Верховный шаман

 


— Во время проведения испытаний экспериментальный объект лишился управления, и сойдя с орбиты, упал на поверхность одного из миров, находящихся в зоне Заповедника. При падении произошла частичная потеря контроля. Как следует поступить?
— Возможен вариант самоуничтожения?
— Да. Но в этом случае разрушения, причиненные планете, будут слишком велики.
— На борту существует оружие?
— Нет. К счастью, нет.
— Какова вероятность того, что аборигены смогут захватить объект, и в дальнейшем использовать в личных целях?
— Почти никакой – автономное управление слишком сложно для народов, находящихся на столь низкой стадии развития.
— Время теоретически исправного функционирования объекта?
— Около двух тысяч стандартных лет.
— Ситуация неприятная, но ничего из ряда вон выходящего в ней нет. Думаю, объект следует списать, и оставить там, где он и находится на данный момент. Пусть местные обитатели поломают голову, или что там у них…
(из обмена информацией службы пространственного контроля)

 

Над угрюмыми громадами холмов пронзительно завывал ветер, но фигура, рассматривающая их, не обращала на это никакого внимания. Холодный, колючий воздух был не в силах повредить плотной, точно дубленой, коже зрителя. И хотя его широкие плечи были укутаны тяжелым плащом, в случае нужды Охорн прекрасно мог обойтись и без одежды.

Его секира, почти в полтора раза больше любой другой в селении, небрежно лежала на изгибе локтя. Босые ступни упирались в остывшую землю, а килт, взмахивая полами, время от времени хлопал по ногам. Охорн не замечал никаких неудобств. Небольшой, но тяжелый щит – как раз такой, что бы отражать удары вражеского оружия, но не мешать наносить их самому, был заброшен за спину. Многократно проверенный шлем привычно занимал положенное ему место на широком поясе. Словом, все как всегда.

Не как всегда было только открывавшееся ему зрелище. На горбящихся в темноте взгорьях, словно издеваясь над искусством ведения военный действий, весело дрожали теплые огоньки. Много огоньков. И каждый означал, что возле него находится с руку, а то и с две крепких, умелых, и привычных к своему делу воинов. Врагов.

Слухи о том, что где-то на востоке некто со странным именем Льнин стал объединять племена, превращая их в нечто огромное, доселе невиданное, доходили в долину еще с позапрошлой зимы. Старики, смеясь, только отмахивались – что еще за бред? Зачем объединять? И как? Да, иногда заключались временные (и всегда очень короткие) союзы между победителями и побежденными, но только для того, что бы сообща поучаствовать в какой-нибудь военной операции. После ее проведения соглашение незамедлительно расторгалось. В лучшем случае. В худшем – побежденное племя, затаив ненависть, за спиной своих партнеров втайне договаривалось с противной стороной. И в самый подходящий момент наносило предательский удар.

Так что в подобные сплетни в племени Медведя никто не верил. Чушь все это! Не верил и сам Охорн. И вот теперь он стоит в полной темноте, и любуется на щедро разбросанные по холмам огоньки.

Где-то там, отдыхая под бдительной охраной дежурных – а в том, что они были выставлены, не приходилось сомневаться, — сейчас находились и бойцы соседнего племени. Бывшего соседнего племени. Того, которое воины под предводительством самого Охорна разбили наголову в прошлом году. Разбили, затем повесили их шамана, и посадили на кол вождя. Точнее – его тело, поскольку незадачливый Ригн лишился жизни еще во время битвы. Что ж. Хоть какое-то развлечение.

Стоящий нахмурился. Где-то будет вскорости его собственное тело? Причем, возможно, уже завтра. Еще раз окинув взглядом холмы, он скривился. Себя то зачем обманывать? Завтра, завтра. Это точно.

Зима выдалась тяжелой. И хотя благодаря недавней победе охотники племени Медведя могли теперь ходить за добычей на много дней во все стороны, боги отвернулись от своих детей. И поговорить с ними больше было некому. Крорх, исполнявший обязанности шамана племени много лет подряд – Охорн и не помнил, был ли когда-нибудь у них кто-то другой, долго болел, после чего ушел в небесные угодья, не оставив вместо себя преемника. По этой причине, или по какой другой, но пришедшая весна была не лучше зимы. Вместе с долгожданным теплом на племя обрушились болезни.

Вот так и получилось, что когда глупые слухи стали явью, и холмы разукрасились множеством походных костров, потомки лесного хозяина оказались совершенно неподготовленными к схватке. Впрочем, точно также, как и к бегству. Ибо честь-честью, но устоять против подобного количества вражеских сил было попросту немыслимо.

И предложения сдаться, увеличив таким образом все растущие ряды армии Льнина, не поступило. Может быть, как раз благодаря остаткам соседского племени. Все никак не могут простить надругательства над Ригном. То есть над его телом.

Охорн пожал плечами. Подумаешь, какие чувствительные. В случае проигрыша его бы ждала участь ничуть не лучше.

-Это будет последний бой?

Вздохнув, старый вождь поудобнее переложил секиру и повернулся к говорившему. С удовольствием отметив, что для ответа нет нужды опускать глаза – Крор ростом не уступал ему самому, — он тяжело кивнул. Ничуть не обеспокоившись полученным подтверждением, тот остался невозмутимо стоять рядом. Какой из него в будущем выйдет прекрасный вожак!

Опомнившись, Охорн досадливо поморщился. Какое будущее? Ни для его старшего сына, ни среднего, Ораска, сейчас находившегося где-то в глубине стойбища, впереди больше ничего не было. Возможно, после битвы, которая обещала быть короткой и жестокой, оставят в живых младшего, Мрата. А может быть, и нет. С одной стороны, он еще совсем малыш, толком ни на что пока не годный. И даже если станет известно, чей он сын, роли в решении его судьбы это, к счастью, не сыграет. С другой – ребенок был слишком слабый, сильно отстающий от сверстников, и победители попросту могли его зарубить, не желая отягощаться подобным пленником. По-крайней мере, он, Охорн, поступил бы именно так.

Скривившись, вождь замотал тяжелой головой. Хватит, довольно! Что бы не случилось, все равно – на небесных полях места всем достанет. И ничего, встретится ли он со всей своей семьей стразу, или кого-то придется обождать, — это мелочи. Какая разница – годом больше, годом меньше, если впереди вечность? А сейчас лучше думать о предстоящей сече. Людей племени слишком мало? Особенно по сравнению с окружившим их противником? Зато стойбище окружено высоким частоколом. Набранный из тяжелых, глубоко вкопанных в землю бревен, торчавших вверх заостренными верхушками, он послужит достаточной защитой оборонявшимся. И серьезным препятствием для нападавших. Когда взойдет солнце, многие из них в этом лично убедятся. На собственном примере. А теперь пора к людям.

Старый вождь повернулся, и одобрительно посматривая на старшего сына, молча последовавшего за отцом, принялся спускаться к хижинам.

 

Этой ночью никто не спал. Конечно, так поступать было неправильно – перед боем нужно набираться сил, но такова уж горькая доля осажденных. Тихо переговариваясь, воины молча ладили оружие, изредка вспоминали собственные походы, и с гордостью оглядывались на прошедшую жизнь. Охорн, проходя мимо, только довольно качал головой. Их предок будет доволен своими потомками. А там, на небесных угодьях, когда они снова обзаведутся шаманом – Крорх, наверное, наконец-то избавился от своих болячек, можно будет и с ним самим пообщаться. А что?

Увлекшись видением предстоящей беседы, вождь не сразу понял, что что-то случилось — возраст, наверное. Инстинктивно крепче сжав секиру, он поднял глаза к небу.

Там, среди низких облаков, приплывших из неведомых далей специально оплакать предстоящую бойню, что-то происходило. Какая-то масса, пронизанная рядами огоньков – словно холм, оторвавшийся от земной тверди вместе с вражескими кострами, — неуверенно двигалась взад и вперед. «Словно слепой котенок в поисках матери» — успел подумать Охорн, когда непонятный предмет, определившись с курсом, перестал бестолково метаться, и сориентировавшись, направился вниз.

Еще несколько раз поменяв направление над самой землей, он остановился, и неторопливо опустился прямо на колья ограды. Толстые бревна, словно соломинки, с жалобным треском ломались под летающей громадой, а та, даже не замечая препятствия, продолжала себе преспокойно устраиваться. Вождь смотрел, как рушатся его надежды, позабыв обо всем на свете.

-Отец, что будем делать? – разом лишившись хладнокровия, подбежал к нему Крор.

Очнувшись, Охорн оторвался от остатков частокола, которые к тому времени совсем скрылись из глаз, затем перевел взгляд на свое оружие.

-Боги отвернулись от племени Медведя. – прошептал он.

-Что? – не расслышал Крор.

-Богам больше не нужно наше племя! — уже громче повторил Охорн, и поднял секиру, зная, что сейчас на него устремлены взгляды всего народа. – Значит, пусть так и будет. Они нам тоже не нужны! Слушайте все! Боги лишили нас защиты – прекрасно! Тогда мы пойдем, и накажем богов.

И не дожидаясь, пока затихнет поднявшийся было гул голосов, направился к утихомирившемуся холму. По пути он неторопливо прилаживал шлем, продевал в петли щита руку. Ему не нужно было смотреть, что бы знать – за его правым плечом, вернув себе обычную невозмутимость, вышагивал Крор, и за левым – Ораск, а следом, поначалу неуверенно, но с каждым шагом становясь смелее и смелее, ступают воины.

-Я с вами! – подбежал, припадая на слабую ногу, Мрат.

-И что ты будешь делать? – поинтересовался старший из братьев.

-Воевать!

-Не смеши. Дети и женщины остаются в хижинах. – отмахнулся Ораск, поскольку Крор уже ушел вперед, не желая унижать себя разговором с младшим.

-Я не ребенок! – возмущенно вскинулся Мрат, но был вынужден отскочить в сторону, что бы не попасться под ноги.

Закусив губу, он со слезами на глазах смотрел, как мимо него, мрачно, но решительно двигались все, кто только мог держать оружие.

-Остановитесь! Остановитесь, безумцы! –раздался за его спиной пронзительный голос.

Мрат брезгливо поморщился. Шумел, как всегда, самый ненужный и бестолковый мужчина в племени. Бездарный охотник, плохой боец, он ни разу в жизни не был отмечен удачей. Отчаявшись хоть в чем-то достичь успеха, он стал метить на освободившееся место шамана, но и тут ничего не смог добиться. Карг мог разговаривать с богами, что правда, то правда. Но наверное, это были чужие боги, такие же трусливые, как и он сам. Никогда ничего хорошего они не советовали, и в конце концов Охорн, что бы не порочить память умершего Крорха, запретил Каргу общаться как с ними, так и с племенем.

-Неужели вы не видите, что это кара! Небо само спустилось на землю в гневе за то, что мы перестали обращать внимания на знаки! Сложите оружие, и ждите решения судьбы! Иначе боги разгневаются еще сильнее!

-Идиот, -проворчал кто-то, проходя мимо Мрата, невидимый в темноте. –Куда уж сильнее.

Проходящий сделал какое-то движение, и Карг, взвизгнув, оборвал на полуслове свои причитания. Согнувшись, он упал на землю за спиной мальчика.

-Так то лучше будет. А с богами мы сейчас сами разберемся. – довольно подытожил говоривший. И заторопился следом за остальными.

Мрат в волнении прижал руки к груди. Мужчины будут воевать с самими богами! Если бы он был постарше! И хоть немного сильнее! Не так же он бесполезен — у него даже есть нож. Свой собственный! И осторожно оглянувшись, что бы убедиться, что никто не увидит, как он ослушается приказа отца, Мрат неслышно побеждал следом.

Между тем перед летающим холмом стали скапливаться первые воины. Теперь, у его подножья, становилось ясно, насколько он был не похож на своих собратьев, мирно стоявших вокруг стойбища с самого сотворения мира. Вовсе не такой огромный, небесный скиталец зато круто уходил вверх, ровный и гладкий, словно специально отполированный. Хотя что ж тут было странного? Если в нем обитали боги, то их жилище и не должно было походить на человеческие хижины. Зато вход был виден сразу – глубокая, просторная трещина, из которой струился неожиданно яркий свет.

Именно перед ним, не решаясь ступить в озаренное пятно, и собирались воины, с опаской смотря на вождя. Охорну тоже было не по себе. Но чувствуя широкой спиной направленные на него взгляды, он покрепче перехватил секиру, и решительно шагнул вперед.

Никакого наказания за проявленное непочтение не последовало. Вождь постоял некоторое время, на всякий случай затаив дыхание. Ни раскатов грома, предвещавших близящийся гнев небожителей, ни всполохов молнии,… ничего. Воздух оставался тих и спокоен. И только странный запах напоминал о том, что это все-таки не просто холм. Прищурившись – пусть и не молния, но все равно свет был слишком ярким, — Охорн зашагал внутрь. За ним, наполняя тесное пространство шумом шагов, двинулись остальные воины.

Далеко идти не пришлось. Проход, прямой и чистый, неожиданно вильнул в сторону. И резко раскрылся так, что даже самому высокому из жителей племени было не достать до его верха. Впрочем, он одновременно раздался и по бокам, отчего старому вождю стало несколько спокойней на душе. Куда приятней вести бой, когда есть место, что бы как следует размахнуться! Зато теперь было видно, что в летающем холме не все ладно. Одна из стен прохода была совершенно прозрачной. Не так, как лед, нет! Гораздо, гораздо прозрачней! Возможно, люди бы даже не заметили преграду, если бы не множество осколков, устилающих пол. Одна часть ее выпала, и теперь уцелевшие куски играли разноцветными искрами под ярким светом. Среди них беспорядочно лежали всевозможные предметы, высыпавшиеся, по-видимому, из пещеры, находящейся за прозрачной стеной.

-Ничего не трогать! – распорядился вождь. Эх, в который раз он пожалел о том, что Крорх не оставил после себя преемника. Кто лучше его смог бы сейчас разобраться, что из лежащего перед ними несло на себе проклятье, а что могло пригодиться для… Ну, для чего-то все таки можно было все это использовать, попытался себя убедить Охорн, недоверчиво разглядывая мешанину мерцающих прозрачных, полупрозрачных, и совсем непрозрачных вещей. – Вперед.

 

Когда вождь, устав держать порядочно весящую секиру наготове, вернул ее в более удобное положение — в изгиб локтя, он был вынужден сдаться. Да, возможно, это место и предназначалось для богов. Скорее всего, так оно и было. Но сейчас здесь никто не жил.

Странные стены, преграждавшие путь, послушно расходились в стороны, едва только Охорн, сопровождаемый воинами, приближался на расстояние, достаточное для нанесения удара. За ними открывались либо новые коридоры, либо следующие пещеры. Иногда маленькие, лишь немного больше обычной хижины, иногда такие большие, что оставалось удивляться, как они вообще помещались в холме. Но всегда пустые. Чистые, теплые, и без единого следа, говорящего о том, что здесь кто-то обитал. Проходя сквозь них, вождь хозяйским взглядом подмечал, где можно жить, а что использовать под склады или мастерские. Если бы еще выровнять коридор!

В этом боги, или же их неведомые строители дали маху – везде, где двигалось племя, полы имели пусть небольшой, но все равно достаточно ощутимый наклон. Наверное, именно потому холм и был сброшен с неба – кому охота жить, все время чувствуя под подошвами раздражающий крен.

Впрочем, возможно, что кто-то в этом странном месте все-таки оставался. Может быть, специально для того, что бы читать мысли, к примеру. Поскольку едва только Охорн подумал об этом, как, вздрогнув, полы неожиданно выпрямились. И даже несколько чересчур – еще пару раз сотрясшись, приняли наклон в другую сторону.

Остановившись, старый вождь с сомнением посмотрел себе под ноги. Следовало поторопиться – неровен час, как полы вздумают снова изменить свое положение, и хорошо, если обойдутся только подобными скачками. А если решат поменяться местами с потоком?

Словно подслушав в очередной раз, коридор вдруг вздыбился, и рванулся в сторону. Не удержавшись, Охорн свалился, едва успев во время падения увернуться от чьей-то оброненной секиры. «Кто это, интересно?» — успел подумать вождь, пытаясь опереться на руки. — «Осторожней надо быть. Узнаю, отправлю к женщинам».

Холм между тем продолжал шевелиться. Беспорядочная куча воинов перекатывалась по нему взад и вперед, лязгая оружием. Иногда в мешанине тел проглядывал чей-то обнажившийся зад, мускулистый и покрытый шрамами – неведомый управитель небесного дома был не прочь пошутить. Но, к счастью, дальше обидных, но безопасных фокусов дело не шло – покувыркавшись, воины ошарашено принялись подниматься на ноги. Беспорядочная тряска прекратилась.

— Хватит веселиться, — произнес Охорн, поднявшийся раньше других, и встречавший ошеломленные взгляды едкой ухмылкой. – Вперед.

И снова тянулись пещеры, тупики, коридоры… В конце-концов, проход, сделав полный круг, привел воинов туда, откуда они и начинали свой необычный путь. Опять рассыпанные блестящие осколки, непонятные предметы, и… Мрат, сидящий среди них с самым большим приспособлением в руках. И самым сложным.

-Брось! Ты откуда взялся?! – рявкнули хором братья, выглядывая из-за плеча отца.

Мрат, вздрогнув, выронил мерцавшую разноцветными переливами штуковину. «Опять началось» — покоряясь судьбе, подумал Охорн, когда пол снова рванулся из-под ног. Впрочем, на этот раз одним ударом и ограничилось.

-Ты почему здесь?! – восстановив равновесие, снова набросились на Мрата старшие братья.

-Я тоже… — насупившись, произнес он.

-Что тоже?!

-Тоже хочу воевать с богами.

-Нашелся вояка! Много ты навоюешь?

-Не меньше вашего! – сверкнув глазами, ответил Мрат.

«Нашей крови» — мимоходом одобрительно отметил Охорн.

-Нету здесь никаких богов. Мы идем обратно. – успокаиваясь, ответил Крор.

-Зачем?

-Ты что, забыл, что на нас напали? – уставился на него брат.

-Да не. Помню. Зачем уходить? – повторил Мрат. И смутившись под строгим взглядом отца, пояснил. – Здесь же гораздо лучше. Вход маленький, и если мы не захотим, никто войти больше не сможет.

«А ведь он прав» — Охорну стало стыдно. Он так старательно искал геройской смерти, что позабыл о том, что на нем лежит забота обо всем племени. Не только о мужчинах.

— А если места хватит, так мы тогда всех сюда заберем. — продолжал Мрат.

— Места то хватит. – рассудительно ответил хозяйственный Ораск, не меньше отца, а быть может, и даже больше, уделявший внимание помещениям, сквозь которые пролегал их путь. – Только как тут можно находиться – все время трясет, бросает, словно погремушку в руках у ребенка. Войти-то может, ни у кого не получится, так самим бы выбраться.

— А если больше не будет трясти? – спросил Мрат.

— Тогда здесь сможет поместиться не только все племя, а даже животные, — вздохнул Ораск. – Места полно. Только что толку?

— А я знаю.

— Что?

— Чтобы не тряслось. Вот. – и Мрат, слизнув кровь, выступившую на руке – порезал, когда коридор взбрыкнул в последний раз, — наклонился над своей игрушкой.

— Стой! – хором выкрикнули отец и оба брата.

— Я осторожно. – серьезно пояснил малыш, и медленно поднял странную штуковину, прижимая ее к животу.

Охорн, наблюдая за ним, почувствовал, как у него закружилась голова.

— А вот так, что бы он выровнялся, — бормотал себе под нос Мрат, что-то выпрямляя на поверхности штуковины.

Пол под ногами воинов снова дернулся, хотя и не так сильно, как предыдущие разы. Раздались протестующие крики. Еще один рывок, и стало действительно гораздо ровнее.

— Что это? – удивленно спросил Охорн.

— Не знаю. Но если трогать вот тут, тут, и тут, – пол снова затрясся, и рванувшись, ушел из-под ног, – ой нет, тут не надо, – тогда холм начинает поворачиваться.

Некоторое время все стояли, переваривая услышанное.

Из глубины коридора донеслось робкое предположение, что не лучше бы оставить все, как есть, и поспешить наружу. Там то все было как раз ясно – вот враги, вот земля. И ничего не прыгает, выворачивая душу, не дергается. И не сбивает с ног.

— А вот так… — неизвестно, что там повернул Мрат, но тела вдруг налились тяжестью, оружие потянуло вниз, и странное ощущение сдавило желудки. Один из воинов, в ожидании приказа стоявший в прорези выхода, испуганно закричал.

Бросившись к нему, Охорн едва сдержался, что бы не присоединиться к воплю. Ему было прекрасно видно, как темная земля быстро уходила вниз, заплывая ночным туманом.

-Обратно! – едва совладав с рвущимся наружу криком, властно потребовал он.

Мрат послушно шевельнул рукой, и земля, остановившись, прыгнула назад.

— Не так быстро, — торопливо поправился вождь, чувствуя, что еще немного, и содержимое его желудка покинет свое пристанище.

Когда летающий холм снова занял свое место, порядком приуменьшив остатки частокола, наружу стали выходить несколько утратившие боевой пыл воины. Но вместо того, что бы готовиться к отражению близящейся атаки, они торопливо разошлись по хижинам. Вскоре темноту разорвали крики, хлопанья бича, испуганные возгласы женщин… Словом, поднялась вся та суета, обыкновенно предшествующая близкому переселению.

Охорн, привалившись к стене, покачивал головой, прислушиваясь к поднявшейся суматохе. Ничего, что не получилось наказать богов, предавших племя. Теперь у них есть другие покровители.

И плевать на полчища врагов, в растерянности наблюдавших происходящее со своих холмов. Жалко, конечно, что не удастся скрестить с ними оружие. Зато навряд ли хоть кто-то из победителей решится поселиться на землях Медведя. Особенно после того, как само племя исчезло у них прямо из-под носа!

Охорн поудобнее переложил секиру. Кстати, по поводу новых покровителей – пусть пока еще никому неизвестно, кто они такие, но зато абсолютно ясно другое – теперь у племени есть новый шаман! И довольно улыбаясь, старый вождь оглянулся. Туда, где склонившись над странным приспособлением, что-то увлеченно бормотал себе под нос Мрат.

читателей   625   сегодня 1
625 читателей   1 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Ещё не оценивался)
Загрузка...