ваши смогут прийти сюда и разобраться с местными, а заодно и дракона твоего освободят.

Я вздохнул, чувствуя невероятную усталость. Больше всего на свете мне сейчас хотелось оказаться дома, чтобы никогда не знать ни о каких магах, параллельных измерениях и волшебных драконах…

— Мы не сможем вернуться, — жалобно пробормотал Альмус, — фастфлайер еще не зарядился… до ближайшего мира, может, и хватит, а до дома – нет…

— Как эта штука вообще работает? – поинтересовался Вова, рассматривая шар.

— Сила переливается по кругу, вот здесь метки, — показал Альмус. – Каждая соответствует своему миру, всего их восемь… нужно лишь захотеть переместиться, когда острие силы будет на нужной метке, вот и все. Какая разница, сейчас заряда все равно недостаточно…

— Так просто? – поразился я. – А как же волшебные слова и прочие штуки?

— Да какой из меня волшебник? – обреченно пробормотал принц. – Ничего еще не умею, вот, подвел только всех…

— Цыц, — оборвал его Вова. – Думаю, можно двигаться дальше.

На это раз он замыкал шествие. Коридор кончился, когда следующая дверь неожиданно впустила внутрь потоки солнечного света. Альмус, возглавляющий наш маленький отряд, отшатнулся в сторону.

— Там двор!

— Так и задумывалось, — негромко произнес Вова. – Сейчас дворами до канализации, так и уйдем…

Мы оказались меж низких деревянных сараев, в которых, судя по звукам, держали какую-то живность. От великолепия замка здесь не осталось ни следа: грязные, покосившиеся строения располагались, как попало, а по пыльным дорожкам расхаживали люди в перепачканных серых одеждах. Некоторые из них волокли прямо по земле тяжелые мешки или катили кое-как сколоченные тележки. Никто не обращал на нас внимания.

Вовка двинулся вперед, ловко лавируя среди местной публики, и мы поспешили следом. Странный шум привлек мое внимание. Я задрал голову – и остановился, завороженный. Десятки, а может быть, и сотни ктерхов парили в вышине над замком, образовывая гигантское кольцо.

— Нас ищут, — сказал Вова, коротко глянув вверх. – Это плохо… нужно торопиться.

Нам удалось пробраться незамеченными до крепостной стены. Отсюда через довольно широкое отверстие выбегал ручей.

— Даже решеткой не забрали, – презрительно проговорил Вовка. – Там вдоль стока есть веревка, можно пройти по краю… давно приготовил, на всякий случай.

Лезть на мокрый, скользкий уступ, даже придерживаясь за веревку, совсем не хотелось, однако, я вспомнил о стражниках, и это придало мне сил.

Выбрались без происшествий, не считая промоченных ног, и Вова небольшими перебежками повел нас между домов – невзрачных городских лачуг, вплотную подбирающихся к стене.

— Тут живут всякие проходимцы, до нас им не будет дела, — на бегу инструктировал он. – Сейчас найдем какой-нибудь заброшенный дом, заныкаемся там, а как шар зарядится – свалим. Поняли, да?

Я устал и запыхался, в ботинках противно хлюпало, рюкзак колотил по спине. Альмус бежал последним, хватаясь за бок.

— Отлично! – крикнул вдруг Вовка, указывая на покосившийся темный домик в конце улицы. – Я там бывал, там…

Однако мы опоздали – воздух разрезал громкий крик, и на ближайшую крышу опустился огромный ктерх. Лишь спустя пару мгновений я осознал, что птица горит – пламя плясало по огненно-рыжим перьям, не причиняя им никакого вреда.

— Твою ж!..

Вовка повалил нас на землю, и вовремя – в следующую секунду ктерх пальнул в нас струей пламени, вырвавшегося прямо из острого клюва.

— Бежим!

Мы что есть мочи рванули к узкому проулку между домов, когда новый огненный поток едва не опалил мои пятки.

— Альмус… какого… черта… происходит… — задыхаясь, вопил я. Принц выглядел сильно напуганным. На повороте с него слетела шляпа, но он даже не обратил на это внимания.

— Я… не знал… не знал!..

— А ты как думал… едрить тебя… за ногу! – прокричал Вовка, не оборачиваясь. – Ктерх… означает… огненная птица… понял, да?..

Погоня вывела нас на небольшую площадь, и, выбежав из проулка, я понял, что мы пропали. Со всех сторон к площади сбегались стражники, а на крышах домов, окружающих площадь, как петухи на насестах, восседали ктерхи с пылающим оперением.

— Сюда, быстро!

Вовка что есть мочи рванул к колодцу. Не раздумывая, мы припустили за ним. Все смешалось вокруг – крики людей и ктерхов, хлопанье крыльев и лязг оружия – когда Вовка Петечкин, бывший маг и без пяти минут лорд, а ныне опасный изгнанник, обхватив нас одной рукой, а другой ухватившись за железную цепь с закрепленным на ней ведром, сиганул прямо в колодец.

 

— Ты спятил! – тихо сказал я, глядя на маленький кругляшек синего неба далеко вверху. – Мы могли разбиться…

Железная цепь довольно-таки плавно, надо заметить, опустила нас на совершенно сухое дно колодца, но здесь все равно был жутковато и очень тесно.

Вовка самодовольно усмехнулся.

— Воды тут давно нет, и вал никто не смазывал. Я проверял как-то раз… не важно. Я выиграл для нас одну-две минуты, которых должно хватить.

Он поднял руку, демонстрируя нам магический шар.

— Итак… что нужно делать?

Цепь медленно поползла вверх – кто-то наматывал ее обратно.

— Возьмемся за руки, — сказал Альмус, и мы последовали его команде. Глаза принца внимательно следили за бегающим внутри шара указателем. – На счет три. Один…

Сверкнуло, и мы попадали в снег.

Ох, ну и холодно же здесь было! Я попытался осмотреться, но ничего не увидел из-за кружащихся вокруг снежных хлопьев. Видимо, портал перенес нас в квартиум, о котором так скверно отзывался принц.

— Рано! – крикнул Альмус, с удивлением глядя на Вовку, быстро поднявшегося на ноги. – Я же сказал, на счет три…

Вовка усмехнулся.

— Спасибо, что научил пользоваться порталом, дружок. Смотрю, заряда до 3емли мне еще хватит…

Мы непонимающе смотрели на него, позабыв про вьюгу.

— Что ты такое…

— С этой штукой я сам – маг и волшебник, поняли да? – заявил Вовка, сжимая в руках фастфлайер. – Всегда мечтал посмотреть, что там, в других мирах…

Первым пришел в себя Альмус.

— Отдай, гад! – крикнул он, бросаясь на обидчика, но Вовка оттолкнул его, и принц вновь упал в снег.

— От ктерхов я вас спас, так что мы в расчете. А теперь – пока, олухи! Счастливо оставаться!

И, прежде, чем мы успели что-то сделать, полыхнула новая вспышка и он исчез.

— Предатель! – крикнул Альмус, сжимая кулаки.

 

Мы ужасно замерзли. Я натянул свою куртку, а принц укутал голову капюшоном, но это мало спасало от холода – пронизывающий ветер задувал под одежду, шаря повсюду своими ледяными пальцами. Но хуже всего было ногам – мокрые, они мгновенно заледенели.

Мы шли сквозь бурю уже, наверное, не меньше часа, хотя совершенно не представляли, куда нужно двигаться – но так можно было хоть как-то согреться. Быстро темнело, и силы наши таяли…

Неожиданно Альмус остановился.

— Что такое?

— Кажется, я что-то видел…

Сощурившись, он смотрел куда-то вперед. Я попытался проследить направление его взгляда, но за сплошной стеной падающего снега не было видно решительно ничего.

— О чем ты…

— Вот, снова! – он указал пальцем, и на этот раз я тоже увидел.

За снежной завесой мелькнула стремительная тень. Что-то, передвигающееся на четырех лапах, пробежало совсем близко от нас.

— Что это? – прошептал я, хватая принца за руку. Его ладонь мелко дрожала.

— Я не знаю, — шепнул он. – Мне страшно…

Мы переглянулись. А потом я увидел еще кое-что.

Справа, на самой границе видимости, в нашу сторону двигался тусклый желтый огонек.

 

читателей   314   сегодня 2
314 читателей   2 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Ещё не оценивался)
Загрузка...