Герой на пять минут

 

Весенняя свежесть впорхнула в распахнутое окно целым букетом ароматов, среди которых явно преобладал неповторимый запах свежего навоза. И как бы не стремилась душа к возвышенной поэзии, прозу жизни пока никто не отменял. Но правды ради стоит отметить цветущую под окном сирень, в какой-то степени украшающую общую картину природы по весне. Сама природа вдохновляла на что-то возвышенное, благородное, на что-то геройское, ну или как вариант на написание стихов. Солнечный зайчик, протиснувшийся сквозь занавески, призывно заиграл на лакированных фамильных доспехах, перевесив чашу весов на сторону чего-нибудь геройского.

— Хиров! Быстрей спускайся, завтрак стынет! – пронзительный женский крик окончательно убедил, что негоже в такую замечательную погоду прозябать дома.

— Да!!! Стану героем! Решено! – заворожено глядя на свое отражение в блестящих доспехах, подбодрил себя Хиров.

— Ты что там разорался, остолоп?! – все тот же крик помог спуститься мечтам на землю. – Если сейчас же не спустишься, то кричать тебе на голодный желудок! – и убедил, что без питательного завтрака будущему герою ну никак нельзя.

Не дурно подкрепившись поздним завтраком и развалившись на стоге сена под теплым солнцем, Хиров наслаждался жизнью, не думая ни о чем. Думы ни о чем быстро утомили, и он вспомнил недавние мысли относительно геройства. Героем, конечно, быть хорошо – тут тебе почет и уважение, пивком угостят в каком-нибудь трактире, да и расположение городских красавиц вещь весьма, весьма и весьма. А с другой стороны но. Точнее, но с другой стороны почет и уважение местных обеспечен родителями, пива с вином в погребах хватает, а красавицы… А что красавицы? Чем доярка Кэтька не красавица? Ну и по большому счету, зачем вся эта канитель? А по маленькому счету все же мелочь, а приятно.

К слову сказать, Хирову крайне редко приходилось решать подобного рода дилеммы, а рассуждать вообще и того реже. Не удивительно, что от подобного не долго разболеться голове. В последний раз голова у него болела от удара ведром полным молока по затылку за безобидную, как он считал, забаву. И дабы избавиться от мучительных раздумий омрачавших прекрасный день, Хиров решился на беспрецедентный, в его случае, поступок, изменивший его… Да что там, ничего не изменивший.

— Лень не сможет погубить героя во мне! Ах! – резво вскочив на ноги, он так же резво встретился с первым препятствием на пути в герои в виде перекладины сарая.

Незаметно собрав все необходимое, а это – фамильные доспехи, небольшие сбережения золотых и позаимствованный с кухни провиант, Хиров нагромоздил своего коня и двинулся в путь, куда глаза глядят. А глаза его глядели на доярку Кэти. Но не успел он сделать и десятка шагов, как очередное препятствие остановило его.

— Это куда же ты собрался, обалдуй?! – в очередной раз пронзительный крик нарушил все планы.

— Так я это… того самого… в герои решил податься… — запинаясь, ответил обалдуй.

— В герои?! Ишь чего удумал! Ну-ка марш назад!

— Ну маменька, я быстро… туда и обратно…

— Ох, и доиграешься ты. Все отцу расскажу. – махнула маменька рукой на непутевого сынка. – Тебя к обеду ждать или как?

— Или как… — уныло понурив голову при упоминании отца, Хиров не смело побрел, ведя за собой коня.

К слову сказать, при упоминании отца у почти, что героя разболелась пятая точка, а мысли были не о реках пива и румяных бабах, а об отцовском кожаном, с вшитыми металлическими бляхами ремне.

Да, путь в герои сложен и тернист.

Пожевывая соломинку и качаясь в седле своего верного коня, Хиров усердно вспоминал все свои познания в области геройства. Дорога была прямой, и воспоминаниям мешали лишь назойливые мухи, привлеченные весенней свежестью. Первое, что пришло на ум, был подобающий внешний вид героя. Оглядев походные мешки с дребезжащим содержимым, на лице сразу же проступила самодовольная ухмылка. Далее пришло на все тот же ум средство передвижения героя. И в этот раз Хиров остался довольным, поскольку, выбирав на конюшне коня, прямо-таки чувствовал, что надо брать лучшего. И последняя необходимая вещь для каждого уважающего себя героя, к числу которых он надеялся приписать себя в скором будущем, была оруженосцем. Вот тут-то его настроение омрачилось, а улыбка бесследно исчезла. Об оруженосцах он не знал ровным счетом ничего, а кривым и подавно. Если при выборе доспехов выбора просто не было, а лучший конь лишь по счастливой случайности носил кличку Лучшего, то с выбором оруженосца пришлось положиться на удачу.

К слову сказать, Хиров предпочел бы положиться на что-нибудь другое, в идеале на всю ту же Кэтьку, но в ситуации без выхода, как говорит народная мудрость, положись на удачу и надейся, чтобы удача не положила на тебя.

Проезжая с таким настроем мимо крестьянской избы, Хирову на глаза попался паренек, ловко рубящий дрова. С виду худой, невзрачный парень орудовал топором, словно ложкой на обеде, чему свидетельствовала внушительная груда поленьев, готовых к использованию. Хиров в очередной раз оглядел округу на предмет наличия достойного оруженосца для любого уважающего себя героя, но результат в очередной раз оставлял желать лучшего. И вместо статного блондина с голубыми глазами пришлось довольствоваться тем, что есть. Кстати, есть очень хотелось, ведь время обеда уже прошло, а привала так и не было.

— Эх… как говориться, третий сорт не брак. – решив не тянуть кота за усы голодный почти что герой без особого энтузиазма подъехал поближе.

Увидев добротно одетого, холеного, с румянцем на лице всадника кандидат в оруженосцы смекнул, что перед ним барчук или на худой конец сын зажиточного торговца:

— Здравия желаю, ваше благородие!

Самодовольная улыбка Хирова снова вернулась на место при виде кланяющегося крестьянина.

— И тебе не хворать, паря. Вижу, делом ты занят. Найдется минутка другая поговорить?

— Отчего же не найтись минутке? Найдется, за одно отдохну маленько.

— Вот и славно. – сказал Хиров слезая с коня. – Значить так, паря, честь тебе выпала огромная. Оруженосцем можешь стать. И ни какого-то там дворянина, а самого что ни на есть героя!

— Кем? Кем? Орущим монстром?

— Да не орущим монстром, а о-ру-же-нос-цем! – доходчиво по слогам повторил Хиров.

— Ааа! Понял. Вот только, ваше благородие, не могу я из дома уйти в о-ру-же-нос-цы. Батька у меня старенький, а у него я один кормилец. Не сможет он без меня. Пропадет.

Чувствуя, что последняя возможность выбиться в герои исчезает как пиво в кружке, пришлось прибегнуть к радикальным мерам:

— Так ты это… позови его, мы с ним перетрем. Деньжат ему оставим, чтоб не помер.

— Я мигом. – и парень стрелой вбежал в избу.

Не прошло и пары минут, как парень все той же стрелой вернулся во двор с радостными глазами и с вопросом:

— А сколько у вас там в кошеле?

— Нормально, батьке твоему немощному хватит. – позвякивая в руках золотыми ответил Хиров.

— Ну, так и порешили, барчук. – раздался чей-то грубый басовитый голос.

Обладатель голоса стоял в дверях избы и без смущения пялился на Хирова. Высокий, плечистый, с лицом, будто у медведя он скорее походил на бандита с большой дороги, чем на старенького папашу. Неспешно передвигая массивные бревна, а не ноги, «старенький» батя подошел к Хирову, не отводя тяжелого, будто молот взгляда. Хиров судорожно пытался проявить хладнокровие и сказать хоть что-то, но язык предательски заплетался.

— Так это вы, значить, решили героем стать? – вблизи голос был еще сильнее и напоминал не то рык, не то рев дикого животного.

— М-мы…

— Хех, не сидится вам дома, молодежь. – «старичок» взял из рук Хирова кошель с монетами и взвесив содержимое изобразил на лице какое-то подобие улыбки, больше похожее на оскал. – Вижу, конь с доспехами у вас уже есть. Вот теперь и оруженосец появился. А меча-то я не вижу.

— М-меча?

— Ага, меча, сабли, шпаги, рапиры, назови, как хочешь. Оружие, чем будешь драконов рубить, да врагов протыкать.

Ответом ему было лишь молчание и растерянные глаза Хирова.

— Все ясно с вами. Сынка, сгоняй в хату, соберись в дорогу там и меч прихвати. –скомандовал батька. – А чем-нибудь выдающимся отличаешься?

— Ну… могу стихи писать. – смутился Хиров.

— Едрить твою налево! А я однажды спал двое суток и сал две минуты!– немного расчувствовался собеседник. – Звать-то тебя как, барчук?

— Хиров. – последовал не смелый ответ.

После секундной задержки округу огласило оглушительное истерическое ржание, длившееся долгое время. Продолжая не понимать происходящего, Хирову ничего не оставалось делать, кроме как ждать разрешения сложившийся ситуации. И по возможности благополучного.

— Ух, и посмеялся же я! – выпалил мужик, держась за бока. – Ну ты и герой… херов! – и ржание возобновилось с удвоенной силой.

— Нет-нет. Вы не правильно поняли. Звать меня Хиров, и я пока, что не герой…

— Да все я прекрасно понял, Хиров! – перебил его мужик и ободряюще похлопал по плечу. – В общем, за то, что не поскупился золотыми и развеселил старика, расскажу я тебе по дружески способ один, как стать самым настоящим героем. Значить так, запоминай. Отправишься сейчас с пацаном моим в ближайший город, он дорогу знает, и найдешь там канцелярию. Да ты рот-то прикрой и слушай. Значить найдешь канцелярию, а в канцелярии той старик будет, если еще не помер. Обрисуешь ему ситуацию, скажешь, что от дядьки Рудика и он тебе поможет. Запомнил? Вот как раз сынка собрался. Ну чего ты так долго, а? Давай сюда меч.

Взяв в руки меч и молодецки покрутив им в воздухе, дядька Рудик передал его Хирову, предварительно положив в ножны.

— Это мне? – на лице Хирова застыло удивление.

— Спрашиваешь! Конечно тебе, бери, подарок. Да смотри себя не покалечь. Ладно, потом поблагодаришь, а сейчас вам в путь пора, а-то до темна не поспеете в город.

Прощание отца с сыном было, мягко говоря, не долгим:

— Ну ладно, давай. – вот и все, что сказал батька сынку заходя в избу.

И они вдвоем пустились по дороге в город, каждый навстречу своей судьбе.

 

Ехали молча, уныло. Хиров тактично не спрашивал у своего оруженосца о «стареньком» отце. Единственное, что он узнал от попутчика, это его имя – Серж и этого было достаточно. Претендента в герои волновала лишь предстоящая встреча с загадочным стариком, способным сделать из него правильного героя.

Начинало темнеть, когда двое путников добрались до ворот города. К счастью или, к сожалению, но в пути обошлось без приключений.

— Ваше благородие, — прервал молчание Серж, – надо бы вам приодеться.

— Приодеться? Мы что на бал собираемся? – удивился Хиров.

— Да нет же. Вы ведь в скором времени героем станете, а герою положено выглядеть соответственно.

— Что?

— Говорю, доспехи надеть вам надо.

После упоминания про доспехи, Хирову стало как-то неловко. Как мог он, будущий герой, забыть о первом атрибуте любого уважающего себя героя? Стыд-то какой! Хорошо, хоть оруженосец напомнил. Для этого они, наверное, нужны, оруженосцы.

Наспех нацепив на себя обмундирование, не без помощи Сержа, Хиров почувствовал прилив уверенности. Шаг стал тверже, дыхание размеренным, а взгляд гордым.

Стража у ворот не стала долго допрашивать двух парней, один из которых выглядел очень представительно, а настояла лишь на уплате положенной пошлины за двух людей. Стоять в карауле целые день без капли крепкого винца занятие очень, знаете ли, утомительное. После пополнения «городской казны» доблестные хранители городских врат были настолько любезны, что даже объяснили, как пройти коротким путем до канцелярии. Ну что же, за все приходиться платить, а за своего оруженосца и возможность стать героем подавно.

Ночные улочки приветливо встретили Хирова смрадом канализаций, шумом толпы и оборванцами попрошайками. Рабочий день подходил к концу, горожане стремились поскорее оказаться кто у домашнего очага, а кто у барной стойки одной из многочисленных таверн. Зажигались фонари, город постепенно готовился ко сну.

К слову сказать, кто-то возвращался домой с работы, а кто-то только выходил на свой не легкий промысел. Промышляли, естественно не законным. Так уж повелось, что сподручнее не законничать ночью, нежели при свете дня. Именно через такой ночной контингент и предстояло пробираться почти что герою вместе с почти что оруженосцем.

— Слышь, браток, огоньку не найдется? – окликнул из темноты чей-то гнусавый голос.

— Неа, огнива нету с собой. – отмахнулся Хиров и пошел дальше, как ни в чем не бывало.

— А если подумать? – раздался второй не менее гнусавый голос уже впереди.

Из темноты под тусклый свет фонаря вышло трое. Глубоко насаженные капюшоны мешали разглядеть лица, но Хиров чувствовал, что обладатели таких голосов не смогут поразить его своей красотой. Двое стояли впереди преграждая дорогу, а третий находился позади.

— Говорю же вам, нету у меня огня. – чувствуя, что-то не доброе заволновался Хиров.

— А чо это мы тут взрослым грубим, а? – подключился к беседе третий.

— Я н-не грублю вам, ув-важаемые.

— А теперь еще спорим, а?

— Да ты глянь, что на нем надето. Небось, не дешевые доспехи, лакированные.

— Ога! Знатная вещица.

— Слышь, браток, давай по-хорошему. Оставляй свои манатки здесь и сваливай со своим приятелем, если жизнь дорога. – гнусавый голос сделал предложение, от которого было трудно отказаться.

— Н-но как же так? Я не м… могу…

Прижавшись спиной к стене, Хиров беспомощно наблюдал, как трое неспешно приближаются к нему, отрезая пути для бегства. Именно для бегства. В голове не было идей получше, кроме бегства от этой не приятной компании.

Молчавший все это время оруженосец держался поближе к своему хозяину и лишь наблюдал. Но в критический момент, когда в глазах Хирова остался только страх, а ночная компания была уже рядом, Серж сделал то, что от него никто не ожидал.

— Ваше благородие, разрешите ваш меч. – с уверенность в голосе произнес он.

Ничего, не понимая, Хиров протянул дрожащей рукой своему оруженосцу меч.

— А теперь, как только я закричу, бегите!

— К-куда? – продолжал не понимать Хиров.

— В канцелярию.

— Зачем?

— Стать героем.

— Г-героем?

— Да, самым настоящим. А я, как ваш оруженосец, помогу вам в этом. – тихо прошептал Серж и резко прыгнул в сторону ближайшего бандита. В том, что это были именно бандиты, сомневаться не приходилось.

Замешкавшийся бандит успел лишь вытащить кинжал, как тут же был повален на землю.

— Бегите! – что есть мочи закричал Серж, кидаясь на следующего противника.

И Хиров побежал. Он побежал, не разбирая дороги, сквозь темноту ночи лишь бы оказаться подальше от злосчастного места. За спиной какое-то время был слышен звон метала, сопровождаемый криками, но через мгновение их поглотила тишина.

Он потерял счет времени, а остановился, когда бежать не было сил. В громоздких доспехах много не набегаешь. Облокотившись об забор, Хиров жадно глотал воздух, пытаясь отдышаться. В чужом городе, непонятно где, с пустым желудком только герой сумел бы не потерять самообладание, но Хиров был всего лишь претендентом в герои, поэтому без зазрений совести это самое самообладание потерял, а вместе с ним оруженосца, подаренный меч и остатки желания геройствовать. Но в самый последний момент, когда отчаяние готово было проглотить с потрохами, блуждающий взгляд упал на еле заметную вывеску с надписью «Канцелярия». Не долго думая, а точнее не думая вовсе, Хиров бросился к двери и что есть мочи затарабанил.

 

Резкий стук в дверь бесцеремонно нарушил царившую в комнате тишину, а заодно и без того короткий старческий сон.

— Просто замечательно. – раздалось откуда-то из темноты ворчание. – только закрыл глаза и тут на тебе.

Тем временем, дверь продолжали проверять на прочность.

— Идите к черту, животные! Бордель на другой улице! – что есть мочи закричал старик.

Но безобразие продолжалось. Вдобавок из-за двери послышались не членораздельные выкрики, из которых удалось разобрать лишь: «… по делу!»

— Да чтоб тебя! – в сердцах плюнул старик, надевая очки. – Заходи, раз по делу. Ты на себя дверь толкай, на себя и орать прекрати.

Дверь распахнулась, впустив в помещение ночную прохладу. В дверях стояла фигура человека, закованного в латы.

— Ну? – начал разговор старик, зажигая на столе свечу.

— Я эт… хох-хох… сюда, а там… носец… хулиганы… — задыхаясь, ответил ему ночной гость.

— Да успокойся ты. Прям как девица на выданье. Присядь, отдышись и расскажи, зачем пожаловал.

Выслушав весь рассказ нарушителя сна, старик закурил трубку и принялся пускать колечки.

— Ну так что? – прервал молчание отдышавшийся гость.

— А ничего. Слыхал такую пословицу: «Не спеши»?

Гость немного подождал, ожидая продолжения, но так и не дождался.

— Сразу видно, что не слыхал. Так что мотай на ус, малец. Может, уму разуму наберешься, а-то ишь ты, повадились все в герои. Мода нынче такая что ли? Что не день, то еще один герой. Теперь, даже ночью покоя не даете. Ох, и повезло же тебе. Если бы не дядька Рудик, прогнал бы тебя взашей. Как он, кстати, старый комбат?

— Комбат?

— Ну да, а ты что, не знал что ли? Он в молодости батальоном командовал. Наверное, совсем дряхлым стал, раз из армии в крестьяне подался. А за Сержа не беспокойся. Такой не пропадет. Ну да ладно, давай о деле. Значить героем хочешь быть? – риторически спросил старик, доставая из под груды мусора какой-то листок. – Звать тебя как?

— Хиров. – последовал ответ без особого энтузиазма.

— Так и запишем, герой хе… Мда, за самокритичность, конечно, хвалю, но звать-то как?

— Вы не расслышали, я Хиров.

— А, вот оно что! Извини старика, совсем оглох. – улыбнулся старик, продолжая скрежетать пером по бумаге.

— И так, почти готово. Последний вопрос, на какой срок в герой записывать?

— Что? – не понял Хиров.

— Ну, на какое время? Кто-то на месяц хочет, а кто-то из-за скидок на год записывается.

— А как мне можно безопасно и быстро покинуть город?

— Это тебе в казармы надо идти. Там солдаты подсобят. До казарм где-то минут пять пешком, не больше.

— На пять минут. – последовал незамедлительный ответ.

— Хех, так и запишем, Герой на пять минут. Все, готово. С тебя два медяка за удостоверение геройства. – и с этими словами старик протянул Хирову его недавнюю мечту.

 

читателей   339   сегодня 3
339 читателей   3 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Ещё не оценивался)
Загрузка...