Терновый венец желаний

Западня, куда угодил Марк, называлась «Медузой». Когда-то корабль построили как геологоразведочный и дали совсем другое имя. С тех пор он одолел немало парсеков и пережил не один экипаж. О прежних хозяевах можно сказать немного: они ненавидели врачей и болезненно опасались друг друга. Докторов явно считали дармоедами – вместо медотсека в каждом углу лепились аптечки. О паранойе же красноречиво говорили камеры наблюдения – этих насчитывалось еще больше. Однако как бы там ни было раньше, а из последней команды уцелел только Марк, но не аптечки стали тому причиной.

Все началось, когда толстому и лысому шеф-коку пришел трефовый флэш-рояль. Появление такой комбинации дало о себе знать секундным трепетанием ресниц. Однако седой, но не по годам поджарый капитан, как громом пораженный выпавшим королевским каре, его реакции не уловил. Они схватились насмерть, и дело дошло до именной золотой поварешки вместе со сбережениями кашевара и, собственно, «Медузы».

Корабль достался капитану несколько лет назад на распродаже. Посчитав это реальным шансом на обеспеченную старость, он вложил в ремонт остаток средств, назвал склизко за форму и вот, веря в свою счастливую звезду, поставил на кон. Пылала в его карих глазах несокрушимая уверенность, что небывалая удача не за горами. Знал старый волчара, что есть у него на то основание, о котором партнер понятия не имеет.

На шоу в кают-компании собралась почти вся команда в стандартных синих комбинезонах: старпом, по флотской традиции Дед, годами и вправду старше всех, суперкарго Алекс и второй штурман Ларн. Не хватало только вахтенного, несчастье которым выпало быть, ему, Марку. Так он решил поначалу, и теперь пялился на голографическое изображение, разочарованно фыркая. Вот оказаться бы там, чтобы пропитаться накалом эмоций, побиться об заклад на победителя… Очень не помешало бы в рейсе, уже не сулившем ничего, кроме скуки, ощутить в жилах адреналин и биение жизни.

Марк нудился на мостике, пока в гробовой тишине, нависшей над столом кают-компании, не прозвучал осипший от изумления голос капитана, увидевшего расклад шеф-кока:

– Лопни мои глаза!..

И они лопнули. Брызнули во все стороны. Взорвались кровавыми пузырями. Окропили карты и партнера, торжествующая улыбка которого тут же застыла в оскале.

Невысокий упитанный Алекс, несмотря на то, что разменял пятый десяток, отпрыгнул от стола на метр, а коренастый старпом бросился к дико завопившему капитану. Молодой штурман остался стоять длинным тощим столбом с отвисшей челюстью. В первом своем рейсе он к такому форс-мажору готов не был.

– Глаза!!! – истошно орал капитан, а из багрово-черных глазниц по выбритым щекам густо стекала ярко-красная кровь.

Старпом с размаху залепил ему ладонью рот, но загнуть, по обыкновению, крепкое словцо не успел. В тишине, скрутившей нервы в узел, прозвучал неверный голос шеф-кока:

– Чтоб я сдох…

И тут же с глухим стуком толстяк свалился замертво.

Марк отшатнулся от трехмерной картинки с бешено застучавшим сердцем и возблагодарил судьбу за вахту – за происходящим было здоровее наблюдать издалека.

Суперкарго в ужасе заорал неразборчивое и метнулся к двери. Старпом отбросил капитана в сторону – тот шарахнулся головой о переборку и отключился, – кинулся за Алексом и швырнул его обратно. В полете суперкарго сшиб Ларна – они повалились на пол.

Дед обвел всех взглядом и злобно прошипел:

– Молчать! Кто пикнет – мозги вышибу!

Он поискал глазами камеру.

– Марк, ты меня слышишь?

– Так точно!

– Отвечать только «да» или «нет»! – рявкнул старпом. – Ты не заметил ничего подозрительного?

– Н-нет… – Ближайшие к кают-компании коридоры верхней палубы были пусты.

Дед нахмурился.

– Она из каюты не выходила?

«Она» – странная девушка с отсутствующим выражением пронзительно-зеленых глаз на бескровном лице – внушила Марку двойственное чувство еще в космопорту Арекса, где увидел ее впервые. Слишком белая кожа смотрелась настолько неестественно на фоне угольно-черного балахона, скрывавшего фигуру, что в душе помимо воли проснулись детские страхи. В подвалах памяти зашевелились мертвецы, вампиры и прочие нелепые персонажи жутких сказок родины. С другой стороны, она была женщиной, а к ним воспитание на планете, где царил патриархат, внушило ему пренебрежительное отношение.

Поднявшись по трапу во главе свиты телохранителей, девушка скользнула по Марку безразличным взглядом, поколебав устоявшиеся к двадцати пяти годам понятия о женщинах и страхах, и прошла мимо. Она заняла каюту капитана, около которой с тех пор посменно торчали двое из двух десятков головорезов, разместившихся на нижней палубе.

Это очень не способствовало продолжению знакомства. На вопрос: «Кто это такая?» – капитан уклончиво ответил, что овчинка, мол, стоит выделки, а воздержанность от неуместной любознательности способствует продолжению жизни. И улыбнулся одними губами, посоветовав о продлении рода пока забыть, чтобы дожить до более подходящего для этого времени, а также избранницы.

Упоминание о пассажирке заставило насторожиться не только вахтенного, но и поднявшихся суперкарго и второго штурмана. Причем Ларн, с кем Марк как-то поделился соображениями о девушке, клацнул зубами и прошептал с ужасом:

– Порча… Проклятая некромантка навела на нас порчу…

– Закрой пасть! – вызверился Дед и обратился к Марку: – Ну что там?

Марк просматривал события последних минут у капитанской каюты. Вот истуканами стоят телохранители, подходят сменщики – они перебрасываются пошлыми шуточками и…

Глаза его широко раскрылись. И было от чего!

После ответа одного из головорезов подошедшим, мол, да не пошли бы вы по известному адресу, те срываются с места и со страшной силой с разгону врезаются в переборку в конце коридора. Рифленая сталь держит удар, а они падают с раскроенными черепами.

Оставшиеся у дверей замирают. Затем один выхватывает нож и пытается перерезать горло тому, кто послал коллег на жутко нелепую смерть. Второй оказывается не менее ловким, и вот они уже истекают кровью…

– Она… на месте, – прошептал Марк, – но…

– Что?!

– Телохранители у двери мертвы…

– Как это?

– Они убили друг друга…

– А остальные?

Пока Марк подключался к камерам нижней палубы, капитан пришел в себя и, тихо подвывая, щупал окровавленными пальцами пустые глазные впадины. Старпом достал из аптечки на стене шприц-пистолет и сделал инъекцию. Капитан затих.

Дед опустился на стул и знаком приказал сесть остальным. После чего сказал:

– Выходит, она ни при чем. Нет ей резона убивать телохранителей…

– А если они не ее от нас, а нас от нее охраняли? – вполголоса поинтересовался суперкарго. – Вот она их и…

– Да я ее сейчас!.. – неожиданно взвизгнул второй штурман, вскакивая.

Договорить он не успел. Тяжелый кулак старпома заставил его охнуть, согнуться вдвое и упасть обратно на стул.

– А зачем это ей? Она же без нас никуда… В пространстве мы или где? – Дед посмотрел на Алекса взглядом, где читалась жуткая неуверенность. – Если это то, что я думаю… А это наверняка так и есть, хоть я никогда в эту легенду до конца и не верил…

– Какую еще, к черту, легенду? – прохрипел второй штурман, с ненавистью глядя на старпома.

– Цыц, а то добавлю! – оборвал его суперкарго и повернулся к Деду. – Ты хочешь сказать – мы столкнулись с той, что исполняет желания?

– Все сходится, – пожал плечами старпом. – Даже если у флэш-рояля еще есть мизерная вероятность схлестнуться с каре на королях, то глаза просто так лопнуть не могут…

– Бред, – фыркнул Ларн, но в голосе уже не было уверенности, а во взгляде – злости.

– Салага ты еще, не знаешь, что в пустоте и не такие легенды рождаются, – отмахнулся старпом. – Говорят, с ней в девяносто третьем Воран пересекся. Когда его нашли, то…

В глазах второго штурмана блеснула догадка. Он подозрительно оживился.

– Ты говоришь о ней?! О пассажирке? Значит, она все-таки ведьма!

Дед напрягся.

– Не вздумай сейчас ничего загадывать!

– А желания она исполняет по одному на каждого или можно загадать сразу несколько?

Удовлетворить его любопытство никто не успел. Врезать в глаз тоже.

– Все телохранители мертвы… – прозвучал голос Марка, а затем тот добавил изменившимся тоном: – Нет, один направляется…

– Куда? – встрепенулся старпом.

Ему никто не ответил.

– Куда он идет?! Черт т-т… – Дед осекся и съежился, в глазах мелькнул испуг.

Поначалу ничего не случилось, и он успел со свистом выпустить воздух сквозь зубы. И тут дверь в кают-компанию нырнула внутрь переборки – на пороге возник телохранитель, с головы до ног забрызганный кровью. И не только чужой, потому что на ногах стоял неуверенно.

Качнувшись, он шагнул вперед и прохрипел:

– Она не достанется никому!..

В руках головореза блеснул кинжал. Старпом, будто подброшенный пружиной, вскочил, схватил стул и запрыгнул на стол. Идти на нож было не впервой, а нездоровый вид телохранителя внушал уверенность в победе. Он собрался обрушиться на незваного гостя сверху, удовлетворенно отметив, что остальное боевое снаряжение пассажиров заперто в оружейной. Однако свернуть врагу шею Деду не судилось.

Старпома опередил Алекс. Вскочив, он подпрыгнул к головорезу и гаркнул:

– Чтоб тебя разорвало!

С глухим хлопком телохранитель разлетелся на мельчайшие кусочки, залепившие в кают-компании все и всех. Кинжал вонзился в солнечное сплетение суперкарго. Тот, выпучив глаза, медленно осел, а затем упал на спину. Старпом бросил стул, спрыгнул со стола, схватил дрожащего второго штурмана и выбежал вон.

Когда дверь закрылась, мерзкий ком густого кровавого суфле шлепнулся с потолка на лицо бесчувственному капитану, намертво запечатав нос, рот и провалы глазниц.

Ничего из этого Марк не видел и не слышал. Его руки медленно двигались над пультом, меняя координаты пункта назначения, глаза ничего не выражали, а из уголка рта тянулась ниточка слюны. Манипуляции он закончил как раз в тот момент, когда на капитанский мостик ворвались перепачканные звездолетчики.

– Ты жив? – растерянно произнес старпом, не добавив ничего более эмоционального.

Марк всем телом повернулся, пару секунд будто не узнавал, а затем расслабился и кивнул, ничуть не удивившись виду Деда и Ларна.

– В пространстве нет… э-э… ничего необычного? – Старпом сверлил взглядом вахтенного и тот ему все больше не нравился.

Марк пожал плечами, поводил над пультом руками, и на большом экране возникло изображение, от которого у вошедших моментально перехватило дух. Огромное продолговатое темное тело висело в пространстве параллельно курсу, видимое лишь потому, что закрывало часть звезд.

– Прожекторы! – скомандовал Дед.

Вспыхнул свет, и тут же ослепительно полыхнул объект. Это было похожее на ядро кометы скопление пульсирующих шаров, за которым растянулся бледно-серый хвост.

– Звездная Королева! – выдохнул старпом и не сдержался: – Ни дна мне, ни покрышки!

На звездолетчиков пахнуло жаром – Дед исчез, оставив на полу кучку пепла. Марк щелкнул пальцами над пультом и пустым взглядом уставился на второго штурмана.

– А-а! – завизжал тот и попятился к двери. Потом замер, упал на колени и вытаращился на экран. В глазах загорелась безумная надежда, губы шевельнулись: – Я хочу к ма…

Договорить Ларн не успел. Рука Марка метнулась к кобуре. В отличие от остальных, у него как у вахтенного на поясе висело оружие. Бластер коротко плюнул, и коллега упал с развороченной грудью.

В то же мгновение экран потемнел, будто Звездная Королева провалилась в черную дыру, и ловушка захлопнулась – «Медуза» вошла в джамп.

***

Пассажирка капитанской каюты, расслабленно полулежащая в кресле, очнулась, когда корабль вернулся в обычное пространство. Веки на мгновение дрогнули, затем пришло узнавание обстановки. Губы искривились в невеселой улыбке – во сне было не в пример иначе. Сейчас же ее ждал очередной пункт назначения, тысячи расширенных в восторге глаз, зияющие рты, орущие осанну тому, за чьей спиной она будет стоять…

Девушка встала, подошла к зеркалу и поправила белую тунику. Какое-то время недвижно смотрела на отражение, затем накинула на черноволосую голову капюшон, отвернулась и направилась к двери.

Вид телохранителей, плавающих в крови, заставил вздрогнуть и метнуть взгляд по сторонам. Коридор был пуст, если не считать еще двух тел у стены слева.

Девушка присела около одного из ликторов, подняла кинжал и вытерла о его комбинезон. Ничего подобного еще не бывало, хотя возможность нападения на нее, пусть и довольно призрачная – но мало ли сумасшедших в пространстве? – существовала всегда. Для такого случая и были нужны ликторы. Но чтобы они убивали друг друга?! А эти? Расшибленные головы! Какая злая сила сделала это с ними?!

Пассажирка покрепче сжала рукоятку кинжала, лезвие которого было испещрено священной вязью, и направилась к лестнице на нижнюю палубу. Там в глаза бросилась едва заметная цепочка кровавых следов, тянущаяся в сторону кают-компании. Девушка на мгновение растерялась – если кто-то ушел от ликторов, значит, они мертвы. Привычная логика кричала, что такого быть не может, следы же говорили, что случилось нечто странное и страшное. Странное, потому что следы принадлежали человеку, который явно обладал нечеловеческими способностями… И был страшен. Может, он погрузил ликторов в транс и после перерезал?.. Ага, сначала заставил одних зарезать друг друга, потом парочка по его воле была убита о стену, а затем спел прощальную колыбельную еще шестнадцати…

Так или иначе, но идти вниз смысла не было, и девушка направилась в кают-компанию. Зрелище, ожидавшее там, могло бы повергнуть в шок, но во время жертвоприношений доводилось видеть и картины кровавее, и обонять вонь похуже. Заметив на полу обувь ликтора и кинжал в животе члена экипажа, она догадалась, кто оставил следы от лестницы и как он умер. Присмотревшись к стенам, увидела три силуэта на багровом фоне. Они вполне могли принадлежать мертвым звездолетчикам, если бы не следы, ведущие от двери. Кто-то ведь ушел живым и отсюда, а значит…

Додумать служительница древнего культа не успела, потому что раздался голос:

– Кто ты такая?

***

Марк пришел в себя, когда из руки выпал бластер – звук, с которым тот упал, показался громоподобным. Однако еще больше оглушило сознание увиденное на мостике. Штурман вздрогнул, рассмотрев мертвого Ларна, перевел взгляд на свою руку, глянул на валяющееся оружие, зажмурился и потряс головой.

Это не помогло. Тогда Марк встал, поднял бластер и подошел к Ларну.

– За что я тебя? – Ответ на ум не приходил, и штурман, все еще плохо воспринимая окружающее, пробормотал: – Пепел какой-то… Где, черт побери, все?

Покинуть пост Марк не решился. Возможно, после происшедшего во время игры, Ларн и съехал с катушек, поэтому его пришлось убить… А вдруг сюда попытается вломиться кто-то еще? Лучше сначала разобраться…

Он заблокировал дверь. Перед глазами встала картина взрывающихся глаз капитана. Как такое могло случиться?! В памяти всплыло поведение охранников. Их взаимное истребление тоже в голове не вмещалось.

Марк вернулся к пульту, попытался вспомнить, как убивал Ларна, но… Неожиданно краем глаза уловил на экране движение в коридоре – открылась дверь капитанской каюты и показалась загадочная пассажирка. Если не считать челки, то она выглядела вылитым привидением. Правда, вела себя не в пример живее. Вот взяла нож, подошла к мертвецам у стены, а затем направилась к лестнице на нижнюю палубу. Постояла, развернулась и двинулась к кают-компании.

Ему понравилось, как она крадется. Плавно, грациозно. Хищница – ее было бы приятно укротить… Вот только зачем она идет с ножом в кают-компанию?

Пальцы штурмана порхнули над пультом. То, что он увидел в кают-компании, вывернуло наизнанку.

***

– Зачем ты это сделал?

– Я?!

В голосе звездолетчика звучало такое искреннее удивление, что девушка на мгновение усомнилась в печальном будущем. А то, что ее не ждало ничего хорошего, сомнений не вызывало. Одна на один с маньяком, кинжал против бластера… Ее ждет только смерть или, что еще хуже, сначала бесчестие и позор!

– Брось нож!

Она мрачно улыбнулась. Нет, не мог такой перебить ликторов, и нет в его глазах гипнотической силы, чтобы заставить ее уронить оружие. Может, стоит попытать счастья?.. А что потом? Ведь где-то есть еще один как минимум.

Девушка перехватила кинжал двумя руками, повернула острием к себе и…

***

Ступая как можно тише, Марк на подходе к кают-компании вытащил бластер и нажал на кнопку открывания двери. Та бесшумно отъехала в сторону. В нос ударил тяжелый запах.

Фигура в белом стояла спиной к нему посреди кровавого месива. Если бы не снова подступившая к горлу тошнота, он, возможно, даже залюбовался бы девушкой. Пусть туника и облегала талию довольно свободно, но та все равно была женской. Кроме того, принадлежала той, с кем не так давно хотел поближе познакомиться.

На его окрик пассажирка резко обернулась, задала бессмысленный вопрос, криво ухмыльнулась и…

Мозг Марка бешено заработал, просчитывая варианты. Отобрать нож? Не успевает. Больше на корабле никого нет. Она – его награда… за то, что остался жив. Пальнуть? В лучшем случае изувечит… Красивая.

Штурман перехватил бластер и швырнул в голову девушки. Та не успела закончить самоубийственное движение и рухнула кулем. На алебастровом лбу расцвела кровавая роза, затем она вдруг разрослась и затопила все вокруг.

Перед ним лежала Богиня Самопожертвования в багровом Цветке Смерти.

Марк зажмурился и потряс головой. На этот раз прием помог – наваждение рассеялось. Он подобрал оружие, поднял, испытывая непривычную нежность, девушку и понес ее на мостик.

***

Глазомер у Марка был развит отлично. Этому поспособствовала детская игра в «котел». Нужно было попасть метров с двадцати свинцовым битком в ямку, где лежали монетки. Тогда ему не было равных…

А сейчас не было времени вспоминать о давно минувших днях. На всякий случай привязав незнакомку к креслу второго штурмана, он обработал ее рану и похлопал по щекам. Глаза девушки раскрылись – взгляд дал понять, что у ненависти цвет зеленый.

– Думаешь, это я всех убил?

Она сжала бледные губы, отвернулась и задергалась, пытаясь освободиться. Зря, узлы вязать штурман тоже умел. Правда, научился этому, когда завербовался в первый рейс помощником суперкарго. Ему повезло – капитан заметил у него еще и склонность к навигаторскому делу. Хотя, конечно, если бы не дальний родич, испытавший при встрече нешуточную ностальгию… Да, это было той еще удачей.

Марк хмыкнул. Вообще, в жизни ему везло часто. Даже сейчас можно считать себя счастливчиком – живой, рядом баба. Остальные сдохли – и черт с ними, не так уж они дороги сердцу, даже родственник. Загадочная у них, конечно, смерть, но еще будет время во всем разобраться, а пока его исключительность налицо. Сейчас он убедит красавицу в своей невиновности, а потом… Короче, стерпится-слюбится.

– Смотри сюда! – Марк вернул изображение кают-компании к моменту начала чудес.

Девушка увидела, как порскнули глаза капитана, как упал со стула толстяк, как ворвался ликтор… Затем Марк показал события около ее каюты.

– Видишь, я не виноват, что они под… померли! Ты меня вообще понимаешь?

Она взглянула исподлобья.

– Где был ты? – голос низкий, обволакивающий.

– Здесь, – штурман улыбнулся. Заговорила все-таки! Пусть и с диким акцентом.

– Покажи.

Марк вывел изображение мостика и… У него похолодело в груди, когда увидел себя. Что он делает? Что, черт побери, он сделал? Штурман попытался определить местоположение «Медузы», но компьютер сообщил, что у него нет доступа.

Мать, прамать и бабушку ее! И капитана, который терпеть не мог искинов. Путая авторитет с интеллектом, тот считал, что кораблем должен управлять кто-то один. Сейчас это выходило боком. Если с искином можно было попробовать хоть как-то договориться – говорят, бывали случаи, – то с устаревшим болваном общаться бесполезно. Под чужим воздействием он сам ввел программу, благодаря которой оказался не у дел…

Ирония была жестока, а на главном экране пылала зловещей, раскаленной добела кляксой звезда.

Корабль держал курс прямо на нее.

***

Пассажирка во все глаза смотрела на происходившее в то время, когда ей снилась родная обитель. И отметила то, что ускользнуло от Марка. Увидев, как один полыхнул, а второй – застрелен, она с облегчением вздохнула – теперь на корабле осталось двое: этот и она. Да и причина случившегося прояснилась. Что ж, повезло – никто не пожелал ее. Впрочем, остальным тоже – в противном случае их смерть была бы гораздо вычурней…

Ладно, произошло то, что произошло, и будет справедливо, если она станет единственной, кто выживет после встречи со Звездной Королевой. Самое время подумать, как это претворить в жизнь. Если все пойдет, как положено, то этот урод осознает, с кем имеет дело, и сделает все, что она захочет.

Девушка посмотрела на мерзавца. Почти двухметровая синеглазая и светловолосая мразь, связавшая ее, неожиданно впала в панику. Жаль, что это не муки совести. Хлопки по столу и чудовищные проклятия явно были запоздалым следствием пережитого.

Подождав, пока отчаяние обреченного достигнет пика, она поинтересовалась:

– Ты наконец-то понял, что произошло?

Он перестал жмуриться и мотать головой, поднял на нее бессмысленный взгляд и выдавил:

– Что же тут непонятного?.. Сопел мне в дюзу!

– Кретин, мы выжили! Развяжи меня!

Такое, похоже, в голову гаденышу еще не приходило. «Непроходимый тупица!» – подумала пассажирка, но вслух произнесла:

– Ты разве не понял, на что наткнулся корабль?

– На что?..

Было видно, что шок от непонимания того, что он спасся, отпускает придурка слишком медленно.

– На Звездную Королеву! Неужели ты о ней не слышал?!

Тот пожал плечами.

– Старпом вроде нес какую-то чушь…

– Он говорил правду – на всех планетах есть легенды о той, которая якобы исполняет желания, и люди умирают счастливыми. Подсказываю: ключевое слово – умирают.

– Наверное, я родился там, где об этом не знают… Потому что верят в своего, мать его, бога. А тот, знаешь ли, делать все норовит сам и конкурентов не терпит. Да и не верится, что здесь все умерли счастливыми…

– Ну, только те, кто успел загадать желание…

Глаза скота загорелись подозрением.

– И поэтому твои телохранители убили друг друга?

– Они слишком хотели драться. Они любили войну, считая, что каждое мгновение боя стоит года жизни. Наверняка они умерли счастливыми долгожителями.

Гад презрительно фыркнул, давая понять, что у него другое представление о счастье. Его глаза плотоядно блеснули, когда спросил:

– А ты что за важная персона?

– Разве капитан не сказал?.. – до пассажирки начало доходить, что все планы повисли на волоске. Она могла управлять вероятностями, но в основе умения лежала вера других в ее священный статус.

Он покачал головой и спросил:

– Как тебя зовут?

Девушка провела языком по сухим губам. «Если этот недоразвитый не знал о Звездной Королеве, то уж тем более ему неизвестно о Белом Сфинксе… Вот это влипла… Восхитится он тобой, ага! О, Извечный, помоги мне, и он станет жертвой тебе!»

– Таймилла, – она через силу улыбнулась и добавила: – Я – весталка.

– Кто?!

– Девственница, приносящая удачу. Та, кто молит Белого Сфинкса о ней. Нас отбирают из подкидышей, которых находят у дверей храмов. Это очень древняя традиция и таково мое предначертание. Теперь ты меня развяжешь… Марк?

Глаза проходимца чуть расширились.

– Откуда ты знаешь, как?..

– Догадалась, – фыркнула и пояснила: – Так тебя называл этот… плотный такой…

– Дед, что ли? – мужлан освободил ей руки, оставив ноги связанными, и деловито спросил: – Ты в самом деле девственница?

Таймилла напряглась и отчеканила:

– Не советую проверять, не то век тебе удачи не видать.

Презренный противно хихикнул, а потом зашелся в нехорошем хохоте. Она похолодела: «Что должна чувствовать птица в руке? То же, что и я?..» Ей пришлось ждать, разминая затекшие руки, пока он перестанет корчиться. Минуты через три идиот утер слезы и успокоился. Было самое время сменить тему.

– Зачем здесь столько камер? Вы следили друг за другом?

– Не мы. Их поставили старатели – тот еще сброд… Наверное, поэтому и аптечки на каждом шагу – если кого-то не убили сразу, то у него был шанс выжить.

– Какой ужас!

– Для кого-то это норма жизни. И я их понимаю… Кстати, камеры и нам пригодились. Дед любил наблюдать, что делается на камбузе. Чтобы, как он говорил, шутник кок не мыл в компоте ноги…

– Он твой родственник?

– Кто – Дед? – сволочь покачала головой. – Мой дядя – да и то, кажется, троюродный, – старый Викинг. Тот, кто выиграл «Медузу». Он себя так называл, гордился, что мы из древнего рода…

– Это было его заветным желанием? – ей, весталке, не хотелось ничего знать о родословной негодяя.

Тот пожал плечами.

– Кто знает… Зато теперь я наследник посудины, которая несет нас хрен знает куда…

– Ты не знаешь, куда мы летим?

– А ты этого еще не поняла? – он посмотрел на нее, как…

Мясистые губы расплылись в улыбке – торжествующей, нос-картошка раздулся – хищно, узкие глазки блеснули – тускло.

Как одержимый? Скорее этот взгляд отдавал безумием.

– Так что будь ты хоть три раза девственницей…

Девушка распахнула глаза. Сейчас в них не было ненависти – там плескался ужас. Однако не угроза лишиться статуса весталки напугала ее. В сознании вдруг разом сложился узор кошмара, цветочки которого только что видела. А за ним замаячило нечто во стократ хуже смерти. Таймиллу охватило жуткое предчувствие непоправимого. О, если бы он смог почувствовать… Если до его сознания дойдет хоть толика того, что она ощущает сейчас, то, возможно, еще появится шанс спастись.

Барахтаясь над разверзнувшейся бездной, девушка прошептала:

– Марк… Марк, чье желание исполнял ты?!

***

Чье-чье? Свое и только свое! Кто вообще знает, чего хочет? Подспудно? Эта чертова Королева уловила его истинное желание, а остальное лишь следствие. Он просто хотел избавиться от постылых рож и женщину. А еще малолюдную планетку, где над головой только солнце, пару-тройку любящих жен, десяток детей… Всю жизнь он верил, что сможет этого добиться, ведь недаром же так везло. Даже в тот день… Нет, особенно в тот день!

Допустим, на случившееся как-то и повлияло присутствие на корабле весталки, но… Пускай капитану, знавшему о пассажирке все, пришло из-за нее каре. Тогда откуда взялся флэш-рояль у Викинга?.. Да хоть из кустов! Случай и не такое еще вытворяет! И выходит, что вся весталкина удача – чистый пшик и совпадение. И он правильно сделал, что поменял ее на удовольствие. Недотрога, конечно, закатила истерику, пыталась выцарапать глаза, но старая добрая оплеуха все расставила по местам – выросшая рабыней какого-то сфинкса теперь его и только его!

«Киндер, кухня, кирха», – говорили на родине о женщинах и были правы. Так все и будет, когда «Медуза» сядет на планете, к которой неумолимо приближается. Вот где он хотел бы жить! И будет жить!

Марк блаженно улыбнулся, мысли опять вернулись к происшедшему месяц тому. Непонятно, почему Алекс захотел, чтобы телохранителя разорвало. Его желание настолько дикое, что не укладывается в голове. Это же как нужно не любить людей! Пожалуй, похлеще, чем он сам. Впрочем, вполне возможно, что суперкарго не терпелось проверить, исполнится ли его желание. Вот и ляпнул несуразное… А Ларн? «Хочу к маме!» Идиотизм какой-то! Да и хватит ломать голову! Может, салага не спасся, а отправился к праотцам просто потому, что не знал о смерти матери?.. А он, Марк, послужил лишь орудием для исполнения желания, произнесенного, кстати, вслух. Наверняка причина в этом. Сам же он не высказал желания, не сформулировал как-то по-дурацки, подобно остальным, не блиставшим богатым лексиконом. Поэтому у него все будет хорошо…

***

Таймилла смотрела на планету, занимавшую почти весь экран. Сквозь дымку атмосферы проглядывала бурая туша единственного материка, окруженного темно-лиловым океаном. Вид суши напоминал внутренности быков, по которым авгуры предсказывают будущее. И ей ни на миг не верилось в ласку облаков с легким оттенком бирюзы, которые якобы пуховой периной готовы принять гостей в объятия. Где-то там, под ними, – в кишках рек, язвах озер, пролежнях равнин, опухолях гор – и скрывается тот ужас, что почудился ей месяц назад и который должна пережить. Видение обрекало на жизнь, как бы ни хотелось убить ничтожество, которое превратило ее в свою наложницу, и умереть самой. Без него ей просто не посадить корабль, а значит – надо терпеть и ждать.

Таймилла потерла небольшой рубец на лбу и вздохнула. Она должна дождаться, когда Сфинкс покарает святотатца, увидеть это и умереть. Все остальное – ничто, пыль звезд в зеркале колодца. Пусть думает, что ему удалось сломать весталку. И пусть она уже потеряла тело, но не душу! О, как она станцует на его костях! Потом, когда видение сбудется, избавив ее от необходимости отдаваться скотине…

Она нужна Сфинксу и будет верна Ему до конца! Да сбудется воля Его!

И кара обрушилась на голову нечестивца.

***

– Я никогда не видел такого рассвета!

Марк восторженно улыбался, вдыхая очень чистый воздух, который был так свеж и вкусен в отличие от затхлой атмосферы корабля. Перед ними лежало озеро, привольно раскинувшееся среди каменистых холмов, чуть слышный плеск волн только подчеркивал девственную тишину. Планета была необитаема. Пока не прилетел он.

– Я нарекаю эту планету Желанной! Здесь ты родишь моих детей! Я сделаю их солнцепоклонниками!

– У весталок не бывает детей.

Он осекся и посмотрел на девушку. На её лице не было и тени радости, распиравшей его. Рука, которую сжимал, была холодной и скользкой.

– Ты ведь уже не весталка…

– Это не имеет значения. Весталки стерильны.

Марк выпустил руку и наотмашь ударил девушку по лицу.

– Сволочь, чего от тебя еще было ждать!

Таймилла упала, а он развернулся и направился к «Медузе». Накренившись на бок, огромная темно-сизая махина лежала на берегу выбросившимся левиафаном. Неожиданная ассоциация заставила вздрогнуть – неужели и он здесь лишь для того, чтобы бессмысленно подохнуть?.. Нет, такого он хотеть не мог! Это все из-за нее!

Помотав головой, Марк забрался внутрь. Теперь ходить по кораблю было неудобно из-за серьезного крена. Хотя компьютер неожиданно предоставил доступ, посадка требовала гораздо большего опыта, нежели тот, что был у штурмана. Обычно корабль сажал или капитан, или старпом, поэтому сломанные амортизаторы вместе с искореженным боком, перед которым возвышался целый вал камней и песка, можно считать небольшой платой за жизнь.

Что ж, тому, кто пережил аварийную посадку, не зазорно вспомнить о смерти…

– Но все равно эта сука свое еще получит, – пробормотал Марк и потащил тушу дяди из рефрижераторного отсека, куда свалил останки всех, хоронить.

Когда тело Викинга покатилось вниз, из одежды выпало две карты. Марк хмыкнул и нагнулся. Это была пара никчемных шестерок.

– Так вот откуда берутся флэш-рояли…

Он фыркнул. Неужели старый хрыч не любил полагаться на случай? Мухлевал? Нет, не похоже это на его добродушную натуру. Скорее имела место одна из шуток, после которых долго сотрясался телесами, хлопая себя по ляжкам. Как он умудрился провернуть такую штуку толстыми пальцами, ведь все не сводили с него глаз?.. А вот капитану, выходит, и вправду свезло. И с картами, и с тем, что его не хватила кондрашка от проделки шеф-кока. М-да, подфартило, камни обоим… хм, пухом.

Марк выбросил карты и побрел обратно к кораблю. План погребения был прост. В широкой глубокой борозде, оставленной «Медузой», сложить мертвецов, а потом завалить тела камнями и забыть. Все бы ничего, но каждая ходка отнимала много времени и сил.

Отчаянно потея и ругаясь, он притащил к импровизированной братской могиле уже третий труп – какого-то безымянного головореза, – когда заметил внизу блеск. Присмотревшись, сообразил, что это в свете заходящей Звезды сверкает невесть откуда взявшаяся вода. Да почему неизвестно? Рядом озеро, вот она оттуда и просочилась.

Он сбросил тело вниз и вытер пот. Какая мертвякам разница, сгниют они среди камней или в воде?..

Ответ на этот вопрос Марк получил, когда приволок тело Ларна.

Покойникам оказалось не все равно.

***

– Тайла!!! Они живы!!! – вопя во всю мочь, Марк метеоритом ворвался в бывшую капитанскую каюту.

Девушка вздрогнула и вжалась в кресло.

– Кто?!

– Те, кого я хоронил! Старый Викинг, Ларн, твои охранники! – он сиял восторгом. – Чудеса продолжаются!

«Неужели началось? Сфинкс наконец-то лишил его разума! – Сердце Таймиллы наполнилось радостью и застучало быстро-быстро. – Верю, что теперь уже осталось недолго!»

– Идем! Я покажу! – в глазах Марка светилось сумасшествие.

– Что ты мне покажешь? Ночь уже, – как можно спокойнее произнесла она. – Давай подождем до утра…

– До утра… – протянул он задумчиво. – Черт с тобой, жди. А я до утра оживлю всех!

И безумец исчез в дверях.

«О, Сфинкс, благодарю Тебя за испытания, на которые обрек недостойную! Яви мне знак, когда же все кончится!»

И знак был дан. Страшный и непонятный.

***

Слипшиеся волосы, перекошенные в смерти лица, не изменившие выражения, вытаращенные глаза тех, у кого они остались. Тела, плавающие в воде, которая залила борозду, превратив ее в широкий канал, в свете выглянувшей из-за корабля Звезды отливали бледно-зеленым. И время от времени судорожно подергивались…

В воздухе плыл тошнотворный запах гнили. Марк спал, лежа на берегу, и казался гораздо мертвее тех, кто еще вчера был безмятежным покойником. Таймилла в мешковато сидевшем комбинезоне – оскверненную тунику она давно выкинула, – подошла поближе. Ее ноги подкосились, и девушка опустилась на колени. Если это знак Сфинкса, то она не в силах его истолковать. Да и как понять эту жуть?

– Что Ты сделал?!! – завопила Таймилла, подняв лицо к небесам.

Марк открыл глаза, самодовольно улыбнулся и сказал:

– Что, что? Оживил, черт бы тебя подрал, дура. А ты не верила…

Таймилла с ужасом посмотрела на него. Только всемогущий Сфинкс мог даровать жизнь или смерть. Неужели этот подонок – его орудие? И она все неправильно понимала? Нет, не может быть… Сфинкс наказал ее обидчика, а они… просто всплыли…

– Чего вытаращилась? Проведи какой-нибудь обряд, если хочешь, – Марк поднялся, глянул на тела. – Хотя они и без тебя обойдутся. Здешняя вода просто чудо! А я пойду чего-нибудь съем.

Он развернулся и направился к кораблю. Взгляд Таймиллы прикипел к бластеру на его правом боку. Вот что поможет избавиться от… Чего? Что он сказал о воде? Что она – чудо… Живая вода? Сказки седой старины… Или вода живая? То есть разумная? А почему нет?.. Она привела их сюда. И это ее желание исполняла Звездная Королева, диктуя дураку чужую волю…

От мрачных раздумий девушку отвлек усиливающийся шум. Она посмотрела на воду. Там вовсю плескались бывшие мертвецы. Жутко подергивая мышцами лиц, они корчили ей рожи и шлепали по воде руками и ногами. Особенно кошмарно выглядел капитан, вместо лица у которого была копошащаяся темно-зеленая масса.

Таймилла взвизгнула от мгновенно накатившей гадливости и вскочила. Это было даже хуже того, что ей померещилось в день встречи со Звездной Королевой. Много хуже!

И вдруг почувствовала облегчение. День настал. Все сошлось. Она оказалась здесь, потому что должна истребить эту отвратительную пародию на жизнь! Священная воля Сфинкса направила ее сюда для уничтожения богопротивной мерзости!

Не оглядываясь, девушка двинулась на нетвердых ногах к «Медузе». Ей казалось, будто скоро все закончится.

***

Марк спал, когда почувствовал легкий укол. Вздрогнув, открыл глаза. Над ним склонилась Таймилла, и он улыбнулся. А в следующий миг увидел в ее руках шприц-пистолет. И ощутил еще один укол.

Штурман дернулся, но по телу уже разливалась предательская слабость. Таймилла ощерилась и принялась вытаскивать бластер. Марка охватил ужас. Эта неблагодарная сучка решила его убить?!

Он замычал и попытался схватить ее, но стерва отскочила, сжимая оружие. Однако не выстрелила в него, а выбежала из каюты. Куда?! Убить остальных! Вот куда! Еще недавно он бы только приветствовал такое решение, но не сейчас. Сейчас он любил их всех. Ведь это же настоящее чудо! И он – его творец! Ну и вода… Но ничего бы не получилось, если бы не он – тот, кто дал ей возможность показать себя… Да, у него есть все основания восхищаться собой, ибо он истинный чудотворец!.. Да, да, наверное, он всегда хотел творить чудеса! Вот его истинное и желание, и предназначение. Ведь наверняка каждый в душе хочет отвечать своему предназначению, но обстоятельства превращают его в нечто другое. А он смог! А она хочет его всего лишить… Тварь!

Напрягая силы, Марк сполз с койки и пополз следом. В глазах то и дело темнело, но он все же дополз до выхода, вывалился наружу и покатился по камням.

***

Таймилла стреляла по телам, и они взрывались гнилыми ошметками. Вода кипела, Звезда немилосердно жгла лицо, пот заливал глаза, но она не прекращала пальбы. Для нее это значило нечто гораздо более святое, чем жертвоприношение, было искреннее, чем молитва, – Таймилла чувствовала себя десницей бога. Священный трепет карающего орудия Сфинкса, фанатичная безжалостность к чужеродному в каждой клеточке естества, эйфория от принадлежности к высшим силам – исполнение великой цели и смысл жизни слились воедино. Когда заряд бластера иссяк, бывшая весталка – нет, почти богиня – еще какое-то время жала на спуск.

Весь ров, который наконец-то превратился в могилу, заволокло зеленоватым паром. Таймилла опустила оружие, и тут нечто схватило ее за ногу, свергая с небес. Это было страшнее, чем удар в спину, несправедливее, чем жизнь. Воображение услужливо представило, как уцелевшее исчадье ада выползло в тумане из воды и подобралось к ней. Она завизжала и отпрыгнула. Нога освободилась, а девушка, тяжело дыша, вернулась в реальность.

Марк сжимал и разжимал кулак, хрипя проклятия с пеной на губах. Его разбитое в кровь лицо искажала ненависть. Вот уж поистине бычье здоровье! Две дозы транквилизатора – и все равно еще шевелится…

Таймилла внезапно успокоилась. Дело сделано, осталось только убить этого ублюдка. Жаль, что бластер уже бесполезен… Может, забить его камнями? Как собаку! Достойная смерть для подлеца…

Таймила поднялась и поискала глазами подходящий булыжник. А как умрет она сама? Утопиться ведь не получиться… Но ведь где-то должны быть боеприпасы!

Девушка уже собралась пойти и поискать на корабле заряды, но, глянув на дымку, саваном колыхающуюся надо рвом, задержалась. Сквозь зеленовато-белесую завесь начала проступать вода. Вернее, мутно-зеленые пузыри, которые лопались с тихим змеиным шипением. Ни одного тела видно не было.

Она с облегчением вздохнула, да так и замерла, забыв вдохнуть. На поверхности жижи набухла волна и покатилась к ней, вырастая по мере приближения к берегу. Пену на гребне заменяли тысячи глаз. Переливающихся всеми оттенками мерзости бессмысленных глаз… Нет – с вожделением смотрящих на нее, подкатывающих все ближе…

Таймилла вскочила, захрипев предсмертно на вдохе, и попятилась. Как же она ошибалась, решив, что оживающие мертвецы хуже этого! Вот ее видение! И теперь она достанется ему!

– Не-ет! – Бывшая весталка была готова умереть, но только не так.

Первая волна расшиблась, не замочив ног и оставив на камнях вонючую слизь. Но за ней шла вторая…

Забыв обо всем, девушка рванула к «Медузе». Она не видела, как вал накрыл бесчувственного Марка и забрал тело с собой.

Ворвавшись на капитанский мостик, Таймилла с ногами забилась в кресло пилота и уставилась на пульт. Ее трясло, а сознанием владело всепоглощающее желание – бежать как можно дальше. Чтобы никогда… Ни за что… Пусть все сгинет как страшный сон…

Однако она обязана выполнить волю Сфинкса. Таймилла собралась с мыслями и задала себе простой вопрос: неужели трудно совместить одно с другим?

***

Звезда еще уходила за горизонт, во рву уже бурлила новая жизнь, и тут «Медуза» взвыла аварийным воплем. Еще не успел погаснуть последний луч светила, как вечерние сумерки обернулись преисподней, когда на месте корабля вырос огненный гриб.

***

Обнаженная Таймилла стояла на берегу озера. Вокруг простиралась выжженная равнина. С неба на нее равнодушно пялилась Звезда. Дул легкий бриз. Все было как в первый раз, но только сейчас рядом не стоял Марк, а за спиной не нависал надгробием корабль.

Девушка не сомневалась, что умерла. Она помнила закладывающий уши вой сирены. Знала, что это был последний звук в ее жизни, но… Почему она снова тут? Что это значит? Неужели это ее личный ад? И теперь ей до конца вечности суждено влачить здесь бессмысленное существование? Как же так, ведь она следовала воле Сфинкса?

– За что?!

Таймилла подняла глаза вверх. На Звезду наползали тучи. И они были неправильными. Присмотревшись, девушка не сразу определила, что с ними не так. Однако все стало на места, когда разглядела, что сверху на нее смотрят застывшие в смертной муке лица покойников. Да, это ее ад. И здесь она никогда не сойдет с ума, ибо блаженным место в раю.

Девушка поразилась, что не почувствовала страха, не ощутила ни капельки ужаса, как это было при жизни. Тогда в чем смысл адских мук?..

Словно в ответ, на поверхности воды немного справа наметилось движение. Повернув голову, Таймилла стала бесстрастно смотреть, как, вращаясь все быстрее, над водой вырастает почти прозрачный конус. В какой-то момент тот превращается в человекообразную фигуру – и вот уже к ней по воде шагает… почти прозрачный Марк. Рассеянный свет преломляется при движениях, очерчивая тело, оттеняя гостеприимное выражение лица.

– Добро пожаловать на адские муки… – бормочет Таймилла. Уж этот точно сможет сделать ей больно, что бы оно ни значило в здешнем вывернутом наизнанку пекле.

И поражается ответу:

– Не муки.

– Что?.. – она пятится.

– Мы не понимали, – не-Марк уже идет по берегу, – своей судьбы.

– Судьбы?.. – эхом переспрашивает девушка, продолжая отступать.

– Да. Остановись ты, в конце концов! – За водяным существом тянется толстая мокрая полоса. Именно толстая, не расползающаяся пленкой на камнях, а змеей следующая по пятам или, может, толкающая нелюдь вперед. – Мне на суше непросто…

Таймилла останавливается. Бежать бессмысленно. Оно хочет ей что-то сказать и скажет, даже если для этого ему придется превратиться в тучу.

– Вот, так лучше. – Это подходит вплотную. Губы, растянутые в неестественной улыбке, не шевелятся. – Ты – молодец, сделала все, как нужно.

– Э-э… – только и выдавливает из себя ошарашенная характеристикой Таймилла. – Ты кто?

– А на кого я похож? – возмущается создание.

Девушка окидывает его скептическим взглядом.

– Ну, на призрак водолаза…

– Хорошо, что ты меня не боишься.

– А разве призракам стоит бояться призраков?

– Ты считаешь себя?.. – голос смеется. – Нет, ты живая. Из плоти и крови.

– Я умерла.

Продолжая смеяться, существо качает головой.

– Я мертва, – настаивает она. – Ты тоже.

– Я – да. Но исключительно в человеческом смысле. А ты… Как бы это тебе объяснить… Ты воссоздана вплоть до кончиков ногтей такой, какой была в последнее мгновение жизни. У тебя остались все воспоминания, но теперь нет страха.

Бесцветные глаза смотрят чуть выше ее переносицы. Таймилла невольно поднимает руку и трет лоб. Пальцы находят рубец от зажившей раны. Итак, она снова жива.

– Нет страха?..

– Да, смерть освобождает от него. Отныне нам суждено забыть о том, что делает существование живых адом.

– Нам? – Чувствуя, что ноги ее не держат, девушка опускается на камни.

– Мне и тебе. – Существо превращается в подобие надгробного бюста – нет, в статую Сфинкса у храма, – лицо, будто высеченное из жидкости, оказывается на уровне ее глаз. – Я сейчас расскажу обо всем, что узнал после моей кончины.

– Вот уж никогда не ожидала услышать таких слов, – через силу фыркает Таймилла, сдерживаясь, чтобы не пасть ниц перед… Нет, это все обман, цель которого заполучить ее душу!

– Каких?

– «После моей кончины», – она качает головой. – Надо же…

– Пусть будет – после твоей, – пожимает плечами создание. – Слушай…

И оно начинает рассказ. Долгий – проходит небольшой дождик, тучи-лица успевают рассеяться, а Звезда – скрыться за горизонт.

***

…Ночное небо чертила комета, тело существа причудливо переливалось блестками звездного света, а Таймилла заворожено слушала историю о светилах, создающих жизнь на планетах, чтобы бороться с хаосом. Были, правда, в рассказе и другие звезды – те, которые ненавидят мироздание, искажают его облик, превращаясь в черные дыры, или просто губят все излучением, не давая развиться жизни. И вот когда-то появилась звезда-неудачница. Поначалу все шло, как обычно – в положенное время она осознала себя разумной, начала общаться с другими, создавать планетную систему, избрав путь порядка. Следуя советам, определила орбиты, подготовила планету, где должна была вспыхнуть искра жизни… Но что-то пошло не так. И состав атмосферы нужный, и вода, способная поддержать органическую жизнь, однако… Поддержать – не значит зародить. Какие только катаклизмы Звезда не устраивала на планете, но… Отчаявшись, она создала Звездную Королеву – нечто, не ведающее о добре и зле, но предназначенное для исполнения ее желания. Звезда не подозревала, что та будет исполнять желания и других разумных существ. Миллиарды лет носится Звездная Королева в пространстве, будоража хаос, зажигая сверхновые, запрограммированная на исполнение желания Звезды. Многие светила избегают ее, страшась своих желаний. И даже уничтожение Звездной Королевы не может уберечь мироздание от создания следующей. Они убеждали Звезду нейтрализовать свое порождение, но та оказалась перед ним бессильна, ведь нет ничего сильнее заветного желания…

– И вот настал момент, когда Звездной Королеве повстречались мы. Звезда заполучила наши души, чтобы они стали матрицей и вдохнули жизнь в то, что уже готово воплотиться…

– А как же те, кто встретился с ней раньше?

– Их слишком быстро убивали желания. Так же, как и тех, на «Медузе». Мелкие люди – дешевые желания, быстрая смерть. Их души остались в пространстве, и только мы оказались здесь живыми… Ну что, хочешь быть со мной, чтобы тут появились люди? Мы будем их богами, а они – нашими детьми! Ведь людям нужны человеческие боги, потому что звезды плохо понимают нас.

Таймилла пробормотала:

– Звучит заманчиво… А что будет с той, что исполняет желания?

– Она исчезнет, когда окажется ненужной… Забудь о ней, лучше вспомни, как ты ощущала себя почти всемогущей! Я ведь тоже чувствовал себя здесь практически чудотворцем! Поверь, мы готовы стать богами!

Девушка кивнула, закусила губу, а потом спросила:

– А если я не хочу становиться?.. – Воспоминание, как расстреливала покойников, уже не было самым счастливым.

– Тогда ты все равно умрешь. Бессмысленно! И будешь блуждать во тьме пространства до конца вечности.

– О, какой мрачный пафос!

– Смерть, знаешь ли, располагает, – хмыкнуло существо и заговорило другим тоном: – Это ведь я пожелал тебя воскресить. Мне не хотелось, чтобы ты осталась рабыней и после смерти, потому что она собиралась тебя просто заставить…

– Как это благородно-о…

– Я полюбил тебя сразу. Но по-своему… Как умел.

Таймилла растерялась, а оно начало настаивать:

– Да или нет? Я не хочу быть одиноким богом. Нас должно быть двое, чтобы уравновесить друг друга. Я был жесток к тебе, но… это наш путь. Ты должна захотеть!

Она подняла голову. Пустота, истыканная колючками, исчезла – теперь вверху горели звезды с большой буквы. Те, кто с начала времен сражается с пустотой, которую нельзя заполнить, но только потеснить… жизнью? Оттолкнуть бьющимися сердцами?

Неужели они тоже живут, сознают это, знают о людях? О ней?

И Сфинкс лишь звезда, не защитившая… Рабыню? Да, наверное, это правда. И предал он ее из страха перед своим тайным желанием…

Интересно, чего боятся звезды? Узнать истинное предназначение? Потерять страх, обретя вселенское равнодушие? Погаснуть, бессмысленно сдавшись тьме? Сгореть, не узнав о любви, на которую способны только люди?

Лишенная при жизни даже надежды на материнство, девушка испытующе посмотрела на то, во что превратился Марк. Нет, она не станет ему мстить.

– Я хочу.

– Я верил!

Существо придвинулось. Таймилла ощутила упругую холодную пленку чужих губ и доверчиво приоткрыла рот. В легкие хлынула вода.

В небе сверкнуло – Звездной Королевы не стало.

 
читателей   1029   сегодня 1
1029 читателей   1 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Ещё не оценивался)
Загрузка...