Игра

Детство это когда ты живёшь с одной единственной мечтой. Детьми могут быть все люди и не важно насколько долго они живут на этом свете, старики и младенцы, зрелые мужчины и женщины все они когда-то были, а может быть и до сих пор дети. Таким же ребёнком был я, о чем я вам сегодня поведаю.

Обычный парень я жил в однокомнатной квартире со своей матерью, и единственная моя мечта была, конечно же несбыточна – я хотел просто жить, нет не так, я хотел стать одним из сотен искателей приключений о которых пишут романы многие писатели фантасты, испытать хотя бы одну сотую тех приключений что испытывают герои фантастических романов и рассказов.

И вот вроде бы самый обыденный день, день как день. Лето, солнце светит и слепит глаза всех проходящих по улице людей а он идёт весь на нервах в последний поход в детство. «Последний звонок – конец детской жизни» – Так всегда говорили мне взрослые, которых я знал. Праздник, поздравления учителей, и обещания вечной дружбы от однокашников, а в голове всё равно одна мысль: «Меч, коня, да ветер в лицо». Потом пьянка, пьяные лица друзей и ничего нового, ничего старого, всё как-то не так и всё не эдак. А после этого праздничная прогулка с друзьями на ВДНХ. Драка с мыслями о том, как хорошо бы было вот так всю жизнь, и не для денег, а дабы жить. Один упал под моими кулаками, второй упал, а после и третий. Я улыбался и улыбка моя была улыбкой того, кто понял, что обречен на поражение в драке, но я знал, что это стоило того, того чтобы получить в затылок и полететь лицом к асфальту.

Падение длилось вечность Я летел, но почему-то не падал, не падал на асфальт которым покрыта улица рядом с фонтаном дружбы народов.

— Что за? – я огляделся по сторонам – ни какого ВДНХ не было и в помине, он находился в бесконечности. Откуда он это знал? Не знаю, просто это была первая мысль, что пришла мне в голову.

— Забавные вы существа люди, вроде бы я вас создал по своему образу и подобию, а вы так удивляетесь чудесам – передо мной пульсировало белоснежное облако тумана, что отдалённо напоминало фигуру человека.

— Да нет же, бог это сказки для детей – я мотнул головой, ту пронзила такая боль, что я было подумал, что сейчас она развалится на две аккуратные половинки. Боль иглами пронзила мозг и глаза окутались странной белёсой пеленой, так, что теперь я даже этого облака не видел.

— Осторожней, сейчас, пока еще, все твои мысли могут стать реальностью, но это не надолго – пелена слезла с моих глаз и только тут я смог разглядеть лицо «бога», пока буду его так называть, раз не представляется. Лицо … это было моё лицо, и оно разговаривало в отдельности от меня, как в дешевом американском фильме ужасов.

— Правда? И зачем тебе это? – задал я вопрос, глядя как моё лицо усмехнулось мне в ответ.

— Ты заступился за друга, зачем? – он издевательски смеялся мне в лицо, моим же лицом, черт я уже начинаю путаться, насчет того, кто кому, что говорил.

— Как бы классно было сейчас сжать эфес ятагана — тихо произнёс я – и в руку мне самому прыгнул ятаган, ятаган из игры, точно такой же каким я его представлял – Зачем я заступился за друга? – Я усмехнулся, зная, что ответа на этот вопрос всё равно ни кто и никогда, кроме меня не узнает. – Наверно потому, что он мне как старший брат. – Пока я говорил с «богом» я менялся, уши стали более длинными и острыми, глаза лишились зрачков, превратившись в безжизненные иссиня черные глазные яблоки, кожа стала бледной подобно пергаменту, да и без того длинные волосы удлинились до пола заплетаясь в косу, рваные джинсы и казаки медленно превращались в штаны из оленьей кожи и кавалерийские ботфорты, футболка с рисунком накурившегося мышонка превращалась в кожаную безрукавку с высоким воротом. Я стал тем кого обожал и ненавидел, дроу по имени Вуд Рротарр, тем кого однажды мои друзья назвали: «Придурком без страха и упрёка». Мне это одновременно и нравилось и нет, я любил это существо, потому, что это было моё творение, но одновременно с этим я его ненавидел, а как можно не ненавидеть тёмную сторону своей души?

— Ты спас своего брата, но ты предпочел быть … — Бог на мгновение замялся, а мне захотелось, чтобы его лицо стало мордой поросёнка, (Ну атеист я, атеист) конечно же ни чего у меня не получилось, да я и не расстроился особо от этого. А бог тем временем уже продолжал – быть воином теней, ну что ж, тогда самое место тебе там, откуда и взялся этот персонаж.

 

* * *

— Князь! Князь! – я с трудом поднял свою голову с подушки, похоже она была перебинтована и тут. В темноте моей …

«Стоп! Моей комнаты? Что я здесь делаю?! Как я здесь оказался? Я помню, как получил в затылок, полетел на асфальт и…» — Дверь в комнату открылась и эта скромная, для князя, да даже для купца средней руки наполнилась тенями. О боги как же разорвало мою голову потоком бесполезной информации, которую мне рассказывали тени. Тогда я понял, что спать я теперь похоже буду только в абсолютной темноте и тени это мой дар и моё проклятие.

В комнату влетел один из воинов крепости, облаченный простецки в кольчугу поверх меховой куртки мехом наружу, но на плечах воина гордо красовался черный, истёртый до дыр, но всё еще пригодный по назначению плащ.

— Милорд, прошу простить, но к вам идёт лорд Анталь. Вы сами просили вас разбудить, когда он явится.

— Пусть заходит Рэйкрим – мой мозг сам выдал имя этого воина, странно, а я ведь даже и не помню о таком бойце в нашей небольшой игре, хотя нет – вру, был такой. Он был неписем, не игровым персонажем, а просто стражником моей комнаты учтиво поставленным для охраны моего покоя Игорем, который и играл как раз таки Анталем.

— Князь – с мимолётным поклоном в комнату, отодвигая нерадивого стражника протиснулся и сам мой, эээм ученик Вуда. – У меня дурные вести, паладины креста снова решили выступить против братства и попытаться всё-таки отбить у нас Потерянный.

Мой мозг медленно и плавно заполняла информация. Потерянный, о боги, как давно я там не был, черт, то есть не играл. Или всё-таки не был? Потерянный использовался братством, как полигон для тренировки наших воинов. Там было всё, что было нужно, чтобы сделать из этих романтиков с большой дороги настоящих воинов. Его нельзя было потерять, это была также и передовая твердыня, во время службы, в гарнизоне которой выживал только каждый десятый и только каждый двадцатый удостаивался чести, спустя пять лет службы в армии братства носить плащ из черной ткани.

— Что ж, всё таки, как мы и рассчитывали Анталь – всё, мой разум целиком и полностью сросся с разумом Вуда. Если он у него конечно был. — Подготовьте замок к обороне, я хочу видеть там полный гарнизон и еще людей равных половине этого гарнизона из черных плащей. Первый бой – губы Вуда исказила усмешка, затронувшая лишь уголки, чтобы чуть приподнять их вверх – мы им дадим сразу после того, как они пересекут туманный перевал.

На следующий день мы уже сидели в седле и мчались с армией плащей в сторону Потерянного. Там должна была состояться величайшая битва в истории войны братства с орденом, да и вообще в истории братства, которое до сих пор ни кто не смог остановить.

Потерянный окружал лес с двух сторон, с третьей было поле пересеченное горной речушкой с ледяной водой, а вот с третьей стороны была дорога через перевал.

Вуд приказал войску строиться для разбития лагеря, дал им на отдых десяток часов, и оставив за главного Анталя, то есть паренька всего двадцати трёх лет от роду, которого вечно держал при себе, отправился в сам замок. В свой первый в этой жизни замок где и устроился на ночь в отличие от только что прибывшего войска и самого Анталя оставленного в лагере за главного.

Рассвет разгорался с болью для глаз всех воинов братства, я пожалел о том, что в этом мире ни кто не придумал солнце защитных очков и ахнул. Такой красоты я еще не видывал(хотя, знал, что Вуд здесь был не единожды): солнечные лучи казалось бы били отовсюду, с неба, с востока, мимо гор, обтекая их и заставляя тех тоже светиться, как и снежные равнины внизу перевала. Свет был всюду, куда только мог дотянуться. Свет был прекрасен, но на взгляд Вуда слишком болезненным. Хотя, как сказали бы паладины: «Он выжигает тьму в ваших головах» — на ум пришли строчки из песни, тут же произнесённые в слух:

 

…Если свет, который во мне —

есть тьма.

То какова тогда тьма?..*

 

Вуд и не заметил как небо окрашенное раньше в розовый, сменило свой цвет сначала на алый, потом на оранжевый, а когда понял, что пора заняться делами, солнышко уже было высоковато для того, чтобы изменять цвет дневного неба.

Выйдя на улицу Вуд приказал Войску строиться и назначил командиром этого Воинства Анталя. Анталь был хорошим воином, даже прекрасным убийцей, но не сказать, чтобы великим полководцем. Хотя ЭТИМ солдатом приказов то и отдавать не требовалось. Они все, каждый и всякий, прекрасно знали свою задачу в этом смертоносном механизме под названием — войско тени. Также он и получили приказ отступить если потери составят хотя бы два десятка процентов от их численности, это было что-то около пятисот солдат. Для боя в узком перевале, на стороне обороняющихся? Капитальные потери.

Армия ушла через три часа. А вернулась через два дня. Десятники и сотники не досчитывались всего четырёх с половиной сотен бойцов. И утверждали что положили на перевале практически всю передовую армию противника. Это было очень хорошо. Теперь же всех ждал бой под стенами. Зажать теневиков в кольцо было практически не возможно, каждый умел растворяться в тени буквально за секунду, а это и был основной козырь их воинства. Конечно же, как можно уничтожить армию, которая дробит себя на части и сама, вылезая из ловушки, зажимает врага в железные тиски? Вы скажите не возможно? А я оспорю этот факт. Теневики тоже люди и нелюди и они также смертны, как и другие. Секунды вполне хватает на то, чтобы разрубить несколько человек.

И вот трижды протрубил сигнальный рожок – враг явился.

 

* * *

 

Остатки армии сейчас ходили по полю битвы, кто-то собирал раненых, кто-то собирал трофеи с трупов, а кто-то, просто, как Вуд и Анталь сидели по среди кровавой бани и смотрели в ночное небо. По всюду стоны смертельно раненых прерывались мгновенным ударом узких кинжалов, между рёбер. Теневики были милосердны, но их милосердие распространялось только на побеждённых ими или их собратьями воинов. Женщин, детей и стариков в их мире не существовало. Были только шлюхи, враги, которые не достигли возраста, в котором способны держать меч и по тому стать врагами полноценными, а также те, кто не мог сражаться уже в силу своих лет, те кто выживал в битвах с тенью или другим противником, будь то чума, саранча или просто палящее солнце, вызывающее засуху на пашнях, а следом и голод. Все они были врагами, а враги подлежат только уничтожению. Труп не сможет ударить в спину, в отличие от раба.

Сейчас эти двое сидели, все в чужой, запёкшейся крови и улыбались. Они снова обыграли смерть, но сколько раз им это еще удастся? А начиналось всё не в их пользу.

… От перевала к замку двигалась армия, нет немного не так. От перевала к замку, двигалась АРМИЯ, она накатывала на замок словно цунами, грозящее уничтожить всё на своём пути. Полтора десятка тысяч воинов, на каждую тысячу приходилось по десять заклинателей. Казалось бы эту битву уже не выиграть, но с другой стороны замка, в сумерках послышался рёв. Охтарон — древний дракон с плана теней, который также, как и все защитники замка считал всех и каждого теневика своим братом, явился на битву. Сказать, что он был обижен тем, что его не позвали на битву, значит сильно преуменьшить. Охтарон был в ярости, и за миг до того, как трубадур успел протрубить атаку, черная тень скользнула над армией света в предзакатных сумерках и его пламя, нет не такое, как все привыкли видеть в камине, не горячее, холодное, черное, буквально леденящее душу до смертельного исхода прошлось по армии паладинов. Стрелы из луков были не способны пробить толстую чешую и вросшее в брюхо золото этого огромного ящера. А заклинания магов хоть и были сильны, но сравниться в этом искусстве с тем, кто уже множество веков жил боем, подчас и магическим – было не возможно. Пройдя армию врага из конца в конёц Охтарон развернулся и полетел обратно всё еще сея по всюду ужас и разрушение, а приземлившись перед воротами он снова издал рёв, такой силы, что во всех окнах замка, хоть их и было немного застеклённых, с дребезгом повылетали стёкла, а у большинства бойцов кровь пошла из ушей и носа. Охтарон менял исход любой битвы, но тем самым он забирал огромную часть славы себе.

И в предзакатных тенях появились новые силуэты. Воины теней не использовали как таковой тактики ведения крупномасштабных битв, хотя и были им обучены и не раз отрабатывали их и на плацу и в поле. Самая любимая тактика войска была другой «вылез из тени и руби, руби всех кто не является твоим братом. Так они и поступили. Маги, поверженные в ужас драконом и истощившиеся от попыток ментального поединка не успели во время осветить территорию лагеря, тем самым ограничив доступ теневым в их становище.

Вуд прорывался сквозь жалкие ряды противников, рубя на лево и на право двумя ятаганами на отмах. Прекрасное оружие из многослойной стали разрезало латы, так же просто, как шелк или тростниковую бумагу. Взгляду этого не высокого существа предстала картина милая сердцу. Анталь и Охтарон, уже морфировавший в эльфа, который ранее носил это имя дрались спиной к спине, против двух десятков гвардейцев его светейшества, что же, это был прекрасный шанс к ним присоединиться, к двум своим лучшим братьям по оружию. И вот уже шесть рук сжимающих ятаганы рубит, блокирует, закрывает спину братьев и уничтожает врага. А враги всё прибывали и прибывали, да это уже были не гвардейцы, но темп драки всё равно оставался бешенным.

Бой шел уже порядка второго часа и буквально задыхающееся трио хотело было начать молиться Троице о том, чтобы им приготовили место в мире теней, как всё закончилось. Последние враги упали наземь, щедро удобряя ту кровью, которая уже была всюду. И вот все трое рухнули на колени и засмеялись, глядя в звёздное небо. Это была насмешка над всем устоем мира, над тем кто решил, что все они будут смертны и когда-нибудь умрут. Теперь же это трио разделилось на пару и одиночку, причем одиночка от своей драконьей алчности принялся собирать трофеи, а пара осталась среди трупов и решила забить трубочку другую, дабы расслабиться.

 

* * *

 

Потом был пир во славу победителей, а также трёх великих лордов тени. Ну а после приёма пищи, Вуд решил что стоило бы отдохнуть, и только он улёгся в тёмной спаленке поспать, как ….

 

— Ну что? – Ради забавы «бог», всё таки предстал предо мной в виде свинячьей морды. – Наигрался в игры? – «Чертов высший просто издевается» — была моя первая мысль, но вскоре я понял, что это была не моя жизнь, а когда пришло это понимание, то и мой облик ко мне вернулся.

— Спасибо – запинаясь, сказал я.

— Сам себя не спасёшь, ни кто не позаботится – он мне подмигнул, уже тем лицом, каким его сына пишут на иконах.

— Прости, благодарю – Поправился я как можно быстрее

— Главное это покаяние – он еще раз подмигнул мне, подмигнул, а после этого я упал на асфальт, в гущу драки, моей драки, ради которой стоило пройти этот путь…

   

читателей   651   сегодня 1
651 читателей   1 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Ещё не оценивался)
Загрузка...