Желание

 

— Кто первым исполнит своё желание?

Люка невольно поморщилась. Вопрос буквально летал в воздухе, но озвучить его решился именно Кестер. Его тщедушная фигурка сгорбилась у костра, пальцы хаотично сплетались и расплетались, а серые с красными прожилками глаза перебегали с одного предмета на другой, избегая взглядов спутников. Впрочем, после секундного переглядывания и остальные потупили взор, разглядывая мелкий сор под ногами или выискивая воображаемую опасность в ближайших кустах. Лица застыли, спрятались за масками безразличия и отчуждённости.

— Ой, ты такой молодец, что об этом заговорил. Я вот тоже думал-думал, как бы нам это дело устроить… Ведь это очень важно, правда же? Завтра последний день… Завтра всё закончится. Такой волнующий момент, — Белый Маг не дал неловкой паузе затянуться надолго и ринулся на выручку. Как всегда воодушевлённый и переполненный любви к окружающим, он даже подпрыгивал на месте от нетерпения. Члены Ордена Сердечного Света и словом и делом помогали всем, кто в этом нуждался, а иногда и тем, для кого их помощь становилась только обузой. Добродетели же Белого Мага у костра (истинное имя он скрыл, так как после поступления в Орден отрёкся от всего личного и эгоистичного) не знали пределов, что служило постоянным источником раздражения у команды.

Из-за переполнявшего его чувства радостного нетерпения, Маг вертелся, как юла. Не рассчитав силу, стремительным движением руки он отправил свой Посох Правосудия (Люка считала любовь мага к посоху явно нездоровой) в полёт, прямо в сторону Пая. Молниеносным движением цвахтершельд отбил атаку и снова застыл молчаливой громадой на краю света и тьмы. За всё время путешествия никто не услышал от него ни слова. Загадкой оставалось, нем ли этот двухметровый великан от природы или же таким образом выражает своё презрение к низшим существам, которыми являются все, кто не из Долины стали. «Скорее второе», — решила для себя Люка. Цвахтершельды всегда жили уединённо в своей окружённой неприступными горами Долину и так же уединённо убивали ближайших родственников для получения власти в клане. Войны, битвы и клановость – вот ради чего стоит жить по их мнению. Представители этой расы практически никогда не покидали пределов своих родных земель, и то, что в их маленькой компании оказался один из воинствующих затворников, могло считаться почти чудом.

Маленькое происшествие с посохом привело в себя сидящих на поляне. Почти физически ощутимое напряжение спало. Люди (и нелюди) задвигались, устраиваясь по-удобней перед ночлегом. Приятный звук горящих поленьев делал обстановку уютной и в какой-то степени домашней.

«Исполнить своё желание… Да, ради этого мы преодолели столько препятствий. Уже два месяца я не видела родного дома. Но выполнит ли Камень мою просьбу?»

Люка протянула руку к костру и без страха окунула её в пламя. Огненные языки обвили змеёй тонкую девичью руку. Стихия, словно мурлыкающая кошка, ласкалась, тёрлась о ладонь, признав свою хозяйку. Но вот русоволосая девушка отстранилась. Огонь последовал за ней. Небольшой сгусток энергии отделился от костра и так и остался на раскрытой ладони. Он извивался в своём своеобразном танце, то припадая к коже, то взвиваясь ярким вымпелом ввысь. Завораживающее действо. Но длилось оно не долго: Люка вскрикнула от боли, чувствуя запах горелого мяса. Взмахом руки магичка стряхнула пламя обратно в костёр. К сожалению, в последнее время родная стихия совсем не хотела её слушаться.

— Тут всё ясно. Я буду первой, — изящная эльфийка в нетерпении встряхнула волосами. Она была прекрасна, как солнечное утро, но всё портил её вздорный характер. – После меня – Пай, Стерх. Потом – Люка. Думаю, наш светлый друг уступит Кестеру. Ведь он такой добрый и бескорыстный, — красотка саркастически усмехнулась и отвесила шутовской полупоклон Белому Магу.

— Почему я должен быть в самом конце? – Кестер вскочил на ноги, весь кипя от гнева и негодования. – С какого лешего ты, Дру, будешь первой?

— Позволь напомнить тебе, мой вспыльчивый товарищ, чья это была идея, и чья карта довела тебя сюда.

— Это не играет никакой роли! Мы все здесь равны! Так было сказано в клятве.

— Но ты не сделал ничего полезного для команды, — Друсиниэль тоже начала выходить из себя. – Я нашла карту, Пай обеспечил нас силой, Стерх отобрал смельчаков, которые имели хотя бы призрачный шанс дойти до конца. Люка защищала нас от стихий, а Белый Маг не дал поубивать друг друга по дороге. Что же сделал полезного ты?

На поляне повисло молчание, как будто все и правда задались вопросом, зачем им этот привередливый полугном. Заметив оценивающие взгляды окружающих, Кестер презрительно скривил губы и ледяным голосом спросил:

— А проведёт вас по горам? — хотя Кестер был лишь полукровкой, но гномичьей крови в нём было достаточно, чтобы по лишь ему ведомым признакам не потеряться в горах и найти Камень Желаний. – Поэтому советую сменить очерёдность. Иначе чёрта с два вы когда-нибудь исполните свои жалкие желанья!

— И он ещё говорил о равенстве и клятве? – в приглушенном смехе Люки можно было разобрать стальные нотки. – Дождался, пока мы все исполним свою часть договора, а теперь ставишь нам условия? Каков наглец…

Тоже мнение разделял и Пай, молчаливой тенью приблизившийся к низкорослику. Эта чёрная гора мышц и силы заставила Кесетра поумерить свой пыл:

— Да ладно вам. Я же не говорю, что буду первым. Дру, Пай, — короткий взгляд исподлобья на Охотника, — ну и Стерх, конечно, имеют полное право первыми приблизиться к источнику. Но Люка, с её то пропадающей, то появляющейся магией, вряд ли самый важный член нашей команды. Скорее балласт.

Такие слова не прощаются. Хищно шипя, магичка мгновенно подскочила к гному. Её рука, раскаленная до ярко-алого цвета из-за магии, со всей силы впечаталась в противно ухмыляющееся лицо. Пощёчины было достаточно, чтоб оставить на щеке след от отжога. Кожа слезла почти мгновенно, а мясо продолжало тлеть.

— На тебя моей магии точно хватит, — девушка посмотрела на катающееся по земле и кричащие от боли существо, а затем спокойно пошла на своё место. Слава богам, никто не заметил, как она спрятала ноющую руку в карман. С каждым разом последствия от использования магии становились всё болезненнее. А ведь этот трюк мог проделать любой Огненный, без специального обучения и без никаких последствий. «Становится всё хуже. Как же мне пережить завтрашнюю битву?» — отстранённо подумала девушка.

Особо эта сцена никого не впечатлила. Лишь Белый Маг бросил укоризненный взгляд на магичку, а потом занялся лечением брыкающегося Кеса. За два месяца пути полугном успел достать всех своим самомнением и непомерными амбициями. Непризнанный не людьми, ни гномами, Кестер был достоин жалости, но и жалеть его было противно. Эта душа была до крайности изуродована грязными пороками, завистью и спесью. Белый Маг продолжал попытки возродить что-то благородное и доброе в Кестере, но попытки этого святого человека пропадали всуе, а низкорослик воспринимал мага в качестве личного слуги. Никто не сомневался, что первым желанием этого слабого, но мстительного и злопамятного существа будет кара неугодных ему. Поэтому его и хотели отправить в самый конец очереди к Камню. Но полукровка взбунтовался.

— Жребий? – лишённый всяких интонация голос Стерха пробирал до костей. Казалось, сама Смерть говорит этим голосом.

— Не вариант. Я сама знаю несколько десятков способов шулерства, — Дру задумчиво наматывала свои золотистые локоны на пальчик, развалясь в несколько фривольной позе у костра. Её место было не на этой поляне, а в будуаре богатого дворца в ожидании своего покровителя. Тем не менее именно прекрасная эльфийка организовала этот поход, превратив свою жизнь в бесконечную череду сражений, многокилометровых переходов и борьбы с гнусом. Видимо, желание Дру стоило всех этих лишений.

— Значит, их все придётся забыть, — Охотник тяжёлым взгядом посмотрел на эльфийку, а затем и на всех остальных. Возражающий не нашлось. Что-то было в этом человеке, что заставляло бояться и следовать его решениям. Пустой взгляд, холодный голос или презрение к опостылевшей жизни? Кто знает…

Стерх поднялся, в ближайших кустах отломил шесть равных по длине веточек, а потом на глазах у всех отломил у одной кончик. Так как он продолжал стоять, то и остальным пришлось подняться.

— Неужели ты думаешь этим старым, как сама Пандея, способом решить наш вопрос? Смешно, — Маг вылечил Кестера, и тот сразу же опять начал нарываться на неприятности. Безуспешно, во всяком случае. Пронять Охотника было не так уж и просто. Его аура подчиняла всех вокруг своей воле, приказывая и повелевая.

Первым вытянул палочку Пай. Длинная. Потом Стерх. Тот же результат. Белый Маг даже обрадовался тому, что не он будет первым у Камня Желаний. Зачем ему спешка? Может, кому-то жизненно необходимо как можно скорее исполнить свою мечту, а он может и подождать. Кестер, потом Люка. Короткая веточка досталась эльфийке. Задорно засмеявшись, та начала пританцовывать вокруг костра.

— Я буду первой. Я буду первой , — нараспев говорила Дру. Кестер сплюнул, а Маг поспешил поздравит счастливицу с удачей.

Второй раунд. Пай сразу же вытащил короткую. Осталось всего четыре игрока: Кестер, Стерх, Люка и Маг. В следующий раз первым потянул Кестер. Его наглость не понравилась богам, и полукровке не повезло – длинная. Как только Стерх выбрал одну из палочек и потянул её вверх, что-то тяжёлое опустилось на его руку, и все веточки посыпались на землю.

— Шерр! – выругалась Люка, пытаясь удержаться за руку Охотника. – Голова закружилась. Наверно, вино на голодный желудок чересчур пробрало. Давайте заново, — хотя выпила она совсем немного, и до этого никаких видимых эффектов опьянения не было. Но только сейчас люди заметили, как странно блестят глаза у девушки. Да, вино из Аэрукота странно действует на организм: то никакого эффекта, а вот уже человек лежит у забора в невменяемом состоянии.

Начали заново. Маг, затем Кестер. В руке у полугнома осталась короткая веточка. Следующей удача улыбнулась Магичке. Как говориться, пьяным везёт. А пьяным девушкам везёт вдвойне.

В последнем туре принимали участие только Охотник и Белый Маг. Первый держал в руке две палочки и благородно предложил Светлому самому выбрать. Тот выбрал короткую, но как член Ордена Сердечного Света уступил Стерху.

Итак, очередь к Камню Желаний выглядела так: Дру, Пай, Кестер, Люка, Стерх и Белый Маг.

— Давайте ложиться спать, — и хоть это был не приказ, но никто не осмелился противоречить Охотнику. Компания начала устраиваться по-удобнее, готовясь провести последнюю ночь под открытым небом. У каждого на лице было написано лишь одно: «Завтра… Завтра… Завтра…Завтра… Завтра…»

«Завтра я стану предательницей», — подумала Люка, накрываясь курткой вместо одеяла.

 

Скалы цвета крови высились по обоим бокам дороги, нависая над путниками. Они служили последним предостережением тем, кто решился пожертвовать всем, ради одного, но самого заветного желания. Ничего живого не было в этих горах: ни животных, ни птиц, ни змей. Только пара колючих кустов да перекати-поле изредка шелестело в отдалении. Камень Желаний высасывал энергию из всего сущего, до чего мог дотянуться. Такой была плата за ожившую мечту.

Тысячелетиями матери рассказывали на ночь своим маленьким детям волшебную сказку о Камне, который исполняет любое желание, но только одно. Хочешь стать вечно молодым? Получай. Хочешь огромный дворец и плодородные земли в придачу? Пожалуйста. А может, ты мечтаешь стать самым прославленным полководцем всех времён и народов? И это под силу Камню Желаний. Вот только матери не говорили, что для того, чтоб исполнить свою мечту, придётся пройти испытание. Самое страшное испытание, какое мог придумать нечеловеческий разум Камня. Только самые решительные, смелые, храбрые… или самые отчаявшиеся могли преодолеть длинный путь, усеянный трупами монстров и друзей. Это была долгая и упорная битва со стихией, чудовищами и самим собой. Идущие должны были доказать Камню, что исполнение их мечты важнее ранений и страданий. Они вынесут ВСЁ, чтобы получить желаемое.

Стоя под пасмурным оранжевым небом в кольце неприветливых скал, Люке вспомнилось, как она тонула в реке, полной жаждущих живого мяса пираний. В другой раз их команда переходила пустыню, и в течение 4 дней у девушки не было ни капли воды во рту. На всю жизнь запомниться встреча с полулюдьми-полузмеями, их прикосновения и нехватка кислорода в горящих огнём лёгких. Но самым неприятным воспоминанием было маленькое растение, с нежно-розовыми цветами. Маленькой, почти незаметной колючки было достаточно, чтобы всё тело покрылось ужасающими волдырями, полными гноя, которые время от времени лопались, разбрызгивая зловонную жижу вокруг. В то время магичка не воспринимала окружающий мир, её сознание погрузилось в мир иллюзий и галлюцинаций, оживляя самые сокровенные страхи. Белый Маг залечил каким-то, лишь ему ведомым способом, раны, но шрамы на всём теле останутся на всю жизнь.

Идущий немного впереди цвахтершельд, напрягся и вскинул руку в предупреждающем жесте. В тот же момент на него накинулось сверху что-то огромное, рычащие и, несомненно, опасное. Несколько других тварей атаковали Стерха и Белого Мага. Люка прошептала слова призыва магии и отправила в ближайшей существо сгусток пламени. Рука опять заболела, но на этот раз огонь хотя бы на время признал свою хозяйку, и поэтому боль вызвала лишь желание драться, бить, убивать. Ещё одно заклинание ударило в чудище, которое прыгнуло сзади на спину эльфийки. Силой удара монстра подбросило в воздух и перевернуло несколько раз, пока мёртвое животное не распласталось на земле. Магичке удалось быстро осмотреть нового врага: тело гепарда, громадные клыки, на голове тускло поблёскивали четыре пары глаз. Высокие бойцовские способности достигались за счёт острого, как бритва, хвоста и металлических резцов вдоль спины. Шкура этого животного была так прочна, что гномий меч Кестера отскакивал от него с противным скрежетом. Дикий вой вновь прибывших гепардов отвлёк Люку от созерцания трупа, побуждая её к активным действиям.

Цвахтершельд достал свой родовой меч, представляющий собой двухметровое оружие, антрацитово-чёрного цвета, с простой, но удобной рукоятью. Великан крайне успешно орудовал им, рассекая волны неприятеля и сея смерть вокруг себя. Рядом не отставал от него и Охотник. В правой руке у Стерха был небольшой кинжал из данмасской стали. Несмотря на небольшие размеры, оно было крайне действенно в руках профессионала. Как житель лесов, Стерх знал основные уязвимые места живых существ, а поэтому одной рукой он хватал леопарда за шкирку, слегка приподнимал его, а затем вонзал кинжал в межребье, протыкая сердце. Спустя секунду, уже неопасная туша летела в сторону, а на кинжал напарывалась следующая тварь.

Друсиниэль, как и все эльфы, была отменной лучницей. Её стрелы усмиряли тех, кто чересчур близко подбирался к силовикам из первой линии, а магия добивала покалеченных. Огненные шары и вихри, создаваемые Люкой, вносили смятение, заставляя леопардов убегать от жалящихся клубков, воя от боли.

Белый Маг не принимал непосредственного участия в битве, так как по его мировидению все существа на земле имели право на жизнь. Такая позиция вызывала жаркие споры по вечера у костра, когда Мага обвиняли в недостаточной приверженности команде. Но никто и ничто не мог переубедить этого фанатика. Поэтому единственная его помощь заключалась в том, чтобы по возможности быстро, прямо во время битвы, залечивать раны. С чем он, честно признаться, пока успешно справлялся.

— Осторожно! Сзади! – визгливый крик Кестера резанул по ушам, но достиг своей цели: эльфийка и Люка успели обвернуться и ударить магией до того, как леопарды, неслышно подкравшиеся сзади, набросились на них. Три файербола и пара стрел заставили тварей отпрянуть, но не уйти полностью. На животе Люки остались три длинных пореза, которые вмиг пропитали ткань одежды кровью. Всё-таки её реакция была не такой хорошей, как у представительницы древней расы эльфов. Белый Маг сразу же послал сгусток энергии, заживляя раны. Люка ощутила приятное тепло и лёгкое покалывание, как всегда при заживление ран. Ткани начали медленно, но верно срастаться, останавливая кровотечение. И хоть рана продолжала болеть и жутко мешать, но теперь девушка была уверена, что не умрёт от болевого шока или потери крови. Тем временем команда оказалась зажатой между скалами и злобно рычащими хищниками, наступающими и спереди и сзади.

— Защищай Пая и Стреха. Я буду с этими, — крикнула магичка, запуская ещё один файербол. Люка не была полностью уверена, не оставит ли её магия в самый неудобный момент, а ведь ей противостояли около десятка монстров, подбирающихся всё ближе и ближе.

Два последних файербола показали, что леопарды научились уворачиваться при помощи резких прыжков в сторону и вверх. «Что ж, гады, я вам предложу тогда другую забаву», — злорадно подумала про себя магичка. Вызывав в памяти призыв Огненного Кольца, девушка сплела вместе руки, собирая в них силу, а затем развела, словно в широком объятии. Оторвавшаяся от пальцев магия, полукругом полетела в монстров, охватив кольцом стоящих ближе всех монстров. Звери тонко завизжали, закрутили на месте, пытаясь вырвать из ловушки. Запахло горящей шерстью. Кольцо сжималось, вой становился всё громче и всё отчаяние. Испуганные сородичи отбежали на приличное расстояние, ожидая, что же случиться дальше. А потом кольцо резко сошлось во внутрь и вой прекратился. На месте своры осталась кучка пепла и запах горело мяса.

Люка даже успела удовлетворённо улыбнуться до того, как её скрутил приступ внезапной боли. Как будто по телу прошла тысяча молний сразу, заставляя корчится девушку в судорогах от невыносимой муки. Всё-таки заклятие Огненного Кольца были слишком сложным для магички с пропадающей магией. Стихия мстила за чрезмерную самоуверенность. Из-за боли Люка даже не заметила, как к ней подошёл один из хищников. Внезапно зверя приподняло в воздухе, и уже бездыханное тело было отброшено Стерхом в сторону.

Одежда Охотника была порвана и вся в крови. Где кровь монстров, а где его собственная было трудно понять. На лице, руках и особенно на шее можно было заметить глубокие порезы и укусы, которые не успел заживить Белый Маг. Стерх наклонился над стонущей девушкой, легко и нежно провёл рукой по шее, шепча какие-то свои, лесные, заклинания. Когда мужчина выпрямился и пошёл на встречу скалящимся леопардам, Люка заметно успокоилась, судороги прекратились.

Грохот наверху привлёк внимание команды. Сначала это было похоже на далёкий гром, который всё приближался, набирая силу. Потом с ближайших скал посыпалась каменная крошка:

— Обвал! – догадался Белый Маг.

Первым побуждением было бежать в укрытие, но впереди и сзади угрожающе рычали монстры, не выпуская своих жертв из смертельной ловушки. Вот уже начали падать камни по-больше. При падении они разбивали головы леопардов, как кокосы, выплёскивая кровь, перемешанную с мозгами. Между стремлением загрызть желаемую добычу и страхом перед силами природы победил инстинкт самосохранения: большая часть тварей бросила наутёк, поджав хвост. Тех, кто остался, безжалостно придавил огромный валун, свалившийся с высокого уступа. Проход обратно был закрыт. Только дорога в горы, к Камню, оставалась открытой для команды.

Камнепад зацепил также и путников. Дру могла похвастаться разбитой бровью, а Стрех осторожно поглаживал руку, которой прикрыл голову от приличных размеров камня, летящего прямо ему в голову. Что касается Пая, то если у него и были раны, он не показывал никаких признаков неудобства.

— Эгегей! Ну как вы там? Есть живые? – раздался голос с верхушки скалы. Там, довольно лыбясь, стоял полугном и махал рукой с зажатой в ней штуковиной, похожей на лом.

— Кес, это ты организовал? Воображаешь себя Богом гор? – засмеялась эльфийка. А она-то думала, куда пропал этот гадёныш. И от него, оказывается, есть польза.

— Поклоняйтесь мне вы, недостойные сыны и дочери равнин! И вы познаете настоящего горного Бога, — бахвальству полукровки не было предела.

— Эй, а если бы камнепад зацепил нас сильнее? – внезапно забеспокоилась Дру.

— Он бы просто перешагнул трупы и пошёл к Камню, — отстранённо заметил Стерх, присаживаясь возле Люки и пристраивая её голову себе на колени. Друсиниэль недоверчиво покосилась на него, потом задумалась на секунду и, как будто соглашаясь, склонила голову. Она больше весело не перекрикивалась с гномом и занялась своими ранами.

Сил Белого Мага не хватало на всех, поэтому из дорожных сумок достали лечебные травы и мази, а цвахтершельд хлебнул какой-то загадочной жидкости, привезённой с родины. Больше всех досталось Люке. Её долгое время не могли привести в сознание, а когда девушка очнулась, то была слаба, как новорождённый котёнок. Тем не менее, больше получаса оставаться на месте путники не могли: где-то совсем рядом находился Камень. Он ждал их, звал, манил. Поэтому Стрех подхватил Люку, и команда отправилась дальше.

Вход в святилище был, и правда, близко: буквально через десять минут глазам искателей открылся величественный портал, высеченный прямо в горном склоне. Его украшали колоны и фигуры странных чудовищ, прекрасных в своём уродстве. Охваченный суеверным ужасом, путники на мгновение остановились, но преодолев страх, они прошли портал.

Внутри скала оказалась полой. Это был огромный зал с уходящими ввысь колонами и тонущими в темноте стенами. В зале не было никаких украшений, только огромный Камень, стоящий на возвышении. К камню вели десятка три ступенек. Глухое эхо сопровождало каждый шаг пришедших, заставляя чувствовать своё ничтожество и неуместность в этом месте. Группа подошла к Камню и остановилась у подножия. Все взгляды были устремлены вверх.

— Ну, иди же, — нетерпеливо просипел Кестер. Друсиниэль вздрогнула, словно очнулась, и медленно, усилием воли делая каждое движение, поднялась наверх. Перед Камнем эльфийка замерла, не зная, что делать. Как именно загадывать желание, никто не рассказывал. Осторожно, как будто боясь Камня, Дру подняла руки и опустила обе ладони на холодную поверхность глыбы. Набрав в лёгкие воздух, она произнесла:

— Я хочу всегда иметь такую сумму денег, какую назову в любой момент времени.

Ничего не произошло. Пару минут Друсиниэль и стоящие внизу чего-то ждали, но так ничего и не произошло.

— А где пламени, громовая музыка, мерцающий свет? — растеряно прошептала эльфийка, опустив руки.

— Может, твоё желание уже исполнено? – задумчиво предположил Белый Маг. Но у большинства промелькнула предательская мысль, что Камень — всего лишь простой камень, а путь, проделанный за два месяца, оказался пустой тратой времени. Поэтому, когда раздался ровный, лишённый всяких эмоций голос, люди внизу облегчённо вздохнули:

— Основания?

Эльфийка мгновенно положила руки обратно на Камень. Когда она начала говорить, её слова были полны горечи, ненависти и презрения:

— Я не хочу быть игрушкой в руках толстых толстосумов. Роль комнатной болонки не для меня. Если я получу много-много денег, то навсегда стану свободной.

— Твоё желание будет исполнено, — после коротких раздумий произнёс тот же голос.

Нервная, но весёлая и довольная Дру спустилась вниз. Первым же делом она захотела получить прямо здесь 100 ларов, но ничего не произошло. Тогда эльфийка загадала 500 азиматских перов. Опять ни звука, ни признака падающих с небес денег.

— Что происходит? Может, я неправильно загадываю?

— Кажется, я знаю, что это значит, — утешающее промолвил Маг. – Твой главной целью было не богатство в чистом виде, а свобода, которую ты можешь получить. Наверно, Камень каким-то образом дал тебе эту свободу. Но проверить это можно будет только вернувшись в город.

Растерянные путники удивлённо посмотрели на Светлого. Это немного не то, чего они ожидали от исполнения желаний.

— То есть, Камень сам решает, что нам действительно нужно? Откуда он это может знать?

— Ну, он же Камень желаний…

Недослушав предположения, наверх начал подниматься Пай. Его внушительная фигура казалось крошечной на фоне громадного глыбы. Цвахтершельд, как и эльфийка до него, положил руки на Камень, и путники впервые услышали голос своего молчаливого товарища:

— Мне нужна сила. Много силы. Я должен победить брата. Забрать у него свои земли. Свой замок. Людей. Мне нужна сила.

— Твоё желание будет исполнено, — в то же мгновение мышцы воина вздулись, тело начало покрываться стальной бронёй. Прямо на глазах Пай превращался в машину для убийства. На весь зал раздался его победный рык, когда трансформация была закончена. Цвахтершельд увеличился в размерах в два раза. Он взмахнул руками, пробуя в движении своё новое тело. Кулаки, размером с молот тролля, быстро рассекали воздух. Эхо разнесло по всему залу его громоподобного и ликующего вопля.

Не дождавшись пока Пай спуститься вниз, по ступенькам уже взбирался запыхавшийся Кестер. Так и не отдышавшись, он практически всем телом привалился к Камню и ели слышно зашептал свою просьбу-приказ:

— Дай мне власть! Все склонятся передо мной. От моего настроения будет зависеть, умрут тысячи или же их ждёт долгая и почти не мучительная жизнь. Я отомщу всем тем, кто презирал и унижал меня. Они узнают, как должны себя вести настоящие рабы. Безграничная власть, сила управлять…

— Основания, — прервал долгие излияния полугнома Камень.

— Я хочу власти! Что здесь непонятно?! Неужели ты такой тупой, что не можешь исполнить моё желание? Я отомщу всем, всем, кто стоял у меня на пути. Они увидят, как выглядит ад ещё при жизни.

— Твоё желание будет исполнено, — как показалось Люке, в голосе прозвучала усталость.

Ещё один счастливчик с горящими глазами спустился вниз. Теперь пришла очередь магички. Словно боясь, того, что должно случиться через пару мгновений, девушка сильнее прижалась к всё ещё придерживающему её Стерху. Охотник почувствовал её страх и успокаивающе погладил плечо. Он никогда не проявлял своих чувств. С ним случилось что-то ужасное, что осушило душу, лишая всяких эмоций, переживаний и жалости. Только одна мысль – исполнение желания – удерживала в нём жизнь. Но в минуты опасности или слабости девушка всегда ощущала его поддержку и теплоту. Не удивительно, что именно Охотник защитил магичку во время битвы с леопардами. Такое отношение Стерх проявлял только к Люке и ни к кому другому в этом мире. Тем ужаснее выглядело то, что она хотела загадать Камню.

Люка оглянулась вокруг. Дру и Кес мысленно были уже далеко, прокручивая в голове способы использования своих новых возможностей в жизни. Белый Маг стоял с улыбкой взрослого, наблюдающего за глупыми детьми. Осмотрев весь огромный зал, магичка так и не увидела Пая. Видимо, как только цвахтершельд добился своей цели, он сразу же покинул храм и своих бывших товарищей. Они были ему больше не нужны, а их судьба не представляла никакого интереса для самого сильного воина в мире.

— Не волнуйся. Ты вернёшь себе свою магию, — мёртвый голос Стерха привёт Люку в себя. Он вздрогнула и выскользнула из успокаивающих объятий Охотника. «Спасибо тебе за всё. Спасибо. И прости», — подумала девушка, взглянув последний раз на мужчину. Его лицо как всегда было спокойно и безжизненно неподвижно, а холодный взгляд устремлён к Камню.

Собрав оставшиеся силы, Люка зашагала вверх. Наверху было холодно и очень тихо. Ни звука не доносилось снизу. Это была какая-то давящая, но торжественная атмосфера. Именно здесь магичка поняла, что Камень – не просто машина для исполнения желаний, но существо, живущие уже тысячи лет. Неземная отрешённость и привычное ко всему равнодушие окружали Люку. «Ну что ж, я тебя удивлю», — подумала она, решительно кладя руки на Камень Желаний.

— Я хочу, чтоб никто и никогда не мог причинить вред, ни физический, ни моральный, Тёмному Повелителю, — громко и чётко произнесла магичка, вкладывая в слова все свои чувства. Внизу раздался разъярённый, полный недоумения и боли мужской крик.

— Основания?

— Я люблю его, — просто ответила Люка.

Сзади раздались тяжёлые шаги, бегущего по лестнице человека.

— Ты не можешь! Предательница! Дрянь такая!

— Твоё желание будет исполнено.

— Нет! — Стерх вбежал наверх. Теперь лицо его было далеко от спокойствия. Ярость, боль, гнев, отвращение – вот, что увидела Люка. Мужчина замахнулся, как будто собираясь ударить девушку, но его остановил тихий смех снизу.

— Ты всё-таки пожелала этого. Вот спасибо. Никто обо мне так не заботился, — голос Белого Мага эхом прокатился по залу. В нём больше не было слышно тёплых ноток, нежности и мягкости. Надменная интонация и саркастическое замечание совершенно не подходили тому доброму фанатику, которого все знали на протяжении длинного пути. Под любопытствующими и напуганными взглядами Маг провёл рукой перед своим лицом. Внешность морщинистого старца с длинной белой бородой поплыла, открывая истинный облик Тёмного Властелина. Возле ступеней стоял высокий, темноволосый мужчина, с правильным чертами лица. На месте глаз, казалось, были чёрные провалы, сквозь которые смотрела сама Тьма. Короткие чёрные волосы контрастировали с необыкновенно бледным аристократическим лицом.

— Светлым Магам тяжело приходиться. Вечно изображать вселенскую любовь – это тот ещё труд. Как же вы меня достали своими причитаниями, тараканами и нервозностью. Теперь я понимаю, почему большинство из Светлых сходят с ума под конец жизни. Хотя повеселили вы меня. Изрядно повеселили. Вот только ты, полукровка, действительно выводишь из себя, — с этими словами Повелитель посмотрел своими чёрными глазами на Кестера. Лицо Кеса стало краснеть, он задыхался, стараясь отцепить от своей шеи невидимые руки, которые его душили. Глаза вылазили из орбит, а всё, что полугном мог сделать, — только сдавлено хрипеть и махать слабеющими руками.

— Прекрати! – к Кестеру подбежала очнувшаяся от ужаса эльфийка. – Не надо этого делать! Ну хватит же!

Её крики привели в себя Стерха. Мужчина, до этого невидящими глазами смотревший на Тёмного Повелителя внизу, и практически не различая сказанных им слов, встряхнулся и спросил у Люки с выражением непередаваемого отвращения и ненависти:

— Зачем ты это сделала?

— О, это интересный рассказ, — вместо девушки ответил Повелитель, наконец, отпуская свою чуть живую жертву. – А тебе Охотник Стерх будет вдвойне интересно его услышать.

— Прошу, ничего не говори, — не выдержала Люка.

— Однажды я рассказал глупой маленькой девчонке об одном человеке, который хочет меня убить. Он набирал команду для похода к Камню Желаний, с помощью которого, как я предполагал, он и думал исполнить свою месть. Влюблённая дурочка так испугалась за меня, — лёгкий поклон Люке, — что собрала вещички и тёмной ночью убежала. Она не знала, что убежать от Тёмного Повелителя невозможно. Но я передумал её убивать. У вашей команды была карта дороги к Камню, и вы имела все шансы дойти к цели. Поэтому я решил немного развлечься под видом Белого Мага. Кстати, Люка, я впечатлён. Твой трюк с притворным опьянением при жеребьёвке действительно хорош. На что не пойдёшь, лишь бы враг не загадал желание первым. Притворщица самой высшей пробы. Так расположить к себе человека, которого собираешься предать, — лёгкий, полный злой иронии смех разнёсся по залу.

Люка знала, что будет нелегко, но откровенные признания, которые Тёмный так легко делал, приносили ей боль. Её возлюбленный никогда не был так жесток и саркастичен раньше. Неужели он просто её использовал, чтобы добраться до Камня? Был ещё и Стерх. Он успел стать для магички более важным, чем она могла предположить в начале пути. Люка думала, что встретит безжалостно убийцу, угрожающего её Повелителю. А встретила честного, мужественного и израненного человека. Что теперь делать Люка не имела не малейшего понятия.

— Вот как… Что ж, пора тебя убить, — нечеловеческим, совершенно потусторонним голосом проговорил Охотник. В его руке блеснул кинжал.

— Попробуй, — Тёмный Повелитель взмахнул рукой, и Стерха подняло в воздух, а затем ударило об одну из колонн. Сила удара была чудовищной, по колонне пошли многочисленный трещины в том месте, где тело человека соприкоснулось с камнем. Глухое эхо заполнило всё пространство. Стрех удивительно быстро поднялся на ноги и угрожающе пошёл к Повелителю. Кинжал в его руках казался просто детской игрушкой, но все прекрасно помнили, как умело он им убивал самых разных монстров. Как только Охотник подошёл на расстояние четырёх шагов, невидимая сила снова откинула его в сторону, и на этот раз с большей силой. Что-то хрустнуло при падении, но мужчина поднялся и опять направился к своему врагу. Это действие продолжалось раз за разом: Стреха откидывало, с каждым разом всё болезненнее, он вставал и снова шёл к Тёмному Повелителю. Последний же просто издевался над ожесточённым Охотником: казалось, вот сейчас кинжал вонзиться в это ухмыляющееся лицо, но магия успевала раньше откинуть нападавшего.

С поломанной рукой, в крови от многочисленных царапин, покрывших его тело, и с внезапной открывшей раной, так до конца и не залеченной «Белым Магом», Стерх с упрямством самоубийцы шёл к тёмноволосому мужчине перед ним. Вот он поднял руку с оружием, замерев на секунду, а затем резким рывком бросился на Повелителя. Сзади в Тёмного полетел сгусток белой эльфийской магии. Это на долю секунды отвлекло Повелителя, и Охотник ударил. Росчерк кинжала прошёлся по груди, прорезав край одежды, но так и не добравшись до тела, а в следующую минуту Повелитель схватил Стерха за шею и поднял в воздухе:

— Дру, я сделаю вид, что ничего не заметил. Но советую тебе по-быстрее отсюда убраться, — спокойно произнёс Тёмный. Эльфийка прошептала какие-то ругательства, но осталась возле полуживого Кестера. – Друзей не бросают? А ведь ты единственная, кто думает о присутствующих, как о друзьях. Ещё одна наивная глупышка… Пора с тобой заканчивать, Охотник Стерх. Теперь моя очередь загадывать желание.

В очередной раз отбросив Охотника, Тёмный развернулся и пошёл к Камню. На пути у него лежал стонущий Кес, через которого он просто переступил. Эльфийка испуганно отшатнулась. Тень улыбки скользнула по лицу тёмноволосого мужчины, когда он заметил её реакцию, но тут же лицо приняло бесстрастное и холодное выражение. Люка наверху уже пришла в себя. Девушка гордо выпрямилась, ожидая пока Повелитель поднимется. Тьма клубилась в прорезях глаз мужчины, но Люка не отвернулась, не вздрогнула, а всё так же спокойно и гордо смотрела ему в лицо.

— Не боишься? Ты действительно глупая, — улыбнулся мужчина и повернулся к Камню. Его аристократические руки странно смотрелись на холодной поверхности глыбы, но в тоже время создавалось впечатление, что Камень Желаний и Тёмный Повелитель родственны и давно знают друг друга. Оба были далеки от человеческой сущности и стары, как этот мир.

— Останови его, — сдавленно прокричал, приподнявшись на локтях, израненный Стерх.

— Люка, сделай же что-нибудь, — не выдержала и эльфийка. – Ты хочешь, чтобы в мир пришла Тьма?!

Люка даже не посмотрела на говоривших. Их слова ничего для неё не значили. Да и что могла сделать Тёмному Повелителю магичка без магии?

— Я хочу, — зазвучал громкий и повелительный голос владыки, — чтобы к Люке Зохан вернулась магия Огня!

— Твоё желание будет исполнено.

Изумлённые возгласы внизу не дошли до Люки. Всё внутри неё горело, пылало, по артериям и венам бежала чистая магия. Девушка чувствовала небывалый прилив сил и энергии. Глаза видели лишь огненные блики и языки пламени, которые окутали девичью фигуру. Она сама стала магией. Девушка шумно вздохнула, мысленно перераспределяя магию по всему телу, и открыла глаза. Возле неё стоял бывший Белый Маг и с непонятным выражением смотрел на девушку. Увидев, что магичка пришла в себя, мужчина развернулся и начал спускаться по лестнице. Словно привязанная, Люка последовала за ним.

— Ты мне ничем не обязана, — необорачиваясь, проговорил Тёмный. – Это плата за твоё желание. И возврат долга. Ведь, Светлая по своей сущности, из-за близости со мной ты и потеряла магию. Можешь, делать дальше, что хочешь.

— Я хочу пойти с тобой, — слова вырвались сами по себе, но девушка поняла, что не жалеет о сказанном. Она действительно хотела везде следовать за ним.

— Люка, ты знаешь, за что меня ненавидит Стерх? – Повелитель резко развернулся к девушке лицом. – Год назад я вырезал всю его деревню. И собственными руками убил его жену и детей. Милая жёнушка была у нашего Охотника: пухленькая блондиночка. А какие симпатичные дети… Ими потом полакомились мои падальщики. Ты всё ещё хочешь следовать за мной?

Люка окаменела. Она прекрасно знала, что Тёмный Повелитель не «сеет доброе, светлое и вечное». Но не в чём невиновные женщины и дети… Особенно дети! «Он – Зло. Живое воплощение Тьмы». Ужас, отвращение и страх сменяли друг друга в её душе. Тёмный Повелитель не был человеком. Более того, он был убийцей, а Люка обманывалась, считая его подобным себе. И тут одна мысль пришла ей в голову. Целительство всегда было крайне болезненным для Тёмного. У него уходил огромный запас энергии на заживление чужих ран. И, тем не менее, Повелитель два месяца залечивал любые раны в их отряде, он неотлучно сидел возле неё, когда магичка гнила заживо, оцарапавшись о ядовитое растение. «Тёмный Повелитель пошёл в этот поход, чтобы присматривать за мной», — осознав это, Люка побледнела и новым взглядом посмотрела на темноволосого мужчину. Увидев реакцию девушки и приняв её за ответ на свой вопрос, Тёмный презрительно усмехнулся. Этой реакции он и ждал.

Стерх всё ещё лежал на земле: ему не хватало сил, чтобы подняться. Магичка подошла, присела и нежно взяла лицо Охотника в свои руки. Он попытался отклониться от этой ласки, но не смог сделать даже такое простое движение. Люка наклонилась к мужчине и, щекоча кожу горячим дыханием, прошептала:

— Ты скоро встретишься со своими родными. Вы опять будете вместе. Я обещаю тебе это, — а потом она резко повернула его голову, сворачивая шею. Мёртвое тело повисло на девушке. Люка убрала непокорную прядку с лица мёртвого товарища, провела ладонью по губам. Когда магичка отошла на пару шагов, тело охватило яркое пламя. Это была последняя дань мёртвому.

Молча, Люка встала рядом с Тёмным Повелителем. Пару секунд они смотрели друг на друга, а, потом, не говоря ни слова, направились в портал, сотканный из тьмы. Эльфийка и полугном проводили их испуганными взглядами.

Все желания были исполнены.

 

читателей   327   сегодня 3
327 читателей   3 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Ещё не оценивался)
Loading ... Loading ...